Поиск по тегу «моё»
Пять странных фактов. Часть XXXII
Обязательный Disclaimer: Я обычно пишу большие лонгриды на всякую странную тематику, но в процессах поисков натыкаюсь на кучу мелких историй, растянуть которые в полноценную статью не позволяет даже моя графомания. Поэтому — небольшую подборку странных штук из мира вокруг. Они не особо подвергались проверкам с моей стороны — искать доказательства и подтверждения всего этого времени просто не было. Можно возражать, исправлять и гнобить, кто вам запретит, да?
Картинка в заголовке статьи служит для привлечения внимания. Так нейросетка представляет этот выпуск, после скармливания всех ключевых слов из статьи. Ищите пасхалки сами.
--- 11 строчек чуть не сломавших интернет ---
А вот сейчас придут программисты и мне напихают полную панамку. Но я должен рассказать эту историю, как её понимаю. В общем, чтобы вы знали — вся наша тонкая программная инфраструктура состоит из пакетов и модулей — это такой кусок кода, куда уже зашиты нужные функции. Вот, например, надо вам работать с картинками. Вместо того чтобы самостоятельно писать загрузку-обработку картинок, всё, что вам надо — это найти пакет, где уже есть все нужные вам функции. Прописать в код и всё, теперь можно вызывать это в своей программе. Но дальше интереснее — этот пакет тоже может содержать другие пакеты, которые, в свою очередь, использует уже другие пакеты. И так далее.
И вот однажды один из разработчиков пакетов сильно обиделся на NPM. А чё? Это такой менеджер модулей, где их собрано просто дохрена и любой программист может быстро поставить любой модуль, находящийся в этой библиотеке. Ну и обновлять, при необходимости. Обиделся наш герой, по сути, за «угон» названия его пакета и лично я считаю — обиделся за дело. Но это не суть важно — там сложная схема.
Важно, то, что он в качестве мести просто убрал из этого менеджера все свои наработки, коих было около 270 штук. Пакеты были не слишком-то сложные, и любой программист мог при желании их написать самостоятельно. И вот оказалось, что один пакет left-pad состоящий из всего 11 строк кода был... скажем так, очень популярным. Всё, что он делал — добавлял цифру 0 в начало строки (подробнее вам, наверное, объяснят программисты в комментариях). При такой скромной функции он активно использовался в более популярных пакетах, вроде React (а правда, зачем писать код, если его кто-то уже написал за тебя?). А уже этими вещами пользовались Facebook, Netflix и прочие большие дяди.
Простые пользователи, конечно, ничего не заметили, но март 2016 года оказался для многих программистов и системных администраторов довольно сложным — сыпалась куча ошибок, пакеты не хотели устанавливаться, связи дружно шли на хер и не было понятно — почему. Что за такой модуль left-pad? Откуда он взялся? Многие из разработчиков даже не задумывались — ставили большой пакет, и всё. Но теперь, без одной маленькой детальки, вся эта система отказывалась работать. Жалобы сыпались со всего мира и NPM пошли на невозможный до этого шаг — восстановили удалённый пакет. И судя по всему, достигли каких-то соглашений с автором.
Ну а вам — вот лишнее напоминание, что картинка перед текстом — очень верная.
--- Птицы умнеют, милорд ---
Узрите, блин! Знаете, что это? Это символ того, что господству людей на земле скоро придёт конец. Чтобы вы знали, перед нами — птичье гнездо, которое создано из противоптичьих шипов. Да, тех самых, которыми «украшают» разные здания, чтобы птицы не садились туда и не справляли свою нужду. Орнитологи начали замечать во многих местах мира, что, например, вороны используют шипы, как основу для гнезда, а те же сороки, понимая всю обороноспособность этого материала, полностью утыкивают свои гнёзда такими шипами. В одном из найденных гнёзд было около 50 метров полос и 1500 шипов торчали наружу. Всё, чтобы никто другой не мог угрожать жилищу простой птички.
Сороки целенаправленно отрывали эти полосы с ближайшего здания госпиталя. Кроме этого, в гнезде были найдены куски противоптичьей сетки. Что логично — тоже созданной не пускать птиц на отдельные крыши. В общем... ещё немного и они смогут додуматься до чего-то большего. И не говорите, что я не предупреждал.
--- Если человек идиот — это неисправимо ---
Ой, что это за картинка? А это, мои уважаемые читатели, иллюстрация к эффекту Даннинга — Крюгера. Ну та самая история, которую можно представить как: если человек — идиот, он не понимает, что он идиот, потому что он идиот. Ну погуглите, если хотите. Тут больше интересно то, что к выведению этого эффекта Дэвида Даннинга и Джастина Крюгера (это два человека, сюрприз) натолкнула странная история ограбления банка.
Два чувака, зашли в банк Питтсбурга в открытую, без масок, не скрываясь, но зато с оружием. Покрасовавшись перед камерами, они просто потребовали деньги. Получив своё, они также спокойно ушли. Естественно, первое что сделала полиция — посмотрела записи и опознала местных жителей. Почему же грабители не стали прятать лица? Да потому что они узнали о чудесных свойствах лимонного сока. Если вы не знаете, то этим соком можно писать как невидимыми чернилами. Потом нагреваем, и сок проявляется. А дальше, к ним пришла идея — если помазать лица невидимыми чернилами, то лица, вполне логично станут невидимыми.
И они настолько были уверены в своей правоте, не выказывали никаких сомнений в своей глупости, что про этот курьёзный случай вышла статья в газете. А уже после знакомства с историй, вышеназванные психологи решили изучить этот случай поподробнее. Вот так грабители банков подарили всем пользователям интернета отличный повод для унижения оппонентов.
--- Самый пугающий самолет ---
Этот самолёт вызывает странные ощущения, да? С одной стороны — он выглядит как такой реактивный истребитель. С другой стороны — эт, чё? Винт, что ли? Да, перед вами Republic Project 3347 — экспериментальный турбовинтовой самолёт со сверхзвуковым винтом. Он мог бы с лёгкостью установить рекорд скорости для винтовых самолётов, но...
Начнём с того, что буквально после первого же испытания в 1956 году военные прозвали его Thunderscreech (громовой визг). А единственный из двух прототипов смог налетать всего 10 часов. Дело в том, что лётчики-испытатели отказывались в него садиться, а все, кто принимал участие в тестировании, требовали, чтобы эту хуергу оттащили как минимум на несколько километров от наблюдательного центра. Винты крутились настолько быстро (быстрее скорости звука), что порождали буквально видимые звуковые волны (помните Sonic boom), а шум можно было услышать на расстоянии 40 километров. Ударная волна от его винта сбивала каждого незадачливого мимокрокодила с ног, а один из пилотов, находившихся в соседнем самолёте, был госпитализирован.
Ну и, естественно, этот дикий шум вызывал тошноту, головные боли и припадки. Вплоть до того, что именно благодаря ему, учёные озадачились поиском знаменитой Коричневой ноты. Да, того самого звука, который позволяет цели непроизвольно опустошить кишечник. Ходят слухи, что и такое бывало во время испытаний этого самолёта. Короче, оружие настолько страшное, что в серию так и не пошло…
--- Ужасное наказание ---
Мужчина на фотографии — Лоуренс Рипли. В 2016 году, когда ему было 70 лет, старичок зашёл в банк и протянул банкиру записку — с сообщением вроде: «я вооружён, положите деньги в мешок и передайте мне». Да, как те ребята из истории про лимонный сок. Пожилой грабитель тоже не прятался лица, был дружелюбным и общительным. Но по другой причине. Ведь после того, как испуганный кассир отдал ему деньги, он вышел в зал и прошёл прямо к охраннику. После этого отдал сумку с примерно 3 тысячами долларов и принялся ждать прибытия полиции. В процессе Лоуренс объяснил охраннику — зачем всё это затеял. Ключевое слово — «обида». Утром дедок поссорился с женой (это она на фото справа) и решил, что лучше отправится в тюрьму, чем останется в доме, где его не уважают.
Суд принял во внимание все детали — первое преступление, небольшая сумма, пожилой возраст, деньги не покинули банк, добровольная сдача, доброжелательность и учтивость. После чего присудил виновному 6 месяцев общественных работ и... домашнего заточения. Да, дома... с женой. Вот он — настоящий зверский оскал Бессердечного Американского Правосудия.
Нарисовала Сёгун Райдэн x Яэ Мико
...это style!
♥ подписывайтесь на мою группу ВК и твиттор - видео с процессом рисования, общение и основная активность там! ссылки в описании профиля ♥
Крошечное пианино
Грустная история о передававшейся из поколения в поколение семейной реликвии.
Автор: Keetah Spacecat. Мой перевод, вычитка: Sanyendis.
От автора: «Это реальная история. Шкатулка до сих пор стоит у меня на полке. Посвящается моей бабушке».
У меня есть крошечное пианино.
На самом деле, это маленькая музыкальная шкатулка, выполненная в форме крошечного пианино. Это довольно милая вещица, сделанная из дымчатого пластика с золотистым орнаментом. Сквозь прозрачные стенки видно, как движутся крошечные детали её латунного механизма. Орнамент в виде золотых музыкальных нот и нарисованные клавиши довершают её простой, но элегантный вид. Стоит повернуть ключ, и воздух наполнится нежными чистыми нотами «Moon River».
До того, как пианино попало мне в руки, оно принадлежало моей бабушке. Когда я был ещё совсем маленьким, я проводил долгие часы, заводя механизм, а потом изображая, будто играю музыку на её нарисованных клавишах. Я всегда мечтал научиться играть на пианино, но денег на занятия вечно не хватало. Так что я притворялся, будто играю, и это было тоже неплохо.
Бабушка очень ценила эту шкатулку. Она всегда просила меня играть с ней очень аккуратно. Я, разумеется, слушался её и только постукивал по клавишам кончиками пальцев, сочиняя у себя в голове целые симфонии.
Только когда у моей мамы обнаружили рак, я понял, почему бабушка так бережно относилась к этой шкатулке.
У мамы была четвёртая стадия рака груди, более редкая и агрессивная его форма, из тех, что обычно поражают молодых женщин. Химиотерапия и хирургическое вмешательство уже не могли сдержать распространение рака, и ужасные метастазы распространились в желудок и мозг.
Одним холодным январским вечером мы с братом попрощались с ней, и нас отправили к бабушке, а отец оставался рядом с не приходящей в сознание мамой.
Мы сидели рядом в гостиной. Бабушка тихо молилась, а мы с братом не знали, чем себя занять. Просто сидели. Что нам ещё оставалось? Только ждать плохих новостей.
Было около часа ночи, когда музыкальная шкатулка заиграла сама собой.
Я услышал её, нежную, плавную мелодию «Moon River». Но она играла медленно, как будто шкатулку завели не до конца. Медленная мелодия звучала так, будто шкатулка оплакивала сама себя. Она сыграла только один полный оборот песни, и звук становился тише с каждой нотой.
Бабушка заплакала, крепко обняв нас обоих.
Когда отец пришёл, чтобы сказать, что мамины мучения наконец-то закончились, он застал нас с бабушкой плачущих вместе.
Бабушка узнала, что мама умерла, ещё до того, как он сказал об этом. Только когда я стал старше, то понял, откуда.
Годы спустя я снова оказался в бабушкином доме. Когда мамы не стало, отец стал довольно небрежно относиться к нашему воспитанию, и растила нас бабушка. Я проводил с ней всё возможное время, и после смерти мамы только рядом с ней я чувствовал, что меня по-настоящему любят.
Я больше не играл с музыкальной шкатулкой, но помогал бабушке чистить её, как и другие принадлежавшие ей безделушки. К тому времени мою прабабушку поместили в дом престарелых, так как из-за преклонного возраста она уже не могла жить одна. Насколько я мог судить, она была счастлива; тело её, возможно, и ослабело, но разум оставался ясным. Место выбирали тщательно, и ей там нравилось; она и там продолжала командовать людьми, как давно привыкла.
Был ясный летний день, и мы с бабушкой сидели на диване, коротая время за просмотром телевизора – шло какое-то шоу.
Я помню, как она напряглась, когда музыкальная шкатулка снова заиграла сама по себе. Она звучала так печально, словно воспроизведение «Moon River» причиняло ей боль. Медленные задумчивые ноты плакали всё тише, пока не смолкли совсем.
Она тихо встала и замерла в ожидании у телефона.
Прошло совсем немного времени, и раздался звонок. Из дома престарелых сообщили, что прабабушка умерла.
По всей видимости, она ушла внезапно и безболезненно. Она сидела в облюбованном ею большом откидном кресле и разговаривала с медсестрой, которая за ней ухаживала. Она попросила медсестру принести ей бутерброд с арахисовым маслом. Когда медсестра окликнула её, чтобы уточнить, как нарезать бутерброд, ей никто не ответил. Тогда она заглянула в комнату и увидела, что прабабушка откинулась в кресле, как будто спала. Медсестра подошла ближе и обнаружила, что та, без лишней суеты и шума, тихо умерла.
После похорон бабушка отвела меня в сторонку.
Она рассказала, что эта музыкальная шкатулка играла сама по себе всякий раз, как уходил из жизни кто-то из членов семьи. Она не знала, как эта вещь попала в семью, ей казалось, что она всегда была рядом, сколько она себя помнит. Но когда умирал кто-то из близких, она непременно играла один печальный куплет из «Moon River». Бабушка не думала, что в ней есть что-то злое, разве что что-то, не поддающееся объяснению. Шкатулка играла, когда бабушкин брат погиб в пожаре. Шкатулка играла, когда её отец погиб во время несчастного случая на производстве. Шкатулка играла снова и снова, оповещая семью о каждой смерти.
Она отдала шкатулку мне, и та до сих пор хранится у меня. Я выделил ей почётное место на полке. Не то, чтобы я верил во всё это. Возможно, просто совпадения? Я уже дважды слышал, как она играет.
Но когда я услышал, как она заиграла в третий раз, то убедился, что это не просто музыкальная шкатулка.
Всего лишь три года назад, холодной декабрьской ночью, она начала играть. На этот раз она воспроизвела целых два куплета «Moon River», звуки висели в воздухе, будто прозрачное стекло, пока лилась эта печальная мелодия. Я подошёл к ней и увидел, как движутся латунные детали, когда барабанчик механизма бьёт по тонким полоскам металла. Я наблюдал за шкатулкой, пока мелодия не начала замедляться. Когда отзвучала последняя нота, я поставил пианино обратно на полку.
В ту ночь я не ложился, как и в последующие два дня.
Во вторник я планировал навестить бабушку и свозить её по делам. У неё испортилось зрение, и я предложил отвезти её, куда нужно. Но когда я подъехал к дому и увидел, что лежавшие на крыльце газеты не забирали уже пару дней, то сразу понял, что что-то не так. Дверь была заперта, и мне пришлось вламываться в дом, но мои худшие опасения подтвердились.
Бабушка, моя замечательная бабушка, которая вырастила меня и научила быть хорошим человеком, была мертва.
Следователь сказал, что она умерла за два дня до этого.
Думаю, она подарила мне шкатулку, чтобы я узнал, когда она умрёт.
Это было три года назад. Музыкальная шкатулка до сих пор хранится у меня. Она стоит на полке, над кроватью, где я сплю. За это время она сыграла уже для четырёх поколений моей семьи.
Я не боюсь её и не питаю к ней ненависти. Это было бы всё равно, что бояться воздуха и злиться на него. Она просто есть.
Но всё равно иногда я лежу ночью и прислушиваюсь, ожидая, что она заиграет, чтобы возвестить об очередной смерти.
Или, может быть, гадаю, сыграет ли она для меня, когда я умру.
Переводы других рассказов этого автора, которые мы выкладывали на pipmy:
Свиньи
Вздор
Белый олень
Что посеешь...
Охота на бекаса
Нечто в кукурузных полях
Дед Мороз
Серия звонков в офис Министерства Сельского Хозяйства США
Краткий путеводитель для городских жителей
Одонтофобия
Рыбалка
Со звёзд
Обратная связь имеет значение. Если история не понравилась, найдите минутку написать в комментариях, почему (само произведение, качество перевода, что-то ещё). Буду признателен. Надо ведь учиться на ошибках, верно?
Минутка саморекламы: на нашем с Sanyendis канале, Сказки старого дворфа, свежие переводы появляются раньше.
Вечеринка лекарств
Плейлист "Тусовки вещей" с другими скетчами FAH про неодушевлённые предметы.
Если хотите и можете поддержать мой труд рублём, вот ссылка.
Рассказы водителя-дальнобойщика
Ещё один старый перевод.
Дорога - странное, мистическое место. Тому, кто связал свою жизнь с дорогой, доводится порой стать участником странных и страшных событий.
Автор: Miranda Johansson. Вычитка: Sanyendis
Ниже приведены стенограммы радиопередач, которые можно было услышать на гражданском диапазоне летом и осенью 2015-го года в некоторых южных штатах и на Восточном побережье. Говоря о себе, рассказчица упомянула только несколько деталей: она работает водителем грузовика, её зовут «Джоанна» или «Джо», и её преследует странное существо, которое она называет «Ангелом».
История первая. Всё за один доллар
Некоторые из вас просили больше историй (прим.: нет никакой информации о том, что рассказчица с кем-то что-то обсуждала, поэтому неизвестно, кто же её об этом просил, если, конечно, такие люди вообще были). Что ж, хорошо, не в моих правилах игнорировать такие просьбы. Дайте-ка подумать, что я смогу вспомнить…
(семисекундная пауза)
Ну, не во всех моих историях есть какой-то глубокий смысл.
Например, как-то ночью я видела, как все, кто погиб на трассе, поднялись из могил, чтобы прокатиться автостопом. Мёртвые, остекленевшие глаза поблёскивали на обочинах в свете фар. Ну, в общем-то, и всё на этом, они просто стояли и смотрели. Я не могла остановиться, чтобы кого-то из них подбросить, потому что со мной уже есть Ангел, который обычно устраивается на переднем сидении.
(трёхсекундная пауза)
Или вот этот случай. На самом деле, он тоже совершенно бессмысленный. Зашла я как-то в Макдональдс… Понимаете, когда работаешь дальнобойщиком, довольно сложно следить за здоровьем. Часто не удаётся нормально выспаться, да и правильно питаться не всегда получается. Когда доставка горит, а ты на шоссе, вокруг ночь и хочется есть – ясное дело, никто не откажется съесть гамбургер-другой.
(трёхсекундная пауза)
Так вот, я тогда в кои-то веки была во Флориде. Торопиться было некуда, но мне было лень, и когда впереди показалась эта золотая буква «М», я подумала, чёрт возьми, почему бы и нет, понимаете?
Дорожки там были узковаты, грузовик не проехал бы, поэтому я припарковалась у обочины и направилась ко входу. Было, пожалуй, часов семь утра. Я помню, что солнце едва поднялось над горизонтом и отражалось в окнах, когда я вошла.
Посетителей было не так уж много. Обычное, думаю, дело для придорожного макдака в такое время. Я подошла к стойке.
Там работало два человека, чем-то похожих друг на друга. Сальные волосы, жирная кожа. Пустые улыбки. Знаете, меня всегда тянет вымыть руки, когда я вижу таких ребят.
Парень принял мой заказ. Пока его готовили, я решила сходить в туалет. Там было довольно чисто, но меня немного беспокоила музыка. Там стояли такие жестяные колонки. У вас было когда-нибудь чувство, что иногда музыка просто маскирует тишину?
И ещё Ангел тоже был там. Он выглядел так, будто мешок, набитый кишками, родил ребёнка от фрактала, только если бы ребёнка при этом ещё и омыло небесное сияние. И он делал эту штуку. Вот, снова, слышите? Послушайте сами.
(пятисекундная пауза, во время которой не слышно ничего, кроме шума эфира).
Он вечно так делает. То есть, я имею в виду, реально без остановки!
(короткая пауза)
Я тоже люблю слушать музыку, особенно если веду машину. Но любая музыка звучит плоско по сравнению с теми звуками, что издаёт Ангел. Даже не плоско, а просто одномерно.
(четырёхсекундная пауза)
Да, так вот. Я пробыла в туалете минуты две, не больше, а когда вышла наружу, все уже ушли. Не было ни клиентов, ни работников. Но мой заказ был готов, стоял в пакете на прилавке.
(короткая пауза)
Мне стало любопытно. Я вообще любопытная девушка. И к тому времени я повидала уже столько всякого, что была уверена, что если прошвырнуться вокруг, то, по крайней мере, будет что потом вспомнить.
Так что я обошла стойку и заглянула на кухню. Там никого не было, но все плиты и прочие устройства работали.
Я заглянула в их крошечную, тесную раздевалку и в ещё более тесный туалет для персонала. Это было довольно волнующе, на самом деле. Будто во время концерта зашёл за кулисы. Но там тоже никого не было.
В итоге я нашла их в кладовой. Это была холодильная камера, на удивление просторная, с металлическими полками. Знаете, сети фастфуда рассылают в свои отделения такие большие пластиковые пакеты с готовыми продуктами. Остаётся только вскрыть его, и у вас будет всё, что нужно, чтобы собрать дешёвый бургер.
Так вот, они вытащили все эти пакеты с полок на середину зала и побросали там в одну большую кучу.
Я ожидала найти тех двух работников, которых уже видела здесь, но их тут лежало гораздо больше. Человек десять, все в фирменной одежде, все похожи друг на друга. Сальные волосы, жирная кожа. Пустые улыбки. Пустые глаза.
Они выглядели так, будто чего-то ждали.
(короткая пауза)
Интересно, чего?
(шестисекундная пауза)
Я вернулась в машину и собралась позавтракать.
Да, знаю, знаю. Но, раз уж на то пошло, если я до сих не траванулась их едой, то чего-то подобного недостаточно, чтобы я отказалась от бургеров.
(короткая пауза)
И ещё они, само собой, перепутали мой заказ. Картошку фри и молочный коктейль мне, по крайней мере, положили, но вместо бургера всучили человеческий череп, завёрнутый в промасленную бумагу.
(девятнадцатисекундная пауза. Через десять секунд рассказчица вздыхает, будто собирается что-то сказать, но останавливается. Перед окончанием трансляции раздаётся слабый, не поддающийся интерпретации шуршащий звук)
История вторая. Болезнь
(Запись этой передачи начинается с середины предложения. Неизвестно, началась ли так сама передача, или запись неполная).
…какая-то болезнь, она нигде не описана, но он лично это видел. Она что-то нарушает в тканях, сбивает какие-то биоритмы, и тело не заживает должным образом. Каждая крохотная ранка зарастает совершенно непропорциональным количеством рубцовой ткани. Отрубите себе руку, сказал тот парень, и она вырастет снова, только будет вся бугристая и перекрученная.
Он рассказывал мне, что видел однажды человека, британского солдата, который служил на западном фронте во время Первой мировой войны. Он запутался в колючей проволоке во время обстрела, и немцы наделали в нём кучу новых дырок, пока он пытался освободиться. Из него просто сделали отбивную.
Его сейчас держат в старом госпитале в Лионе. Так говорил тот парень. Он сказал, что его пропустили туда, когда он подделал документы, притворившись гениальным хирургом, который провёл десять лет за границей, работая на организацию «Врачи без границ».
Дверь в палату была заперта, внутри было темно. Парень сказал, что раньше этого солдата кормили внутривенно, так как есть нормально он уже не мог, но теперь прекратили. Никто не хотел этим заниматься, да и всё равно, похоже, толку от этого не было.
То существо на кровати, тот солдат, похоже, не реагировал ни на свет, ни на голоса, сказал тот парень с заправки. Но он видел, как его грудь, или то, что было когда-то грудью, двигается вверх-вниз. Быстро-быстро, совсем как у кролика. Панические вдохи.
(трёхсекундная пауза)
Есть и другие, сказал тот парень. Их не так уж много, но они есть. Иногда их пытаются убить. Родственники, в основном. Из милосердия. Но им отрубают, например, голову, а они поднимаются и шаркают себе дальше, пока новая голова не отрастёт. Непонятно, понимают ли они, что происходит, но иногда они пытаются кричать своими сросшимися губами.
(трёхсекундная пауза)
Ну, по крайней мере, тот парень так говорил.
(пятисекундная пауза)
Никогда не была во Франции. Вот бы там побывать.
(шестисекундная тишина, после которой запись заканчивается).
История третья. Фабричный городок
Думаю, сегодня ночью может пойти снег.
(короткая пауза)
Конечно, он не будет идти долго, но, думаю, пара снежинок на нас упадёт.
(пятисекундная пауза)
Америка странная страна, приятель.
(четырёхсекундная пауза)
Она слишком большая. Я так думаю, поэтому у нас так много историй о призраках. Например…
(короткая пауза)
Сколько у нас сейчас, триста миллионов человек? Больше? Но и этого будет мало, чтобы заселить все наши земли. Некому присматривать за огромными пустынными пространствами. Все эти земли, в которых нет ни души…
(короткая пауза)
Все эти одинокие шоссе. Наверняка там водятся призраки. Даже не надо быть дальнобойщиком, чтобы это понимать.
Я сейчас еду через Алабаму, направляюсь в Техас, старый добрый Штат Одинокой Звезды. Я предпочитаю миновать Алабаму как можно быстрее, потому что Алабама, знаете ли, это Алабама. Я сделала из этого такую игру. Пытаюсь побить свой собственный рекорд.
Но иногда…
(короткая пауза)
Я теряю сознание, наверное. Иногда это происходит, когда я веду машину. Я понимаю, что за рулём уже четыре часа, а кажется, будто прошла всего секунда. Или я прихожу в себя, паркуясь на обочине, а день уже превратился в ночь.
Раньше такого не случалось. Думаю, это всё Ангел.
Он много чего может, жаль, собеседник из него никакой.
(восьмисекундная пауза. Рассказчица начинает мурлыкать какую-то мелодию себе под нос, а потом тихонько напевает: «Иисус любит меня, я это знаю, ведь так сказано в Библии»).
(пятисекундная пауза)
О, да, Алабама. Была я как-то в Алабаме, просто проезжала через неё, и вот так вот потеряла сознание. А пришла в себя уже в этом городе. Ну, он выглядел как город, но там было очень тихо, и я сразу поняла, что вокруг нет никого, кроме меня. Поэтому я вышла, просто чтобы осмотреться, понимаете?
Ангел делал что-то странное. Он был немного в стороне от меня, футах, может, в двадцати, но с ним никогда нельзя точно определить расстояние. Всегда кажется, что можно протянуть руку и дотронуться до него. В любом случае, он был прямо у меня перед глазами, всегда прямо перед ними, и следовал за взглядом, куда бы я ни посмотрела. Можете себе представить? Как будто он прилип к глазному яблоку, а не парил в воздухе передо мной.
(трёхсекундная пауза)
У него есть некая симметрия, и он слегка искажает пространство вокруг себя. Или нет. Наверное, в этом нет необходимости. Мир, по крайней мере то, что мы называем реальностью, примерно так же реален по сравнению с Ангелом, как честные бои в профессиональном рестлинге.
Но я чувствовала, что это место, где бы оно ни находилось, было бы нереальным даже без участия Ангела. Во-первых, тут не было никаких указателей. Ни названий улиц, ни вывесок, ничего. И, как я уже говорила, не было видно ни одного человека, но там и тут стояли припаркованные машины. Ни у одной из них не было номера.
Вдалеке виднелась какая-то фабрика, из заводской трубы шёл дым. Мне стало любопытно, так что я запрыгнула в кабину и поехала в ту сторону.
Сперва это было незаметно за шумом двигателя, но по мере приближения к заводу появился… гул. Это был даже не звук, на самом деле. Или звук, но такой низкий, что я скорее ощущала его подошвами ботинок, чем слышала.
Фабрика была странной. У неё не было дверей, но стены были покрыты этими…
(короткая пауза)
Я бы сказала, что это были иллюминаторы, потому что они были круглыми, но в них не было стёкол, и из них выпирала плоть.
Я знаю, что это была именно плоть, потому что я подошла к одному из этих иллюминаторов и потрогала её. Она была тёплой, розовой и податливой. И без волос. Слишком гладкая, чтобы быть человеческой. Когда я прикоснулась к ней, она задрожала. Может быть, это воображение шутило со мной шутки, но на секунду мне показалось, что земля тоже слегка вздрогнула.
Прикоснувшись к этой штуке, я почувствовала себя так, будто в чём-то испачкалась. Мне было немного противно. Я поняла, что хочу вернуться на шоссе.
Поэтому я села в свой грузовик и уехала оттуда. Мой навигатор не работал, и я решила просто ехать вперёд, пока меня не будет отделять от города хоть какое-то расстояние. Так что я поглядывала на завод в зеркало заднего вида и просто ехала.
(короткая пауза)
За городом были ещё какие-то дороги, но я никуда не сворачивала и, в конце концов, выбралась на шоссе.
(четырёхсекундная пауза)
Кое-что живое я там всё же видела. Прямо за городом, оно перешло дорогу передо мной. Оно было похоже на оленя, но…
(короткая пауза)
В общем, я засомневалась, не надышалась ли я заводского дыма.
(пятисекундная пауза)
Думаю, у каждого дальнобойщика есть парочка историй о том, как с ними случалось что-то странное. Это одна из моих.
Ладно, неспящие, берегите себя. С вами была Джоанн, я с вами прощаюсь.
(Трансляция заканчивается)
История четвёртая. Святость
Я снова забыла, чем занималась.
(семисекундная пауза)
Раньше я была христианкой, наверное. Пресвитерианкой. Теперь нет.
Не то, чтобы я не верила в Бога или ангелов. Я знаю, что они реальны. Просто… Ну, я думаю, подчинение – естественная часть поклонения, понимаете, о чём я?
(короткая пауза)
И случись когда-нибудь Богу самолично обратить на нас свой ужасный взор, мы, так или иначе, покорились бы, хотелось бы нам того или нет. С учётом этого, вся религия кажется…
(Рассказчица прерывается; наступает тишина длительностью 1 минута 22 секунды - самая длинная пауза за всё время её выступлений. Когда она снова заговорила, её голос звучал механически ровно).
Свят, свят, свят Господь Бог Саваоф, небо и земля полны Тобой...
(Трансляция резко заканчивается. Начинают говорить другие пользователи, явно раздражённые тем, что частота была занята так долго. Никто из них не упоминает содержание передачи).
История пятая. Канализация Обамы
Сегодня я везу полный трейлер говядины из Далласа в Шарлотту. Я не сплю уже восемнадцать часов, но знаете, даже в трейлере с холодильной установкой мясо не может храниться вечно. По закону на нём должны ставить дату упаковки, и, само собой, никто не захочет покупать старое мясо.
Я купила шесть банок энергетика и половину уже выпила.
(короткая пауза)
Сегодня такая яркая и большая Луна, но за облаками она кажется размытым пятном.
(четырёхсекундная пауза)
Пожалуй, я видела любую погоду, какая только бывает в этой части света. От Техаса, с его мясокомбинатами, до Восточного побережья, где множество людей хочет получить свой стейк на обед.
(короткая пауза)
Когда доберусь до Шарлотты, я посплю в кабине часа четыре, а потом возьму следующий груз и отправлюсь в Нью-Джерси.
В целом, меня устраивает моя работа. Я не боюсь одиночества и долгих поездок. Но иногда сроки поджимают, и приходится проводить без сна сутки напролёт, и вот это я ненавижу. В глазах будто песка насыпали – так всегда бывает, когда тело требует отдыха, а прилечь и выспаться нельзя.
(восьмисекундная пауза. Слышно, как рассказчица пьёт; вскоре после этого раздается звук сминаемой алюминиевой банки).
В общем, я хочу рассказать вам одну историю. Наверняка некоторые из вас её уже слышали раньше (прим.: нет никаких доказательств того, что эту историю раньше рассказывали, или хотя бы упоминали где-то ещё). После того случая я сейчас скорее перейду на другую сторону улицы, чем приближусь к канализационному люку.
Когда ко мне пришёл Ангел, я начала видеть разные странные вещи. И пока вы все тут не начали делать преждевременные выводы и говорить, что это просто мои глюки, поверьте, ребята, я успела обдумать это уже миллион раз. Но сейчас я считаю, что нет ничего глупее, чем подвергать сомнению моё восприятие реальности.
(короткая пауза)
Я была за рулём, торопилась, но дело в том, что тогда я ещё не совсем, ну, приноровилась к тому, что Ангел был рядом со мной. Мне казалось, что я умру, если придётся провести ещё одну минуту за рулём, пока он сидит рядом на пассажирском сидении и просто наблюдает за мной.
(пятисекундная пауза)
Удивительно, к чему только человек не привыкает. Сейчас я спокойно могу смотреть на него. И да, я всё ещё думаю, что он жутко уродливый, но, знаете… пожалуй, я к нему привыкла. А тогда я изо всех сил старалась не отрывать глаз от дороги, как будто не видела его периферийным зрением так же чётко, как если бы смотрела прямо на него.
Добравшись до города, я нашла стоянку и припарковалась. Я вылезла из кабины и решила немного пройтись и проветриться. По крайней мере, мне хватило ума запереть грузовик.
Я знаю, о чём вы все сейчас подумали. Да, я залезла в открытый люк. Даже если за вами следит что-то вроде Ангела, это выглядит довольно необычно. Но, слушайте, на самом деле это не так уж странно, как может показаться. Думаю, Ангел тоже этого хотел, на самом деле. Может быть, он хотел, чтобы я спустилась туда.
(короткая пауза)
Думаю, иногда он хочет мне кое-что показать.
(короткая пауза)
В итоге я совершенно заблудилась. Внизу было темно, и стояла жуткая вонь. И, что хуже всего, я не могла избавиться от Ангела.
Что ж, я хорошо усвоила этот урок. Убежать от него не получится.
Так вот, внизу… Через некоторое время шахты превратились в тоннели. Все стены были покрыты… ну, пусть будет грязью. Коричневой грязью. Я была уверена, что иду не в ту сторону, но что мне оставалось? Пытаться вернуться тем же путём и заблудиться ещё сильнее?
Я шла по туннелям, спускаясь всё ниже и ниже. Наверное, я была уже гораздо глубже канализационных труб. Я шутила про себя, что воздух становится теплее, потому что я приближаюсь к центру Земли. Так себе шутка. Время от времени мне за шиворот падали холодные капли с потолка. Отвратительно.
Не знаю, продолжал ли Ангел вести меня там, внизу, или всё вышло случайно, но, в конце концов, я попала в огромный зал. Гигантский. Там был бассейн, размером, наверное, с озеро. Чёрт, да он мог быть размером с Атлантический океан, я же не видела другого берега. И он был заполнен до краёв этим коричневым веществом. Жижа с твёрдыми кусками. Я думала, что потеряю сознание от запаха.
А над поверхностью, как какое-то ужасное солнце, возвышался Ангел, похожий на реку вина, текущую через ворота из костей. Или, может быть, всё было наоборот.
(семисекундная пауза. Слышно, как рассказчица открывает очередную банку газированного напитка).
Думаю, им не понравилось, что я там оказалась.
(короткая пауза)
Они вылезли из бассейна и направились ко мне. Тогда я была гораздо более пугливой, чем сейчас, так что просто замерла. Они…
(короткая пауза)
Знаю, это прозвучит глупо. Они были человекообразными, но сначала я не могла понять, что именно скрывается под грязью. А потом коричневая масса начала с них стекать, и…
Они все были похожи на президента Обаму. Ага. И это были не маски. Не знаю, были это клоны или, может быть, призраки, но сходство было идеальным.
У них были остекленевшие глаза, а рты напоминали дряблые овалы, но губы двигались, будто бы они пытались мне что-то сказать. Но не раздавалось ни звука. И все были одеты в сшитые на заказ костюмы. Такие, знаете, идеально подогнанные по фигуре. Правда, после «ванны» выглядели они не очень презентабельно.
Видите, я же говорила, что это будет звучать глупо.
(короткая пауза)
Но тогда, когда я их увидела, мне было не до того, чтобы оценивать абсурдность происходящего.
В общем, я просто бросилась бежать. Бежала, куда глаза глядят. В конце концов, мне удалось добраться до технических тоннелей.
(короткая пауза)
Не помню, как мне это удалось, но я нашла дорогу. А там выбраться на поверхность было уже делом техники. Боже, до сих пор помню, как же приятно было снова вдохнуть свежий воздух.
Я блуждала там, внизу, несколько часов, и опоздала с доставкой.
(четырёхсекундная пауза)
К слову, в другой раз я видела ещё одну странную штуку… (неразборчиво)
(трансляция забивается шумом помех. Доносятся странные, искажённые звуки: удары и неразборчивые крики. Ещё через полминуты трансляция заканчивается).
История шестая. Добрый самаритянин
Когда работаешь дальнобойщиком, приходится иногда сталкиваться со странными людьми.
(короткая пауза)
То есть, я хочу сказать, вам так или иначе попадаются странные люди, кем бы вы ни работали. По-моему, все люди, так или иначе, в чём-то странные. Но есть что-то в…
Ну, я думаю, «странное» не существовало бы без «нормального», так ведь? Так что же тогда «нормально»? Я считаю, «нормально» - это когда ты спишь ночью и просыпаешься утром. Работаешь с девяти до пяти, а потом идёшь домой. А если тебе приходится нарушать свой график сна ради заработка, это довольно странно, не находите?
Так вот, когда работаешь дальнобойщиком, приходится сталкиваться со странными людьми. Стоянки для грузовиков, ночные заправки… Это сами по себе довольно странные места, но когда приезжаешь туда посреди ночи, спал за последние сутки всего пару часов и держишься на одних энергетиках, там становится действительно…
(пятисекундная пауза)
Это всё ночь. Ночью меня всегда тянет рассказывать байки о привидениях, знаете ли.
Я как-то познакомилась в баре с парнем. Это было в середине зимы, но дороги были отличные, и я шла с опережением графика. Я решила остановиться где-нибудь, выйти из грузовика и немного размять ноги, ну, может, ещё купить шоколадку или чем-нибудь перекусить.
А потом мне на глаза попался бар, он был весь увешан сверкающей неоновой рекламой пива, и я подумала – какого чёрта! Да, некоторые из вас, наверное, скажут: «Джо, ты же была за рулём!» Знаете ли, я зарабатываю на жизнь тем, что кручу баранку, и хорошо знаю, что мне стоит делать, а чего нет. Спросите любого дальнобойщика, и он вам скажет, что, когда в полном одиночестве мчишься по трассе, а за окнами ночь, гораздо приятнее вести машину, если в кабине припасена баночка пива.
Итак, я припарковалась у бара и направилась внутрь. Была среда, около полуночи, так что не удивительно, что зал пустовал. Там был только бармен, какой-то парень, пялившийся в свою кружку, и Ангел.
Я говорила, что Ангел следует за мной повсюду, но это не совсем так, на самом деле он всегда там, где-то впереди. Как сейчас: я оставила его в грузовике и чувствовала, что он наблюдает за тем, как я пересекаю парковку, а потом он уже оказался в баре, когда я вошла. Хотя не похоже, чтобы это место его так уж заинтересовало. Он стоял в углу и просто наблюдал за происходящим, превратившись в несколько концентрических, вращающихся колец плоти.
Я направилась к бару и заказала разливного пива. Так вот, тот парень… Другой клиент, я имею в виду, не бармен. Он выглядел ужасно. Похоже, он недоедал. Но я подумала: какая разница, я и сама за рулём уже несколько часов и выгляжу, наверное, не лучше.
(семисекундная пауза; слышно, как рассказчица открывает банку газированного напитка и делает глоток).
Я так и не узнала, как его звали. И вообще ничего о нём не знаю. Он не говорил, а я не спрашивала. Я решила, что ему просто нужен кто-то, чтобы выговориться, и дала ему такую возможность.
Он рассказал, что был членом какой-то секты, у себя, в Новом Орлеане. Все они были довольно богатыми людьми, и им было скучно. Они хотели заняться чем-то захватывающим и опасным, как я поняла. На его лице даже проступили капельки пота при этих словах, и он сказал, что они узнают, что он всё выболтал, и накажут его.
(короткая пауза)
Он, определённо, был пьян.
По его словам, эта секта занималась всякими странными вещами. Они собирались в своих шикарных домах, резали собак и раскладывали куски мяса по полу в виде ритуальных узоров, или разбрасывали в беспорядке, как на тестах Роршаха.
(пятисекундная пауза)
В общем, где-то к этому моменту я начала подумывать, что парень не просто недоедает. Он выглядел загнанным. Я решила, что из-за него у меня могут быть неприятности, и пора закругляться. Я положила несколько долларов на прилавок, извинилась и направилась в дамскую комнату.
В туалете в зеркале отражался Ангел, но в самой комнате его не было видно. Он наблюдал за мной, как и всегда.
(короткая пауза)
Я закончила свои дела, а когда вернулась, парня уже нигде не было видно. Я поблагодарила бармена, попрощалась и вышла.
На улице я остановилась выкурить сигаретку, как вдруг до меня донеслись странные звуки. Какие-то стоны и щёлкающие звуки, будто кто-то ронял камешки на землю.
В поисках источника звуков я зашла за угол и увидела того парня из бара. Покачиваясь, он стоял у стены. Он…
(короткая пауза)
Зубы сыпались водопадом из его рта, и они были слишком длинными и тонкими, понимаете? А тот звук – с этим стуком его зубы падали на асфальт. У его ног уже образовалась приличная куча.
Он, кажется, меня не заметил, а я просто курила, наблюдая за ним. А когда сигарета прогорела до фильтра, затушила окурок ногой, вернулась к себе в кабину и тронулась с места.
(пятисекундная пауза)
Ну, кто знает, может быть, ему нужна была помощь.
(короткая пауза)
Да, да, конечно. Джо, как же тебе не стыдно. Ну, я полагаю, когда на месте второго пилота постоянно сидит кто-то, похожий на крутящийся цветок из разрезанных кошачьих черепов, это делает тебя немного менее чутким. В любом случае, уверена, тот парень в силах позаботиться о себе сам.
Ладно, что-то я заболталась. Берегите себя, друзья, и следите за дорогой.
(Трансляция заканчивается)
Обратная связь имеет значение. Если история не понравилась, найдите минутку написать в комментариях, почему (само произведение, качество перевода, что-то ещё). Буду признателен. Надо ведь учиться на ошибках, верно?
Минутка саморекламы: сегодня на нашем с Sanyendis канале, Сказки старого дворфа, выложим свежий перевод, рассказ-притчу Nausicaa Harris "Семь матерей" - о непослушных детях и мачехе, которая очень доходчиво объяснила, почему она никогда не сможет стать их прежней матерью.
Голова оленя
Навеяно постом.
Однажды, я припер домой голову оленя.
Впрочем, наверное стоит по порядку. А то будет непонятно.
Жил я тогда на Колыме. Был у меня коллега (я был старшим смены в кочегарке, он был простым кочегаром), который занимался тем, что ездил в тайгу, в оленеводческий совхоз (дело было в начале девяностых и тогда они еще существовали) на собственном "Урале". И вот там, за пару-тройку ящиков водки он ухитрялся набивать кузов огромной машины с наращёнными бортами тушами оленей. По сути, выменивал на одну бутылку водки два-три оленя. В общем, не хороший человек. Редиска.
Но в те времена... Довольно трудные времена должен сказать, я об этом как-то не задумывался. И однажды, я заикнулся на работе, что хотелось бы иметь красивые оленьи рога на стене. И этот коллега, без вопросов - Приходи! Выберешь! Только пилу возьми.
После окончания смены, я зашел домой за пилой (благо наши дома были рядом) вернулся к нему и мы пошли в его сарай. На улице был мороз градусов 45, что для тех место в общем-то является нормой зимой. В сарае лежали цельные туши оленей. Много. Не думаю, что там поместилось все, что было загружено в "Урал", но штук двадцать туш точно было.
Выбрать рога оказалось не трудно. Их там было много. Зато сильно труднее оказалось достать и положить нужную тушу так, чтобы можно было орудовать ножовкой. Пилить замороженное мясо и кости намного легче, чем пилить обычную доску. Ну и в общем спустя пятнадцать минут, я оказался счастливым обладателем оленьей головы вместе с рогами. Олень не свинья, у него в голове кушать почти нечего, потому бесплатно.
И вот возвращаемся к началу рассказа. Эту самую голову я припер домой.
Была у меня на тот момент собака. Дог. Девочка по кличке Альма. Огромная умница, которая контролировала любое открытие входной двери. И вот захожу я впереди неся голову оленя, а собака бежит поглядеть - кто пришел. Но меня сначала не видит, а видит голову оленя. Которого она никогда прежде не видела, ибо всю жизнь жила в поселке. Вы бы видели реакцию! С одной стороны на ее морде играет ответственность по защите хозяев. Но с другой стороны она пиздец как испугалась. Ибо увидеть нечто рогатое входящее в квартиру, это пиздец! У меня до сих пор стоит перед глазами ее морда и звук который она издавала. С одной стороны грозный лай, с другой ссыкливый вой. Но она не убежала, хоть и поджала хвост!
Ну, а через секунду в коридор квартиры ввалился я и тут она уже немного расслабилась. Но на голову оленя продолжала скалиться и порыкивать. Собственно, я и вспомнил-то эту историю из-за собаки, без нее была бы рядовая байка.
Ну а дальше все банально. На другой день, я отпилил рога с головы. Остальное пришлось выкинуть, ибо есть там было нечего. Попросил соседа столяра сделать основание под рога и прикрутил их к этому основанию. Спустя много лет в мехе, который был между рогов, завелась моль. Как я не травил ее дихлофосом, помогало на пару месяцев, а потом она появлялась снова.
После переезда в центральные районы страны, рога долго валялись на балконе. Из-за этого выцвели, потеряли свой цвет, да и на основании лак облез, в общем вид был не презентабельный.
Но выкинуть было жалко. Я напрягся. Вымочил мех в солевом растворе, после чего снял его вместе со шкурой. Отпидорил все наждачкой. Перекрыл лаком основание, обжег для красоты рога горелкой и привел все в божеский вид. И вот опять, спустя 30+ лет, эти рога вновь висят у меня на стене в коридоре. Супруга повесила на них новогодний венок, но скоро снимем и они будут вновь, просто - рога на стене.
А где рога? Да вот они:
Веночек я уже где-то показывал в коментах, так что тут упор на рога. Сфотано уже после того, как написан текст. То есть, только что.
К чему это я? Да хуй знает. Просто вспомнилось.
Специально для пипмай.
© Бух.
Оленья голова
Небольшая крипипаста о странной хижине в лесу, на которую наткнулись герои.
Автор: Miranda Johansson. Мой перевод, вычитка: Sanyendis
Оригинал можно прочитать здесь.
Мне как-то попали в руки кадры аэрофотосъёмки леса, окружающего мой родной городок. Было интересно рассматривать эти старые снимки, особенно потому, что лес тогда был не таким густым, как сейчас, и было хорошо видно, как выглядела земля, не скрытая кронами деревьев.
Фотографии были, конечно, не лучшего качества, но мне показалось, что я вижу… Ну, что-то вроде углубления в земле, пожалуй, так можно это назвать. Я бы сказал «кратер», но для кратера оно было, всё же, маловато. Скорее, что-то вроде чаши в земле.
Я упомянул об этих фотографиях, потому что именно там, в центре чаши, появился тот охотничий домик. Я не оговорился: он действительно появился за одну ночь, буквально.
Звучит как бред, я понимаю. Но, клянусь, так всё и было, и в городе ходило много пересудов об этом случае, а сами домик стал, своего рода, достопримечательностью. Люди даже специально приезжали к нам, чтобы взглянуть на него, покупали футболки и всё такое. Та ещё шумиха поднялась.
Дело не только в том, что хижина появилась вот так посреди леса. Удивительнее всего было, что, когда её нашли, внутри везде лежала пыль, а окна выглядели так, будто их давно не мыли. Казалось, что домик простоял там, как минимум, несколько лет.
Как бы то ни было, кто бы ни поставил его там, они действительно стремились создать образ этакого стереотипного охотничьего домика, вплоть до головы оленя над камином.
Я побывал там одним из первых. Мы с моим лучшим другом Нилом как раз отправились тогда в поход, и вот, выходим мы как-то утром из палатки, а он уже стоит. Представляете? Что? Нет, я не имею к этому никакого отношения, клянусь. Сами посудите, там были только мы вдвоём. Как, по-вашему, мы могли построить дом за одну ночь? И, в конце концов, где бы мы достали материалы?
В общем, верить или нет, дело ваше. Я просто рассказываю, как всё было.
В наших местах частенько говорят об этом. Это что-то вроде нашего Флетвудского монстра.
Некоторые скептики утверждают, что это какой-то тщательно продуманный розыгрыш, но лично я считаю, что появление этой хижины невозможно объяснить логически. Есть, видите ли, одна деталь, которую видели только мы с Нилом, и которая изменилась, когда туда добрались зеваки.
Мы никому не рассказывали об этом. Не то, чтобы мы нарочно договаривались держать это в тайне. Просто, знаете, не появлялось особого желания об этом распространяться.
Но я не могу перестать об этом думать.
Как висевшая на стене оленья голова могла продолжать двигаться?
Обратная связь имеет значение. Если история не понравилась, найдите минутку написать в комментариях, почему (само произведение, качество перевода, что-то ещё). Буду признателен. Надо ведь учиться на ошибках, верно?
Минутка саморекламы: завтра на нашем с Sanyendis канале, Сказки старого дворфа, выложим свежий перевод, рассказ-притчу Nausicaa Harris (возможно, вы помните этого автора по рассказам "Золотой океан" и "Я им всё выскажу!", которые мы переводили и выкладывали на pipmy) "Семь матерей" - о непослушных детях и мачехе, которая очень доходчиво объяснила, почему она никогда не сможет стать их прежней матерью.
Автомонтаж воспоминаний и покатушки
Привет, я Noado и я пишу авторские посты о мотоциклах. У вас бывает так что вы смотрите чьё-то видео с какой-то подборкой событий и не понимаете, что там вообще такого – скучно. А человек рядом стоит и прям сияет, пересматривая ролик уже цатый раз? Ну конечно бывает! И знаете что? Оно действительно интересно куда больше тому кто был “внутри” этого события. Это для вас оно просто ролик, не везде удачно смонтированный, а для человека это квинтэссенция эмоций – оттуда.
И сегодня я – это тот чудик из примера!))
Покатушки от первого лица если это лицо не ваше действительно могут быть не очень интересны, так что расскажу я о там как быть если это ваши покатушки, ваши события и вы хотите сохранить их на память, но отсняты десятки гигабайт (конкретно в поездке выше – 19 Гб за ~4 часа). Не вариант такие объёмы хранить, надо бы что-то сделать, но в прошлый раз когда у меня была куча материала это была поездка на море. И хотя видео из отчёта собрало несколько больше чем обычно собирают Ютубные ролики на моём канале, никакой известности или популярности оно не получило. При том что для меня это видео стало основным материалом о поездке, передавая настроение и пробежавшись по основным вехам.
К чему такое длинное вступление? К тому что софт не стоит на месте и появились программы которые монтируют клип автоматически из ваших источников! И это же великолепно если вы ленивая жопа – скормили все эти гигабайты, выбрали тему и получили результат. В прошлый раз на монтаж окончательной версии клипа у меня ушло суммарно 1,5 полных дня за компом. В день монтажа в 14 часов мне скинули статью по автоматическому монтажу, я обзавёлся Premiere Elements и к 16-17 были отрендерены несколько тестовых вариантов при том что я потратил 5 минут чтобы скормить оригиналы на анализ и ещё несколько раз по 5 минут пока крутил настройки. Остальное время домашний комп считал а я – работал. Готовая версия уже с ручными правками увидела свет в час ночи. Полдня всего, из которых реальной работы – 2 часа подправить то что подготовил автомонтаж. 1,5 дня или 2 часа? При том что опыт монтирования у меня такой великолепный что в последний раз я это делал наверно как раз в 16м году – для поездки на море.
К сожалению, редактор поражён Одноклассниковостью, а часть эффектов вызывают ощущение отсыхания мозга. Как там по-современному, кринж? И если начальную и конечную заставку ещё можно отключить, заменить эффект с машиной, которая едет в кадре со скрина выше нельзя – не предусмотрено. И не думайте что такая же хрень не найдётся в другом шаблоне. да и это так-то не единственный редактор который так умеет.
Хорошие новости – эту срань можно отключить целиком! Плохие - я нашёл это уже после монтажа этого ролика. А делать надо так (для Premiere Elements):
Тему выбираем любую, я "дорога" и выбирал. Ну и главное это вот:
С остальным сами поковыряетесь, длительность там например можно подогнать под музыку. А ещё можно заранее вырезать из длинных роликов короткие куски с LoselessCut и знать, что в целом нужное у вас уже есть. Подготовленный к экспорту клип который выглядит как единый файл можно разбить обратно в проект:
Исправить то что не понравилось в автомонтаже – более сложная задача если вы не монтажёр, но это не обязательная часть – можно взять “что дали”. Ну а если вы готовы посидеть – большая часть рутины уже сделана за вас – мне пришлось заменять сильно меньше чем я мог бы, работая с нуля. Для сравнения - первую поездку на море я монитровал полтора дня. Вторую - час, остальное время комп трудился сам. При этом в этом ролике с покатушками ИИ грамотно расставил повествование и даже создал пару сценических приёмов, над которыми я поржал. Будет интересно услышать, угадаете ли вы их.
Я пишу не за тем чтобы сидеть учить вас монтировать, нет. Куски видео вставляются на свободную дорожку, обрезаются, между соседними применяется эффект перехода (да и тот нужен не так часто как кажется).. в принципе без автомонтажа можно было бы сказать что это Movie Maker, если кто-то ещё помнит мувимейкер. Но именно функция автомонтажа превращает непосильную задачу по складыванию гигабайт медиа в мегабайты в простую, хоть и выполненную неидеально. Материал не улетает в помойку, а у вас – компактно оформленные воспоминания.
Спасибо за внимание, всё.
Never gonna pips! you up!
Удоляющие авторы заголовков - @admin @Gimalaev @YnonaXexexe
Удолительный художник - @OmniaMortus
Удоленный главный редактор - @YnonaXexexe
Гости сегодняшнего выпуска:
@1041618
@Egor3f
@YnonaXexexe
@OmniaMortus
@Gimalaev
Ваши идеи по поводу журнала вы можете писать в лс и в комментарии!
Я добавила спец тег "нововведения на пипке", чтобы можно было отслеживать и другие события сайта)
Абсолютно все выпуски пипса есть по соответствующему тегу
Фрески
Иногда близким стоит быть внимательнее к иррациональным детским страхам, какими бы странными они ни казались.
Автор: Elliot Avery. Вычитка: Sanyendis
Оригинал можно прочитать здесь.
У всех нас в детстве были иррациональные страхи. Иногда, повзрослев, мы вспоминаем о них со смехом, а иногда чувство страха остаётся с нами на всю жизнь.
Например, я боялся настроечных таблиц телевизора. Не знаю, было ли дело в помехах или в чём-то ещё, но в детстве они всегда меня пугали. Помню, на одной из станций вместо таблицы была картинка с изображением маленькой девочки. Я часто видел её в кошмарах. Иногда мне даже снилось, что я иду на кухню за стаканом молока, а она играет там с разделочным ножом, глядя на меня снизу-вверх глазами, полными вожделения, хотя я был тогда ещё слишком мал, чтобы это толком осознавать. В первом классе со мной училась девочка, которая была похожа на неё. Я старался избегать её, пока однажды на перемене она не подбежала ко мне в слезах, спрашивая, за что я так её невзлюбил, и мне было очень неловко.
Когда мы подросли, именно она подарила мне мой первый поцелуй. С тех пор настроечные таблицы стали пугать меня чуть меньше.
А моя младшая сестра боялась фресок. Одна была нанесена на стену подъезда в нашем многоквартирном доме – на ней была изображена не отличавшаяся оригинальностью пасторальная сцена семейного пикника в парке, и она всегда пряталась за спину мне или кому-то из родителей, когда мы выходили на улицу или встречали такие картины на стенах домов или где-нибудь ещё во время прогулки.
На вопросы, почему фрески так её пугают, она отвечала, что думает, что в них кто-то прячется. Иногда она видела краем глаза, что в их глубине что-то движется. Родители, конечно, пытались её успокоить. Говорили, что это просто её воображение, что никто не выпрыгнет из картины и не утащит её. Но это не слишком-то помогало.
Однажды, когда я был в восьмом классе, а сестра в первом, мы шли вместе в школу. Она показала мне на стену в подъезде. На фреске был изображён человек, которого я никогда прежде не замечал. Тёмный мужской силуэт отчётливо виднелся на заднем плане, скрытый в тени деревьев. Но я не придал этому значения. Сестра настаивала, что раньше его там не было, но я был настроен довольно скептически. В конце концов, говорил я, откуда она может знать, что силуэта там не было, если она боялась смотреть на фреску дольше секунды? Она злилась, что я ей не верю, и дулась всю дорогу до школы, но я не придавал этому значения, пока не прошла ещё неделя.
Когда мы вышли из лифта и спустились в подъезд, моя сестра вдруг завопила. С искажённым от ужаса лицом она показывала на фреску на стене, крича и заливаясь слезами, а потом забежала обратно в лифт. Когда дверь за ней закрылась, я с любопытством присмотрелся к картине. Я не сразу это заметил, но через некоторое время, наконец, понял, что так напугало мою сестру.
Тёмный силуэт за деревьями, кажется, стал ближе.
Скорее всего, это был обман зрения, но мне показалось, что фигура стала гораздо больше, чем раньше, и сместилась к переднему плану. Мало того, это был уже не просто силуэт. Можно было различить коричневые туфли и тёмно-серые брюки, но верхняя часть лица оставалась в тени. Рассматривая в недоумении фреску, я обратил внимание, что из всех людей, изображённых на картине, только этот мужчина был сам по себе. Все остальные сидели или играли с друзьями или с семьёй, а он, единственный, просто стоял в тени.
В конце концов я решил, что это либо розыгрыш художника, рисовавшего фреску, либо какой-то ловкий хулиган решил так пошутить, чтобы напугать жильцов. Мужчина на картине, разумеется, не мог двигаться. Наверное, это была просто оптическая иллюзия, возникавшая, когда свет падал на стену под другим углом. Я вернулся за сестрой и потащил её в школу, стараясь больше не задумываться о случившемся, хотя с тех пор мы оба избегали смотреть на эту проклятую фреску. Было в ней что-то сверхъестественное или нет, но она, безусловно, вызывала тревогу, и после того, как ты один раз замечал такую странность, уже не мог не обращать на неё внимания.
Но всё обошлось. Примерно в начале сентября, когда снова начались занятия в школе и мне приходилось вставать на час раньше моей дорогой младшей сестры, что избавляло меня от созерцания её выходок перед фреской, я обнаружил, проходя как-то мимо, что полускрытая тенью фигура исчезла. Я был весьма удивлён, заметив это, и несколько минут в растерянности осматривал стену, но её нигде не было видно. Может быть, кто-то пожаловался, что фреска выглядит жутковато, и силуэт закрасили? Хотя я не замечал, чтобы в последнее время тут работали маляры.
Мне некогда было размышлять об этих странностях: новые домашние задания, которыми нас теперь заваливали в школе каждый день, оставляли не так уж много свободного времени. Но иногда я вспоминал эту историю, когда сестра приходила домой, вся дрожа, как от сильного холода, и рассказывала, что снова видела где-то на стене Человека-тень. Один раз в переулке, на покрытой граффити стене, потом в школьном спортзале. Мы с родителями говорили ей, что она уже слишком взрослая для таких глупостей, и старались не обращать внимания на её заскоки.
Пока, в один прекрасный день, она не вернулась из школы домой.
Несколько недель царил полный хаос. Полиция засыпала вопросами нашу семью и всех наших знакомых; криминалисты обыскивали квартиру в поисках улик, которые можно было бы использовать, чтобы повесить вину за её исчезновение на нас. Мать едва могла вымолвить слово сквозь неудержимые рыдания, отец метался по квартире в такой ярости, что, клянусь, из его ушей шёл пар, и клялся отомстить тем, кто отнял у него единственную дочь. И посреди всего этого – я, глупый, неловкий подросток, отчаянно желавший хоть чем-то помочь и понимавший, что это не в моих силах.
Шли месяцы. Я беспомощно наблюдал, как поиски сходят на нет, а моя семья медленно расползается по швам. Отец пристрастился к бутылке. Мать просто сидела на кухне, ничего не делая, как будто ожидая смерти. Иногда мне приходилось заставлять её есть. Скоро я начал обижаться на родителей. Мы все очень страдали, но они были, кажется, полностью поглощены случившимся. Неужели они не понимали, что у них, друг у друга, есть они сами, что у них, наконец, есть ещё один ребёнок, о котором тоже нужно думать?
Я связался с плохой компанией. Пожалуй, в этом нет ничего удивительного. Прогуливал уроки, выпивал и принимал наркотики в компании других малолетних преступников. Пытался забыться, не думать о том, как мне не хватает милого голоска моей сестры, как не хватает настоящих родителей. Я слишком быстро повзрослел. Вот мне всего четырнадцать, и я прячусь под лестницей на нижнем этаже заброшенной автостоянки, наслаждаясь вкусом украшенных пирсингом губ в розовой помаде и теплом пухленьких бёдер, надеясь, что охранник нас не заметит.
Но хватит об этом.
Наверное, вам хочется, наконец, узнать, чем всё закончилось. Это было на мой шестнадцатый день рождения. Кучка нас, непутёвых оболтусов, собралась на пляже после наступления темноты. Кто-то выкатил на песок пустой мусорный бак, и мы разожгли в нём костёр. Пиво и дешёвое вино текли рекой. Они и пились легко, как вода. К полуночи мне стало нехорошо, и я побежал к ближайшей заправке, но оказалось, что туалет уже заперт, поэтому я проблевался на песок. Немного придя в себя, я присмотрелся к стене, о которую опирался.
На ней была изображена фреска, освещённая отблесками ярко горящего костра. На ней были нарисованы счастливые отдыхающие на пляже, и она была совсем не похожа на ту, оставшуюся в подъезде нашего дома. Но, как и тогда, с этой фреской было что-то не так.
На берегу лежал маленький тёмный предмет – рваная ткань и сбившиеся в колтуны волосы. На нём сидели две чайки: одна с высоко поднятой головой и крыльями, очерченными смелыми, густыми мазками краски, с широко раскрытым в крике триумфа клювом, и другая, копавшаяся в теле.
Я не видел лица, но мне это было и не нужно. В тот момент я понял, какой ужас она должна была испытывать. Этот абсолютный, иррациональный ужас, и даже хуже того, ведь я больше не был ребёнком и всё понимал.
Я никогда не смогу перерасти поглощающие меня ужас и отчаяние. Я никогда не смогу оглянуться назад и посмеяться над своими детскими страхами.
Другие рассказы этого автора, который мы переводили и выкладывали на pipmy:
Thaumoctopus mimicus. Незнакомец на пляже
Обратная связь имеет значение. Если история не понравилась, найдите минутку написать в комментариях, почему (само произведение, качество перевода, что-то ещё). Буду признателен. Надо ведь учиться на ошибках, верно?
Минутка саморекламы: сегодня на нашем с Sanyendis канале, Сказки старого дворфа, выложим свежий перевод - рассказ Nelke "Место в Раю" (этот автор может быть вам знаком по рассказам "Вся королевская конница" и "Объятия Ленга", которые мы уже публиковали на Pipmy): история о девушке, которая после автокатастрофы начала видеть во сне людей, которым вскоре предстояло умереть.