Поиск по тегу «моё»
Чарльз Энштейн «Потерянный шарик Марблс»
«Чжуану Чу приснилось, что он был бабочкой. Он беспечно и легко порхал над цветами и совсем забыл о том, что он Чу. Потом он проснулся – и снова почувствовал себя Чу, или почти Чу. Что это было – приснилось ли Чу то, что он был бабочкой, или бабочке приснилось, что она был Чу?»
Чжуан Цзы
В пору моего детства, задолго до изобретения видеоигр, я проводил часы за игрой в шарики Марблс. У меня была действительно богатая коллекция, и я любил придумывать про них истории. Каждый из них был чем-то примечателен: некоторые были частью рождественских подарков, некоторые достались мне в наследство от отца, который в сороковых годах тоже увлекался этой игрой. У каждого шарика был свой характер и сложные отношения с другими экземплярами. Без преувеличения, они были моими тайными друзьями.
Однажды, когда мне было семь или восемь лет, я открыл коробку и обнаружил там большой прозрачный шар, которого точно прежде не было в моей коллекции. Я до сих пор не могу понять, как он там оказался – это не был один из отцовских шаров, и я не помню, чтобы когда-то находил его. В то же время я не исключаю, что он мог быть там и раньше, но каким-то странным образом он не попадал мне в поле зрения. Так или иначе, в тот день я увидел его впервые, и он буквально зачаровал меня. Я тут же ввел его в свою игру в роли таинственного странника и неприступной персоны. Он был настолько «иным», что даже роль короля шаров показалась бы для него слишком мелкой.
Я подолгу сидел и смотрел сквозь него, изучая причудливое искажение всех объектов в комнате и отражающуюся от поверхности мою перекошенную физиономию. Однажды я увлекся настолько сильно, что отчетливо представил себя внутри этого искаженного мира, и этот потусторонний мир внезапно стал для меня более реальным, чем комната в ее привычном восприятии. Я выпал из привычной системы координат и ходил по потусторонней комнаты, играл с потусторонними шарами и игрушками, и я даже смог почувствовать себя выходящим через потустороннюю дверь и спускающимся по потусторонней лестнице в потустороннюю столовую. Искаженное пространство внутри прозрачного шара отныне было менее кривым, чем мир, как я его знал раньше, и я окончательно потерял ощущение придуманности этого воображаемого мира и своего физического присутствия в мире реальном.
Это наваждение не закончилось тем памятным вечером. Дни складывались в недели, месяцы и годы, но мое погружение в потусторонний мир было настолько глубоким полным, что казалось, будто все снаружи замерло. И была лишь одна вещь, которая препятствовала полной идентичности объективного и воображаемого мира, одна вещь, которой не хватало в отражениях шара: в потустороннем мире не было его самого. Этот феномен не был осознанным, но день за днем я пребывал в поисках. Сначала я надеялся найти ответ в потусторонней коробке с шарами, потом прибегнул к известной хитрости, намеренно переключившись на поиск других вещей, надеясь случайным образом найти и то, что меня беспокоило. Каждый раз, обнаруживая в своем умозрительном мире новый объект, я говорил себе «вот оно!», но тут же чувствовал, что открытие не принесло облегчения, а значит, это снова было не «оно».
Я не знал тогда ни что именно я ищу, ни зачем мне это нужно; по правде говоря, само ощущение поиска и чувство беспокойства было не до конца осознанным и отчетливым. У меня было смутное ощущение нереальности мира и искажения окружающих меня декораций, интуитивное понимание какой-то ошибки и неконгруэнтности. Я знал, что должен быть ключ – некий объект, который раскроет матрицу, но никак не мог найти его. Ключа не существовало в том мире, который увлек и зачаровал мое сознание.
Прошло тридцать пять лет. Совсем недавно я разгребал завалы хлама в подвале и случайно нашел старую коробку с давно забытой коллекцией марблс. Я открыл ее и погрузился в воспоминания о беззаботном и счастливом детстве и историях, которые я придумывал для своих шаров. Внезапно я понял, что одного шара в этой коллекции не хватает и отчетливо осознал, какого именно – там не было большого прозрачного шара. В ту же секунду волна событий, чувств и эмоций захлестнула меня, я увидел тот момент, когда впал в транс от созерцания внутреннего пространства этой магической сферы и переход в потусторонний мир воображаемых объектов.
Но даже этот момент кристального осознания не смог разбить этих чар. До сих пор, десятки лет спустя мой транс и зачарованность столь глубоки, что никто и ничто не может нарушить их. Понимание и осознание транса произошло для меня в трансовом состоянии Чтобы выйти из этого состояния и вернуться в реальный мир мне нужно, чтобы нашелся кто-то, кто заговорит с мальчиком, уставившимся в прозрачный шар. И тогда он испытает большое потрясение, узнав, что все то, что составило десятилетия его жизни, было лишь наваждением, продлившимся несколько часов.
Нет. Пусть лучше он узнает всю правду постепенно, - я не стану прерывать его игру, и пускай он пройдет эту магическую историю до конца. Я поставил коробку обратно на полку. Мой мир все еще кажется мне искаженным, - пожалуй, даже больше, чем это было раньше. Но исчезло беспокоящее чувство неправильности происходящего. Потерянный ключ – это все то, что окружает меня в моем мире.
Шелли и я
Сегодняшняя история - о девочке, открывшей в себе весьма необычный талант и придумавшей ему крайне нестандартное применение.
Автор: J. Jae "JJ" Jay. Мой перевод, вычитка: Sanyendis.
Оригинал можно прочитать здесь.
Я думала об этом уже несколько недель, но идея оформилась окончательно, только когда я увидела брата Шелли. Я поняла, что должна это сделать.
Шелли была одной из тех очаровательных отличниц, что постоянно ходят, прижав к груди туго набитый органайзер со всякой всячиной. Нежная кожа – она, наверное, никогда в жизни не красилась – и спускающиеся до самой талии шелковистые светло-каштановые волосы. Но самое большое впечатление на меня произвёл её рот. И зубы. У неё было худое лицо, но даже с учётом этого рот казался слишком маленьким. И тем удивительнее было видеть, как её губы смыкаются над двумя длинными передними зубами. Я каждый раз думала – нет, невозможно, такие гигантские зубы не могут поместиться в этом крохотном ротике. Но Шелли это каким-то образом удавалось.
Не думаю, что у неё вообще были друзья до того, как я начала с ней общаться. В тот день она так обрадовалась, когда за обедом я села за её столик и поделилась своей картошкой фри. Я видела это по её лицу: со мной разговаривает Райли Роудс. Та самая Райли Роудс. Честно говоря, мне просто хотелось смотреть на этот её карикатурный рот. Он меня завораживал. Она брала картошку фри по одному кусочку и тщательно их обгладывала.
Нет, правда. Наверное, она подумала, что я решила взять её под крыло. Что я введу её в новую захватывающую жизнь: мороженое и маникюр-педикюр с моими девочками, разудалые вечеринки у бассейна, болтовня о моде и всё такое. Ну да, ну да. Но она казалась такой счастливой даже от тех крох, что я ей побрасывала. В тот же день (у нас были уроки в одном классе) я дала ей накраситься блеском для губ. Он был вишнёво-розовым, с дешёвыми блёстками и пах автомобильной краской (я стащила его из сумочки Николь Ди, когда та отвернулась). Он ей совершенно не подходил, губы выглядели, словно смазанные жиром, да к тому же казались слишком алыми на её бледном лице. Но она была так счастлива. Вы бы видели её улыбку: даже когда она оттягивала губы до упора, её рот не расширялся, а только удлинялся, словно губы открывались только вверх и вниз, обнажая узкие длинные зубы и розовые верхние дёсны, такие бледные на фоне красных клоунских губ.
Она делала всякое для меня, эта Шелли. Отвратительно, но мне не стыдно в этом признаваться. Я придумывала всякую ерунду и шептала ей на ухо, лишь бы вдыхать чистый детский запах её шеи. При каждом удобном случае я украдкой разглядывала её передние зубы, цветом похожие на пожелтевшую слоновую кость, её маленькие бледные лапки с облезлой кожей. Мне хотелось скрутить её длинные тонкие волосы в верёвку. Посмотреть, будет ли она при этом так же пронзительно визжать, как в моих снах. Даже когда её не было рядом, я не могла перестать о ней думать. Я постоянно чувствовала себя на взводе, возбуждённой, словно ребёнок, переевший сахара.
Я всё ещё думала, что просто мечтать о ней будет достаточно. Теперь я знаю: достаточно не бывает никогда.
В прошлом году со мной кое-что произошло. Такие судьбоносные, определяющие дальнейшую жизнь события случаются с каждым из нас – только почти всегда это что-то скучное, вроде «летом у меня появилась грудь». Или как обнаружить, что у тебя есть талант к игре на тромбоне. Но тут всё вышло иначе. Я открыла в себе скрытый талант – точнее, дар. И это оказалось куда лучше банальной музыкальной одарённости.
Это случилось в середине января. В тот день я прогуляла школу. Родители куда-то уехали, у прислуги был выходной, так что дом остался в полном моём распоряжении. Хотя в Калабасасе [прим.: город в Калифорнии, на западе США] никогда не выпадает снег, погода стояла довольно прохладная, и я случайно заметила чёрную соседскую кошку, гревшуюся под моей машиной. Я заманила её в дом, бормоча, что хочу угостить чем-то вкусненьким, и она, словно загипнотизированная, пошла за мной. В тот момент я не совсем понимала, что делаю. Мне просто было скучно и хотелось немного пошалить.
Я привела её на кухню и достала пакетик кошачьего корма. Но прежде чем наполнить мисочку, я вспомнила, что горничная как раз недавно выбросила огромный рождественский окорок. Он испортился, когда отключали электричество. Я покопалась в мусорном ведре – и вот, пожалуйста, он всё ещё лежал там. Он сохранил нежность и аромат, только кое-где на бледно-розовом мясе проступили тёмные пятна. Выбрав кусочки получше, я сложила их миску и поставила перед кошкой.
Не раздумывая, она набросилась на еду, словно голодала несколько дней.
Наша собственная кошка, Снежинка, тоже заглянула на кухню. Обычно она меня терпеть не могла, но, когда я протянула к ней испачканные жиром руки и позвала, она тут же подбежала и уткнулась мордой в мои ладони. Я вытерла пальцы о её густой мех, а она только громче замурлыкала, словно в экстазе. Но потом в поле её зрения попала миска. Она бросилась вперёд и присоединилась к чёрной кошке.
Я завороженно наблюдала за тем, как они ели. Контраст чёрного и белого и симметрия, которую подчёркивала близость их размеров, притягивали взгляд. Их хвосты одинаково изогнулись, они напоминали зеркальные отражения друг друга. Кошки неистово пожирали кусочки окорока, их челюсти двигались синхронно и ритмично.
Зачерпнув немного мяса, я положила его на пол, на небольшом расстоянии от миски, а потом подвела Снежинку к ней так, что обе кошки теперь стояли мордами друг к другу, а кончики их хвостов соприкасались.
Я связала их хвосты вместе.
Кошки закричали. Они подняли от мяса грязные, перепачканные жиром морды. Их транс нарушился, они прыгали и пытались освободиться, но только сильнее затягивали узел. Моё сердце едва не выпрыгивало из груди. Я чувствовала такое возбуждение. Кажется, я смеялась. Миска перевернулась, и куски ветчины разлетелись в стороны, забрызгивая кухонный пол мясным соком и маслом. Кошачьи лапы только сильнее размазывали грязь. Куски мяса прилипали к шерсти.
Но вот их хаотичные движения стали более целеустремлёнными. Несмотря на страх, кошки вспомнили о своём неутолимом голоде. Они стали двигаться, словно одно существо. Спотыкаясь, они, будто маленькие пылесосы, собрали с пола все кусочки мяса до единого, их животы раздулись от съеденного. Затем восьминогая тварь подняла головы и осмотрела себя. Существо выгибалось, пытаясь добраться до застрявших в шерсти кусочков хрящей, и даже вгрызалось в собственную плоть. Из боков начала сочиться кровь. Обе половины, чёрная и белая, запутались друг в друге, пытаясь съесть самих себя.
Наконец меховой клубок вздрогнул, перевернулся ещё раз и упал неподвижно.
К тому времени я уже вышла из оцепенения, но охватившая меня волна счастья ещё не ушла, понимаете? Я оглядела комнату. Существо, бывшее когда-то Снежинкой и соседской кошкой, вылизало всё дочиста. Единственным свидетельством произошедшего была сама тварь, скрутившаяся в тугой комок в углу.
Я опустилась на колени, чтобы рассмотреть их повнимательнее. Я осторожно попыталась разъединить кошек, но не смогла. Тогда я потянула сильнее, но они так и остались лежать вместе. Тогда я поняла, в чём дело: мало того, что их когти впились друг в друга, а зубы вцепились в плоть, так ещё и мех слипся, затвердел от засохшей крови и… всякой всячины. Я попыталась распутать их хвосты, но узел стал таким тугим, словно они срослись воедино.
Я закопала их на заднем дворе и сказала родителям, что не знаю, куда делась Снежинка.
Воспоминания ещё некоторое время согревали меня после того рокового дня, я чувствовала приятное тепло в низу живота. Тогда я ещё не знала, на что способна. Но вскоре мне захотелось попробовать сделать это снова, только с другими животными.
Тогда я выяснила, что могу подзывать их к себе. Кроме Снежинки, у нас не было других животных, и я не знала, как добраться до кошек и собак моих друзей так, чтобы они этого не заметили. Но оказалось, что если просто сесть где-нибудь в тихом уголке на улице и позвать определённым голосом, то можно заставить животных самих подойти ко мне.
Низкий мурлыкающий голос – для кошек. Короткое пищащее стаккато – для белок. С крысами я разговаривала милым детским голоском: о, у меня есть что-то вкусненькое, ты чувствуешь запах, еда, мясо, так много мяса, я буду оберегать тебя, тебе будет так тепло! С мальчиками, кстати, я разговаривала тем же голосом.
С крысами получалось лучше всего. Они маленькие, и от них легко потом избавиться. И их хвосты легко завязывались в узелки. Я обнаружила, что могу связывать больше двух, до тех пор, пока узлы не превращались в гигантские пульсирующие комки плоти, соединяющие крохотные тельца в единое целое. Получалось здорово. Крысы визжали вместе, в унисон. В какой-то момент они начинали двигаться одновременно, иногда кого-то из них затаптывали насмерть, когда вся эта извивающаяся масса ползла вперёд. У меня всегда было припасено для них немного еды. Так легче удавалось их контролировать. Я даже устраивала для них полосы препятствий с кусочками еды. Все они рано или поздно умирали, но те, что были сделаны из крыс, держались дольше всего.
Но, как бы то ни было, это подводит меня к причине, по которой я рассказываю эту историю. Брат Шелли. Я составила ей компанию после школы, пока ждала, когда за ней заедет её мама. В конце концов появился синий минивэн, и когда Шелли открыла дверцу, я мельком увидела лицо её младшего брата. Я видела его лишь долю секунды, но этого оказалось достаточно. Он выглядел точь-в-точь, как Шелли: копна светло-каштановых волос, тонкое лицо, глазки-бусинки и такой же маленький глупый рот, переполненный зубами.
Когда машина тронулась, зуд усилился настолько, что это напоминало удар кулаком в живот. Он не проходил и не ослабевал, пока я шла домой. Сегодня вечером, сегодня вечером, сегодня вечером, говорила я себе. У меня был план, я обдумывала его уже несколько недель, но до его осуществления оставалось ещё несколько часов. Дома я налила себе бокал вина, потом ещё один. И ещё один, и ещё. Я порылась в шкафу, подыскивая идеальный наряд. Я уже знала её адрес, она жила всего в нескольких минутах ходьбы от моего дома. Я представляла, как иду туда, затем ускоряю шаг, мчусь по пустынным улицам навстречу неизбежному всеохватывающему экстазу, который, я знала, ждёт меня в этом тихом доме.
И вот уже полночь. Я стою перед домом Шелли в своём самом сексуальном коротком чёрном платьице, подвыпившая и дрожащая. Я так близка, что почти…
Спокойно. Спокойно. Я пытаюсь успокоиться. Взяв маленькую заколку, я взламываю замок и проскальзываю внутрь. В доме темно, я слышу чьё-то ровное дыхание. Стараясь не шуметь, я медленно поднимаюсь по лестнице. Я не хочу их будить.
Не знаю, как мне это удаётся, но я словно чувствую запах Шелли. Следуя за запахом, я открываю дверь в её комнату и без единого звука проскальзываю внутрь. Там темно, но я вижу комок на кровати – она спит на спине, широко раскинув руки.
Я достаю из сумочки маленький кусочек заплесневелого сыра и машу им у неё под носом. У меня с собой полно всякой вкуснятины. Она слегка шевелится, но не просыпается. Я достаю кусочек картошки фри. Ещё не гнилой, но ему уже много дней, он вялый и влажный. Это помогает. Она слегка приоткрывает рот, и я просовываю лакомство между её оскаленными зубами.
Медленно открыв глаза, Шелли смотрит на меня. Я прижимаю палец к губам. Ш-ш-ш. Она встаёт, и я вывожу её в коридор. Вместе мы заходим в комнату её брата. Я бужу его тем же способом – кусочком сэндвича с арахисовым маслом и джемом.
Они оба молча следуют за мной, как в трансе.
Наконец мы входим в главную спальню.
Их родители спят, прижавшись друг к другу. Очаровательно. И тут я вижу в другом конце комнаты детскую кроватку. За решёткой – округлая тень.
На ночь Шелли заплетает гриву своих волос в тугую косу. Я связываю её с братом. Его волосы достаточно длинные, чтобы это сработало. Ей приходится немного отклониться назад, но она и не думает жаловаться.
Затем я достаю ещё немного еды и бужу их родителей, веду к Шелли и её брату и «вплетаю» их в свой шедевр. У отца волосы короткие и щетинистые. Почти слишком короткие. Я потею. Его волосы так и норовят выскользнуть из пальцев. Я так близко. Наконец мне удаётся запутать несколько его волос в общей массе, но этого недостаточно. Я тяжело дышу. Нет, должен быть способ получше.
В раздумьях я осматриваюсь по сторонам. Потом я замечаю Малыша, подхожу к кроватке и смотрю на него. Но у него нет волос, только маленький пушок, даже короче, чем у его отца. Бесполезно. Я достаю из сумки горсть еды, разминаю в кулаке и сую в лицо Малышу. Он глотает, издаёт булькающий звук и кричит от удовольствия.
Я поднимаю его и возвращаюсь к остальным. Они хватаются за него. Мать стонет, а потом они все начинают кричать. Они видят остатки еды у него на лице. Она блестит. Они так голодны. Еда.
Еда.
Я провожу длинным ногтем большого пальца по его горлу. Кожа Малыша нежная, словно масло, и поддаётся почти без сопротивления. Водопад крови заливает ковёр, но главное – забрызгивает их волосы и одежду, склеивает их вместе. Малыш ещё жив! Крики становятся громче, и некоторые из них принадлежат ему. Плачь сколько хочешь, Малыш. Ты никуда не денешься. Тела бьются друг о друга. Волосы стягиваются в узел, одежда сминается, конечности обвиваются друг вокруг друга. Сначала я протягиваю Малыша Шелли. Она бросается вперёд и зубами вцепляется ему в лицо, заглатывая пищу и сдирая кожу. Ну вот, теперь Малыш точно мёртв, думаю я. Я отбрасываю его тельце в другой конец комнаты. Они бросаются на него и падают на пол, шевелящийся холм брыкается и рычит. Затем, чудесным образом, куча начинает двигаться. Я подпрыгиваю на кровати, наблюдая, как они катятся по ковру. Я вижу, как щёлкают челюсти, как хрустят кости, но они слишком крепко спаяны друг с другом. Они добираются до мёртвого ребёнка и принимаются за еду. Я кричу. Или смеюсь. Не могу понять. Открыв сумку, я вываливаю на них остатки испорченной еды, а они извиваются, пытаясь дотянуться до всего этого.
Я подпрыгиваю на кровати и кричу, кричу, кричу. Я так счастлива, что почти ничего не вижу. Я падаю и приземляюсь на ковёр, но едва замечаю это. Ковёр пропитан кровью, он смягчает падение, он мягкий и так вкусно пахнет. Я спотыкаюсь, всё вокруг красное, волосы за что-то зацепились, и когда я пытаюсь подняться, что-то тянет меня назад, и всё вокруг красное, красное, красное, красное… Это цвет голода.
А те, кто подписан на наш канал в ТГ, Сказки старого дворфа, прочитали эту историю ещё в конце января :)
Семь фундаментальных отличительных особенностей электронной музыки
Появление электронной музыки в 1950-ых было еще одним примером того, как музыкальная культура может повторно открыть себя посредством новых подходов к инструментовке, стилю, и структуре. В статье для журнала die Reihe, музыковед Х. Х. Штукеншмидт (1901-88) характеризует электронную музыку как Третью стадию в эстетической истории музыки, первые два, были связаны с появлением вокальной музыки и инструментальной музыки: «С момента происхождения человека музыка развилась всё больше и больше и современый этап мы называем Третьей, Электронной стадией, мы с удивлением открыли для себя искусство, которым полностью управляет дух человека, способами, ранее не вообразимыми.»
Ранние школы электронной музыки, независимо от их философии в сочинении музыки, единогласно признавали несколько ключевых аспектов электронной музыки, которые отличают её от музыки создаваемой традиционным способом. Эти базовые принципы могут быть разделены на семь пунктов:
1 Звуковые ресурсы, доступные электронной музыке, неограниченны.
Новые звуки могут создаваться непосредственно из формы звуковой волны. Композитор теперь не только создает музыку, но и непосредственно составляет сами звуки. Композитор может изобрести звуки, которые не существуют в природе или радикально преобразовывает естественные звуки в новые инструменты. Например, Личано Берио, для своего произведения Thema-Omaggio a Joyce использовал манипуляции со звукозаписывающей лентой, чтобы преобразовать человеческий голос в несметное число звуковых паттернов, пропитанных тональностью человеческого общения. В части произведения Luna (1984), Венди Карлос (1939), смоделировал цифровой инструмент, звучание которого могло быть изменено в реальном времени, поскольку было необходимо играть одну и туже тему, то звуками скрипки, то кларнета, то виолончели. Этот звук не был возможен в мире за пределами компьютера, но стал возможным с появлением библиотек “оркестровых точных копий реального мира”, и синтезаторов. В произведении Beauty in the Beast (1986), Карлос развил этот эксперимент далее, создавая тембры инструментов, которые не могли существовать в нашем мире, используя реально существующие инструменты.
2 Электронная музыка расширяет восприятие тональности.
Изобретение новых концепций звучания делается легче с электронными музыкальными инструментами. Микротональная музыка более легко проектируется композитором, который может подразделить октаву, используя программное обеспечение и цифровую клавиатуру, чем при помощи фортепьяно. С другой стороны, электронная музыка также добавляет новую концепцую - концепцию шума. Все звуки можно считать одинаково важными приращениями в спектре электромагнитных волн, по той простой причине что они тоже являются звуками.
3 Электронная музыка находится в состоянии актуализации.
В мире электронной музыки есть много работ, которые не могут быть точно расшифрованы и воспроизведены по записям. Основная причина этого состоит в том, что электронная музыка является средой, в которой композитор непосредственно создает работу или как запись или как живое выступление. Редко возникает потребность интерпретировать запись кем либо ещё кроме самого композитора.
4 У Электронной музыки особые отношения с временной природой музыки.
Пластичная природа электронной музыки позволяет композитору в любой момент менять значения всех параметров, связанных со звуком (например, питч, тембр, обработка). Способность изменить время или продолжительность звука является одной из своих самых фундаментальных особенностей электронной музыки.
5 В электронной музыке, сам звук становится объектом творчества.
Способность проникнуть внутрь физики звука и непосредственно управлять его особенностями обеспечивает полностью новый ресурс для автора.
6 Электронной музыки не требуется дыхание: она не затрагивает ограничение человеческих возможностей.
Электронная музыка может звучать пока есть электричество. Электронные инструменты могут в течении долгих промежутков времени генерировать или повторять звуки, чего не могут живые музыканты. Электронная музыка может использовать ритмы, слишком сложные и быстрые для исполнения их человеком. Композитор освобождается от физических ограничений человеческой природы.
7 Электронная музыка часто испытывает недостаток схожести звуков с окружающим миром, обеспечивая тем самым умственный и образный экспириенс.
Сущность электронной музыки с разъединении с миром природы. Прослушивание такой музыки в большей степени затрагивает ум и воображение, позволяя интерпретировать слышимое только через косвенное толкование. Для слушателя источники звуков становятся чем то таинственным и объектом персональной реальности.
Честный знак на каждый выхлоп
Сегодня, в первый день второго месяца весны, заключительное чтение прошёл законопроект "Об основах государственного регулирования выхлопных систем". Закон расширяет список товаров, подлежащих обязательной маркировке. Теперь в списке содержатся также: выпускные тракты, выхлопные системы, системы прямого выпуска, животные, использующиеся для осуществления перевозок и иные механизмы и системы, непосредственно участвующие в формировании звука выхлопа.
Как выяснила редакция ВРИ Новости, маркировке будут подлежать в первую очередь сами глушащие банки. И первыми на маркировку попадут мотоциклы и их системы всё-в-одном, эти глушители должны быть промаркированы за 3 месяца, до 1 июля 2024 года. На глушитель лазерным способом будет наноситься код Data Matrix также, как сейчас его можно встретить, например, на кефире. Маркировка будет означать, что глушитель успешно прошёл испытания на шум, крепление "банки" к выхлопному тракту - пломбируется.
В комплекс по противодействию шумному выхлопу (КоПроШВы) также входят и камеры, детектирующие шум. Такие проходят пилонтые испытания в столице с 2021го года. До 1 июля у мотоциклистов, а также владельцев триммеров, бензопил, мотоблоков и гужевого транспорта есть время проверить свой выхлоп, получить код матрицу и пребывать в спокойствии. Для нарушителей же, как и ранее с системой Платон, предусмотрены 30 электронных баллов обратного отсчёта, сокращённо е-баллов. При регистрации шумокамерой громкого выхлопа источники шума получают по е-баллу. Когда счёт е-баллов доходит до нуля, применяются штрафные санкции. Законодатель обещает к 1 июля внести соответствующие поправки в КоАП, применяя прогрессивную шкалу за каждое следующее нарушение.
Специальный корреспондент Ноад, ВРИ Новости. Текст является объектом авторского вымысла и шуткой на 1 апреля, если кто-то до сих пор не понял.
Эрик Дэвис «Божественный алмаз: между свеклой и господом»
Около десяти лет назад мне довелось пережить настоящий мистический опыт. Я никогда не писал, практически никому не рассказывал, но впоследствии много думал об этом случае, и, мне кажется, я достойно справился с этой необъяснимой и пугающей ситуацией. Обстоятельства происшествия курьезны, если не сказать, что абсурдны: это случилось во время моего месячного пребывания в Центре изучения Дзен в северной Калифорнии, когда я возился с ведром собранной свеклы в саду. Я приехал в этот центр, чтобы отдохнуть, поправить здоровье и наметить для себя новые планы после завершения работы над окончательным вариантом книги Techgnosis (в русском варианте перевода «Техногнозис»). В то прохладное солнечное утро я перемывал корнеплоды свежевыкопанной свеклы в большом корыте на краю поля. Сразу скажу: я не пил и не употреблял наркотиков на протяжении нескольких недель.
Произошедшее дальше настолько сложно объяснить, что мне кажется необходимым прежде сделать небольшое пояснение. В эзотерической психологии есть принципиальное разделение содержания сознания – эмоций, мыслей, чувств и предрассудков, - и субъекта, или, иначе, носителя этого контента. Поверхностное сходство с картезианским дуализмом налицо, однако речь в данном случае идет о том, что медитация помогает субъекту освободиться от мыслей и чувств, которые не являются сутью субъекта, но в существенной мере предопределяют его поведение и отношения с окружающим миром.
Итак, я мыл корнеплоды, думал о работе, чувствовал приятную прохладу воды, когда внезапно мое «я» подобно космическому челноку вырвалось в прежде неизведанные, немыслимые сферы осознанности. Я вошел в бесконечный цикл рекурсии – я дистанцировался в наблюдении за наблюдателем наблюдающего наблюдения… подобно паучку на паутинке, подобно расходящимся кругам на воде уровни субъективной идентификации становились все более слабыми, разреженными и в итоге сошли на нет.
С чем это можно было сравнить? Аналогия пришла несколькими минутами позже, когда ко мне вернулась способность рефлексировать: это было сродни перевернутому биноклю, который не приближает предметы, а увеличивает дистанцию. Мое внутреннее око, мое эго взирало на мир с высоты Олимпа.
Пережитый опыт невозможно описать, не обращаясь к мистической риторике, которая мне откровенно претит, тогда как само событие имеет для меня безусловную ценность. Скажем так – в этом состоянии не было ничего приземленного, присущего человеческой природе. Я был чистой сущностью, но не отношением. Я был алмазом, кристальной ясностью, мета-разумом – одновременно коллективным и индивидуальным.
В этом состоянии не было места горю и радости – я был неэмоционален и бесстрастен; я даже рискну называть это состояние «ангельским», поскольку именно такими видятся мне хладнокровные молчаливые ангелы в фильме Вима Вендерса «Крылья желания» (в российском прокате «Небо над Берлином»). Также не исключаю, что именно такие опыты имеют в виду телемиты, говоря о магических ритуалах познания и обращения к священному ангелу-хранителю.
Достигнув сияющего пика кристаллизации осознанности, я смог обратиться к себе земному, все еще перемывающему корнеплоды на краю поля в прохладный солнечный полдень. Моя универсальная сущность парила над тем, кем я привык быть, смотрела на руки, которые более не были «моими», но по-прежнему держали свеклу.
И в этот момент я понял с непоколебимой ясностью две важные вещи: что все случайное в мире подчиняется абсолютному закону, и что все мои страдания предопределены попытками сопротивляться или влиять на этот закон.
Слово «закон» стало частью моего осознания внезапно, и в этом есть определенная доля курьезы. Я никогда не испытываю пиетета перед ним, испытывая определенный внутренние противоречия и предубеждения культурного и социального характера. Однако именно так я увидел природу вещей – это был Закон.
Позже, пытаясь примириться с этим неудобным словом, я вспомнил также, что одно из значений слова «дхарма» - это именно Закон; оно имеет некоторые нюансы, отличные от кармического закона, и соотносится с моральными постулатами о том, что можно и должно. И в тот сияющий момент осознание закона и природы вещей не вызвало у меня ни малейшего противоречия и боли, в отличие от обычного моего состояния, когда двойная мораль, необходимость делать выбор и противоречие между долженствованием и желанием были неизменными препятствиями на моем жизненном пути.
В финале этого мистического опыта я оторвал свой внутренний взор от ладоней, моющих свеклу, и обратился к лесополосе из сосен и эвкалиптов на границе поля. В том, как ветер шелестел листвой и колыхал ветви, мне привиделась целая вселенная. Все двигалось вокруг меня, пока я пребывал в оцепенении, и, кажется, даже время изменило свой ход.
Все мерцало, светилось и волновалось, как солнечный свет на озерной ряби, как утренний туман, как Лас-Вегас в ночи невадской пустыни. Ветер, листья, блики света, запах эвкалипта сплетались в мощный и стремительный ансамбль, который без особого преувеличения я бы сравнил с симфонией, и так же, как музыка, мир был бесплотен, прозрачен, лишен субстанции и силы притяжения. Это было незабываемо, чудесно, сладостно и правильно.
Все это продолжалось около тридцати секунд, и затем магический бумеранг вернулся: земная тяжесть придавила меня, я поскорее закончил свои дела и поспешил вернуться в центр, где и остался – отчасти подавленный, но еще болеизумленный и пораженный произошедшим.
С тех пор ничего подобного со мной не происходило, хотя порой я и чувствовал трепетание ангельских крыльев над моим плечом. Я мог бы попытаться рассказать больше об этом случае, о том, как он изменил меня, но это все пустое. Скажем так: даже если то, что произошло, было всего лишь нервным спазмом, я видел другое свое «я», и, возможно, смерть будет лишь безвозвратным падением в ту сияющую высоту, к которой мне довелось прикоснуться.
Реклама на пикабу
Друзья, давайте выведем в топ данный комментарий, для этого нужно в приложении Google play в отзывах к приложению Пикабу, найти данный комент, для этого примените сортировку: сначала новые, затем нажать на кнопочку да, под вопросом был ли этот отзыв полезен
Куриный суп с лапшой "Кубанская кухня"
Приветствую, вас великие доширакологи и умнейшие ролтонье.
Тема сегодняшнего доклада, как вы догадались, быстрорастворимый суп куриный с лапшой от нашего отечественного производителя "Продторг", и выпускается этот супчик под брендом "Кубанская кухня".
Кстати а вы знали что куриный суп, ну вот этот который лично у меня с деревней ассоциируется, потому что его всегда бабушка готовила у которой я бывало гостил, это самое типичное блюдо в Азиатской кухне, ведь тот же Фо или Рамён это не что иное как суп с лапшой. А если верить викепедии то в россию это блюдо пришло из татарской кухни в XVII веке, после присоединения Астраханского и Казанского ханств.
Ну да хватит лирики
Вскрываем стаканчик и на донышке видим немного поломанной лапши, моркови и чудо химической промышленности - порошок, который должен стать супом, если добавить в стакан 220мл кипятка.
Я не знаю 220 мл кипятка я налил или меньше, или больше, фиганул на глаз, ибо лить кипяток при помощи мензурки ну такое себе.
Итак пробуем, первое что бросается в глаза, а точнее на язык это соль, тут много соли, тут очень много соли. И за этой солью есть сладость моркови и вкус того самого супа со звездочками на минималках
Лапша набухла и ее стало много, т.е. полпорции это густоватая лапша и соль с морковкой, да, много соли. Чтобы приговорить это блюдо понадобится ложка, с вилкой будет трудноватенько.
А вердикт будет такой - в принципе за свои 50 рублей этот суп лапша выполняет свою задачу и насыщает пузико едока, но вот по вкусу на троечку, во первых много соли, во вторых это вкус бульонного кубика на минималках, он не выразителен и пустоват и второй раз я это брать не буду
Как я болела ковидом. Часть 2
Стационар поначалу встретил меня довольно прохладно во всех смыслах. Несмотря на приятную майскую погоду, в приемном отделении по ощущениям был адский дубак со сквозняками и полутьмой. Уставший доктор бегло меня осмотрел и пытался направить на рентген. Я быстренько достала заключение КТ и диск, но радости в глазах врача это не прибавило. Оказалось, что КТ аппарата в больнице нет, а диск смотреть и вовсе негде. Решили опереться на описание исследования. Тут же подоспела медсестра с палочками, чтоб взять очередной мазок. Я стойко перенесла процедуру и затем со всем своим скарбом отправилась заселяться в палату.
С палатой повезло. Второй этаж, солнечная сторона, в окнах почти нет щелей, до туалета не очень далеко. Минус всего один - мое появление в стационаре совпало с плановым отключением горячей воды в городе, потому либо мыться ледяной водой, либо обтираться влажными салфетками. Их я почти сразу включила в список того, что попросить у друзей при их визите.
Соседи тоже подобрались приятные: койка напротив - врач-рентгенолог из нашей детской поликлиники, рядом с ней работница похоронного бюро, которую я же и направляла в стационар, у двери лежала монахиня, и ещё две койки пустовали. С положительным мазком на ковид оказалась только похоронщица, хотя симптомы у всех были сходными.
В первый вечер меня все ещё тошнило. Товарищи по палате успокоили, что у всех так, и скоро это пройдет, а после поделили между собой мой ужин. Затем пришла медсестра ставить первую капельницу. Руки у девушки оказались золотыми - она с первого раза нашла вену на моих пухлых руках и крайне ловко все зафиксировала. Было велено лежать минимум 20 минут. Первые минут 5 я пережила спокойно, а затем появилось ощущение, что кишечник мой начал адскую пляску, вовлекая в свой танец и желудок, меня снова начала мучать тошнота. Оказалось, что так мой организм реагирует на смесь двух антибиотиков, и это мне предстояло переживать каждый вечер.
С каждым днём состояние мое постепенно улучшалось (не считая болей в попе от уколов), а наше общение в палате становилось все теплее. Мы с рентгенологом стали помогать медсёстрам снимать капельницы, работница похоронки жаловалась на свою работу, а монахиня оттаяла и рассказывала про свою бурную молодость и как она пришла к Богу. Затем наша палата дополнилась ещё двумя интересными персонажами: сначала к нам из реанимации перевели писательницу, а затем по направлению одной из поликлиник госпитализировалась молдаванка.
Писательница оказалась местным автором детских сказок и к выписке ее дети привезли нам всем по экземпляру сборника ее произведений. Сказки действительно добрые и хорошо убаюкивают, особенно когда автор их нам читает сам.
Молдаванка же была нашим кулинарным спонсором. Попробовав местную еду, она сказала гордое Фи и сразу стала кому-то звонить. Через полчаса под нашими окнами была наверное вся её семья с большими пакетами. Официально такие передачи были запрещены. Решение было довольно изящным: мы распахнули в палате настежь окно, ее дети привязали один конец веревки к рулону туалетной бумаги, а второй к пакету с едой, бросили бумагу нам в окно, молдаванка поймала и по верёвке затащила к нам вкусняшки. Этой схемой мы пользовались вплоть до выписки.
Близилось время выписки, и доктор велел всем нам пройти контрольный рентген. Это получилось сделать только с шестого раза: рентген аппарат настолько сильно заливали дезсредствами, что он бедный делал только один снимок, а потом уже давился пленкой с привкусом хлорки и выдавал нечто пожеванное и невразумительное.
И вот все снимки сделаны, анализы сданы, за мной приехали родители, и я вдыхаю воздух свободы. Всего в стационаре я провела 25 дней. Больничный мне продлили ещё на 2 недели для восстановления на дому. Все шесть моих мазков на ковид пришли с отрицательным результатом. Официально я болела просто вирусной пневмонией.
Во время одной из наших прогулок Ангелина предложила подать документы на страховые выплаты. Я сказала ей об отрицательных мазках, на что она радостно мне сообщила, что в частных клиниках появился анализ крови на антитела, он и покажет, чем же я болела.
Разумеется, антитела к ковиду в крови зашкаливали. Я наделала копий документов и отправилась к заведующим, чтобы подать заявку на соцвыплаты. Мне сказали, что по антителам такого ещё никто не делал, но мы попробуем. (После меня многие пошли сдавать кровь на антитела и, о чудо, оказалось, что они тоже болели не какой-то вирусной пневмонией, а именно ковидной)
Через некоторое время я вышла на работу, но меня все ещё мучали побочки. Периодически в покое срывался сердечный ритм и мое сердечко выдавало по 140 ударов в минуту, а затем само успокаивалось. Ощущалось это как резкий удар кулаком в грудь. Кардиолог настоял, чтобы я носила фитнес браслет и скидывала ему данные мониторинга пульса. Он же настроил мне браслет так, чтоб тот начинал жужжать при пульсе 120 и выше, чтобы предупреждать меня об очередном приступе. Также меня мучала утомляемость и одышка, я даже на второй этаж поднималась с трудом. Мозги и вовсе стали как кисель, я соображала долго, вспоминала что-то ещё дольше, было ощущение будто я пытаюсь пробраться через густой-густой туман в голове. Заведующие предложили отправить меня в отпуск, благо дней у меня хватало, с чем я согласилась.
Тогда мы поехали с мамой в Севастополь и прекрасно проводили время. После недели в Крыму одышка стала меньше, а приступы сердцебиения беспокоили меня всего раз в неделю. Отдельным событием стала наша морская прогулка от мыса Фиолент в Балаклаву: едва мы причалили, мне пришло уведомление от Сбербанка "Зачисление пенсии" - пришли мои страховые выплаты за ковид. Мама, смеясь, назвала меня "Золотой ты мой пенсионер"
Китайская лапша из фикс прайса
Сильно не пинайте, в доширокологии я не сильна, и фотки делала не красивые, а так, в чате показать. Но постараюсь оформить в пост, потому что лапша мне прям очень понравилась.
Итак, сегодня я в фикс прайсе увидела лапшу, произведенную в Китае. И купила ради интереса ту, которая в красном стаканчике.
Вкус- говядина.
Посмотрим, что нам положили в стаканчик:
Лапши две порции, приправа, соус, овощи и складная вилочка! Я приятно удивлена, лапши реально много!
Я заварила лапшу и высыпала в нее овощи. Довольно крупные куски морковки и чего то похожего на шпинат. Первый момент пахло зелёной фасолью.
Дальше пошли вольности, воду я слила, и лапшу залила своим бульоном. Приправу и соус попробовала и добавила совсем чуть чуть, только попробовать, большее не позволяет мой гастрит.
Или это не приправа и соус, я не знаю, а выяснить не получилось.
И то и другое вкусное, соус чуточку сладковатый, с насыщенным вкусом и запахом, в порошке небольшая кислинка и глутамат натрия, и то и другое имеет остроту красного перца. Поскольку я только капельку попробовала, не могу сказать, насколько острый получился бы суп, но остринка точно есть.
Что же касается самой лапши- она шикарная! Я натурально в восторге, очень тоненькая, круглая, упругая. Мне напомнила домашнюю лапшу для лагмана, только очень очень тонко сделанную.
Короче, моя оценка 10 из 10, прям советую. Если попробуете, дополняйте , потому что я, конечно, не спец в лапше
Чегой-то взностальгнулось...
Все, что осталось за дверью -
Воет, зовет кричит и поет...
Если чему-то не верю,
Если никто не ждет.
Разбитый вдребезги камень,
Честность не стоит лжи.
Если смертельно ранен,
Если кричат ножи.
Новый не значит старый.
Чье же солнце взойдет,
Если огонь пожара
Собою затмит восход ?
Мелочность крупно напишет
Бессмыслицей яростных слов :
Здесь над мирянскою крышей
Оргия пьяных богов...
А самомнение хмыкнет,
В прах превратятся цветы.
И кто-то безудержно крикнет :
ВО ВСЕМ ВИНОВАТ ЛИШЬ ТЫ
Старая-старая сказка
Дышит концовкой лихой,
Утро снимает маску
Нарушив ночи покой...
Атональщина сплошная, аккорды и не помню уже... Но оно того стоило.
