Очередная ситуация с приема. У женщины доброкачественная опухоль надпочечника, нужно дообследование, я попросила ее подойти за час до конца приема, то есть в 13-00. Время 08-10, смотрю первого пациента, тут резко распахивается моя дверь:

- Вы обещали мне УЗИ и КТ!

- Здравствуйте, вы записаны?

- Вы сказали подойти, вот я подошла. Дайте УЗИ и КТ 

- Вы такая-то ФИО? С надпочечником?

- Да

- Я же вас просила к часу дня подойти 

- Но я щас здесь. Дайте КТ и УЗИ!

- Подождите тогда, пожалуйста. Я приму людей по талонам и буду заниматься вами

- Но там же всего лишь КТ и УЗИ 

- Ваши направления надо пробить через компьютер, на это нужно время и мое внимание. Подождите, пока я посмотрю людей по талонам

- Да там 2 минуты, вам что, сложно? 

- Я просила вас подойти к часу дня, вы сейчас лезете поверх другого пациента. Вам было бы приятно, если бы я вас тут полуголой смотрела, а кто-то у вас над душой стоял? 

- Ну ясно все с вами, блатных тут смотрите, а на настоящих пациентов плевать. 

Пациентка выскочила из кабинета, громко хлопнув дверью. Через 3 пациента наш диалог повторился. А потом ещё раз. После третьего раза я уже успокоилась, что она больше не придёт, но нет - в час дня женщина вернулась, я выдала ей направления на УЗИ и КТ и получила очередную тираду о том, что вот я "блатным" все близкие талоны раздала, а ей придется ждать ещё 2 недели

Сидим с Жанеттой Владиславовной, обсуждаем то, как лечимся сами. На самом деле - никак. По крайней мере, я стараюсь не лечиться, пока к стенке не прижмет, уповая на одну аксиому, которую никогда не смогу донести до своих пациентов - организм должен уметь справляться сам. 

Такова природа. Выживает сильнейший. И не в меньшей степени на это влияет настрой. Если ты впадаешь в истерику от элементарных соплей, то не мудрено, что от них же ты и помрешь. Нередко я видела это в ковид, когда люди доводили себя до смертного одра одним лишь паническим страхом перед старухой с косой. 

С другой стороны, и наплевательски к себе относиться нельзя. Нужна золотая середина, а ее я практически не встречаю. 

Вот и сегодня. Вызов на "температура 38, отравление". Ничего особенного. Пациент - молодая девушка до 30 лет. Захожу. В комнате приглушенный свет, девушка лежит на постели, бледная, сложив руки на груди. 

- Закройте дверь, пожалуйста, - шепчет она. 

-Что случилось? - уточняю, выполнив просьбу. 

И тут девушка начинает реветь, безостановочно повторяя, что умрет. Прямо сейчас умрет. 

Оценив обстановку, я мысленно пришла к выводу, что прямо сейчас никто в этой комнате на тот свет не спешит. И, кое-как , успокоив пациентку, вновь потребовала объяснений. 

Эта душещипательная история потрясла меня до глубины души. Подруги отмечали день рождения, сидя на ледяном (цитата) полу. Не нашлось ли стульев или вечеринка была в японском стиле - история умалчивает. И вот, как часто это бывает, девчонкам показалось мало. И они купили портвейн, какое-то дешевое вино в картонной пачке... 

- И Кагор, - вздохнула пациентка. 

- Рано разговелись, - ехидно добавила я. Ну сволочь, что с меня взять. - И что случилось? 

- И мы сделали из этого коктейль, - девушка на мгновение умолкла, видимо, с содроганием вспоминая "шедевральные напитки". - С минералкой. 

- Оригинально, - хмыкаю я, пытаясь не заржать. - Барменом вам не быть. 

- Я прочитала в интернете, что от портвейна можно умереть, - Господи, спасибо, что портвейн не вызывает рак. Слава Гуглу. 

- Ну, это смотря сколько выпить, - философски отвечаю я. 

- Доктор, это серьезно? Может, мне в больницу? 

- С вашим заболеванием берут только в одну больницу. Но не с простудой. Вот вам лечение, и перестаньте мешать всякую гадость. И доживете до ста. 

Вот и думаю, хорошо, что приехала. Жизнь человеку спасла. А то уже собралась помереть... от похмелья

Иногда так случается, что люди не сходятся характерами. Кто-то из-за этого разбегается с некогда любимым человеком, кто-то бросает теперь уже ненавистную работу, а кто-то меняет специалиста. По закону человек имеет право на выбор медорганизации и врача, который будет его лечить, здесь главное, чтоб и сам врач согласился на это (для любопытствующих ФЗ 323 от 21.11.2011, статья 21).

Как сам доктор относится к таким пациентам? С одной стороны, если пациент уж очень сложный и скандальный, то наступает облегчение. С другой, иногда непонятно вообще, что человеку не понравилось, и ощущается некое разочарование в себе, которое иногда купируется другими пациентами. 

Как и всякий специалист, я имею свой стиль ведения пациентов: у меня почти вечные шутки-прибаутки и всяческое отвлечение от негатива, попутно я цепляюсь к особенностям личности и быта человека. С большим директором четкие списки и таблицы, с бабулями комплименты, владельцам домашних животных достается порция умиления их питомцем и тд. Так, на мой взгляд, пациент будет меньше меня бояться и видеть во мне почти человека.

С героями нашей истории мы не сошлись по двум причинам: 1) мой стиль работы; 2) мой возраст и трудовой стаж. Тогда я работала меньше года и не вызывала доверия даже своими пухлыми щеками у некоторых мнительных личностей. 

Обычный вызов на дом, повод - высокое АД. На адресе бабуля лет 70-75 с дочерью. Пока беседовали, дочь вела себя сдержанно, но периодически хмыкала на мои вопросы, а в конце поинтересовалась моим возрастом и стажем. Я же, нисколько не смутившись, удовлетворила ее любопытство, расписала ее маме лечение и отбыла дальше сеять добро на участке. 

Сначала дочь пациентки пожаловалась на меня старшей по улице (из-за чего у нас потом были натянутые отношения, но вскоре это решилось), та посоветовала ей написать отказ от меня у заведующих. Женщина отправилась к ним, но бумагу решила не оформлять, ее убедили, что на прием можно записываться к любому доктору, а я буду приходить только на вызовы. Об отказе я узнала где-то через неделю. Он вызвал у меня некоторое недоумение, но вскоре я отпустила ситуацию и продолжила работу с другими пациентами. 

Прошел где-то год и начался ковид. Там были периоды и когда я моталась по вызовам аки электровеник, и когда я сидела на приеме. В одну из таких "спокойных" недель и раздался звонок. Это была старшая по той самой улице, Агата Романовна. Она просила по возможности приехать и осмотреть ту семью. Как оказалось, они заболели ковидом, и к ним попала не самый лучший наш доктор (с ней меня перепутали в истории "Опасная профессия"). Та приехала к ним, не стала заходить в дом, а через окошко опросила, закинула в форточку стандартные назначения и поехала дальше. Люди же не знали, куда обратиться и позвонили старшей по улице, а та уже мне. Я напомнила Агате, что семья отказалась от меня, на что последовал ответ "Они на все согласны, только приедьте". К сожалению, в тот день я была на приеме до 20-00 и отлучиться не могла, но попросила свою другую дежурную коллегу осмотреть моих пациентов. Та согласилась.

Где-то через неделю меня вернули обратно на вызовы, и я приехала на тот адрес. Мать с дочерью были намного доброжелательнее, чем в первый раз, даже дали с собой банку вишнёвого варенья. Их долечиванием занималась тоже я, вовремя подсказывая про всякие программы постковидной реабилитации и попутно корректируя терапию. Впоследствии они уже стали моими защитниками перед другими пациентами наряду с Агатой Романовной и очень огорчились, когда я покинула участок.

Короче, завтра в 6:30 утра без объявления войны Хомяк вторгнется в Питер, а затем через 3 дня в Москву. Потому жду советов от экспертов: где погулять? Что вкусное скушать? Отфоткать ли вам эту кучу вкуснятины? Так ли мощны лапищи Хомяка, как о них говорят?

Жду ваших комментариев, пупсы

Многие как и я слышали про эффект плацебо. Это когда даёшь человеку пустышку, но он исцеляется благодаря своей вере в лекарство. Во время работы я заметила, что таким же образом может работать и слово. Пушкин советовал жечь сердца людей глаголом, мы же либо исцеляем, либо невольно наказываем, как в этой истории.

Все началось не с меня, а с моей коллеги Октябрины Евгеньевны. Будучи женщиной грандиозного ума, опыта и габаритов, коллега, как и все мы, имеет свой специфический тип общения с пациентами. Ей нельзя сопротивляться. Если ты полностью доверишься, она возьмёт тебя под свое крыло и как ребенка за руку приведет к исцелению. Будешь брыкаться - отчитает не стесняясь в выражениях, но к выздоровлению все равно потащит. Большинство людей на участке полюбили Октябрину всей душой, ходили лечиться только к ней, а если та заболевала, то на приеме у других участковых говорили "мы с участка САМОЙ ОКТЯБРИНЫ". Но не всем нравился такой подход. Были те, кто уходил к другим врачам, и коллега спокойно к такому относилась, но были и другие, которые пользовались талантом врача, но выматывали ей душу скандалами и жалобами в Комитет. 

Героиня нашей истории как раз представляет второй тип. Практически после каждого приема на стол заведующих летела жалоба на мою коллегу, периодически эти жалобы долетали до Комздрава. Со слов, пациентка ненавидела Октябрину, но исправно ходила к ней и требовала лечения. Та же со своей стороны пыталась как могла сгладить конфликт: то примет эту женщину без талона, то достанет ей направление на УЗИ, а то и вовсе пропихнет на прием к узкому специалисту, который всего 1 и тот на 0.25 ставки. Но ничего не помогало, жалобы продолжали сыпаться как из рога изобилия, а скандалы были с каждым разом всё громче. 

В этот раз пациентка находилась у Октябрины Евгеньевны на больничном по поводу прострела в спине. Как обычно у них разгорелся скандал, и в сердцах моя коллега проронила фразу "Да чтоб ты срала и с унитаза не вставала". В конце концов они всё-таки договорились о дате повторной явки, коллега даже пообещала достать дефицитный талон к неврологу, на том и разошлись.

Настал день повторной явки, а пациентки нет ни у невролога, ни у Октябрины. Решили позвонить и узнать, в чем же дело. Женщина взяла трубку, но оттуда уже было слышно не повышенные скандальные ноты, а почти плачущий голос, умоляющий о продлении больничного на дому. К тому времени у нас настал ковид, и участковые сами не ходили по вызовам, всё скидывалось на дежурных. Так этот вызов попал ко мне.

По приезду дверь долго не открывали, после чего меня встретила невысокая бледная женщина с уставшим лицом и бегающими глазами. Она успела только сказать мне "Здравствуйте, доктор" и унеслась в сторону туалета, после чего оттуда донеслись характерные звуки. Через несколько минут она пришла в зал, и мы начали беседовать. Периодически наш разговор прерывался ее забегами в туалет, и вот так урывками я ее ещё и осматривала. Пациентка обвиняла в своем состоянии Октябрину, ведь именно та ее "прокляла и навела порчу на понос". Я предложила госпитализацию (диарея 4 дня не шутки), от которой женщина отказалась, на всякий случай оставила заполненное направление на госпитализацию, если вдруг она передумает, и расписала лечение. Судя по тому, что вслед мне не полетела жалоба, расстались мы почти как родные.

В поликлинике меня с вызовов уже ждала Октябрина Евгеньевна в компании невролога и заведующей. Я поведала им о страданиях пациентки, после чего коллега, смеясь, сказала "Вот мы и нашли на нее управу". В дальнейшем эта пациентка Октябрину жалобами не беспокоила.

Знакомство с бабулей Айзой (имя изменено) произошло так же, как и со многими другими возрастными пациентами - через вызов на дом. Все как у всех: высокое давление, метеозависимость, бессонница, одышка. Отличал ее занятный характер: то она властная и несгибаемая, то мягкая и с хитрецой. Всегда забавно было наблюдать, как она сначала раздает приказы, а потом как малое дитё спрашивает лекарства повкуснее.

Во время нашей первой встречи пациентка выглядела похлеще Дона Карлеоне. Едва я зашла в гостиную, моему взору предстала сама Айза, величественно сидящая на большущем кресле в окружении своих дочерей и внучек, а где-то в углу комнаты тихонечко покачивался на кресле-качалке ее супруг. Не хватало только рыжего кота ей на колени. Взгляд ее был суров, и я тогда даже растерялась и не сильно понравилась пациентке, но со временем мы подружились. Сначала с одной из ее внучек, а потом уже с ней самой. 

Как многие люди перешагнувшие свои 80 лет, Айза имела неприятный букет болячек: там был и сахарный диабет, и гастрит с язвой, и ишемическая болезнь сердца, доставлявшая нам больше всего проблем. Из-за слабого сердца пациентка частенько "заливалась" - вокруг лёгких, в животе и ногах скапливалась жидкость и приходилось ее периодически сгонять. От стационара Айза отказывалась, предпочитая суету родных людей и вкусности, которые готовила ее внучка, бездушным санитаркам и медсёстрам. Потому я часто с вызова звонила старшим коллегам с просьбами о помощи, а также гоняла свою медсестру брать анализы - требовался контроль электролитов крови. 

Некоторая трещина в наших отношениях произошла до ковида, когда умер ее супруг. Утром у него поднялось давление, ему стало плохо, он потерял сознание. Семья вызвала и меня, и скорую. Я прибыла раньше и сказала честно, что помочь не смогу, нужно в больницу. Айза была сама не своя, отдавать мужа в больницу она не хотела. К прибытию скорой мы вшестером ее все же уговорили, но тут беда - через 5 минут поездки в карете скорой помощи супруг умирает. Его сердце завести уже не удалось. Айза ещё больше укрепилась в вере в то, что в больницу ездить бесполезно.

Случился ковид, и я стала ездить чаще по чужим участкам, чем по своему, Айзу и ее внучку я видела все реже, потому что на мой участок посылали другого дежурного доктора.

В очередной раз бабуля "залилась" и к ней приехала моя коллега. Сразу общий язык они не нашли, и доктор решил прибегнуть к экстренному способу: позвонил мне и поставил звонок на громкую связь. Я убедила пациентку довериться моей коллеге, коллега расписала начальную терапию и уехала дальше. Родня же вызвала скорую. 

На следующий день активный от скорой на тот же адрес, повод "Пневмония". Приехала я. Ноги отечные, живот налит, лёгкие внизу прибулькивают, температуры нет - значит все та же сердечная недостаточность, ничего нового. Предлагаю стационар, получаю привычный отказ, убеждаюсь, что терапию принимают, уезжаю. 

Через некоторое время пациентку снова активно посещает моя коллега, картина без изменений. Предлагает Айзе лечь в стационар. Та ни в какую, главный довод - мужа убили. То, что его даже не довезли, она во внимание не берёт. Не хочет и всё.

Коллега решает вызвать скорую. Те слушают лёгкие, слышат хрипы и решают, что у бабули вообще ковид и предлагают ее положить в ковидарий. Коллега настаивает на сердечной недостаточности и даже звонит мне как участковому. Я по телефону подтверждаю ребятам со скорой, что бабуля склонна к потопам, надо только слить. Те согласились. Остался один вопрос: а как Айзу затащить в кардиологию? Увещевания дочек, внучек, мои и скоряков не работают, тогда коллега решает брать хитростью:

- Айза, ты что в жизни любишь?

- Вот мужа любила и погубили

- Не, я про жизнь говорю. Кушать вот вкусное любишь?

- Ой люблю

- А хочешь, я пельменей тебе вкусных принесу?

- Точно вкусных?

- Точно, зуб даю. Так пельмени будешь?

- Буду, давай сюда.

- Эээ, нееет, сначала больничка, потом пельмени

- А не обманешь?

- Участковый твой тебе их принесет, если не я.

- Тогда еду.

Айза погрузилась в карету и отбыла, однако через 2 дня вернулась домой: ее положили в обсервацию и там обследовали и немного полечили. По результатам первого рентгена лёгких действительно застой и скопление жидкости, а вот после того, как жидкость согнали, ей сделали КТ лёгких и увидели там "матовое стекло" - признак вирусной пневмонии (для справки, при отёке лёгких так же может быть матовое стекло, но тогда был ковид и все матовые стёкла списывали на него), Айзу решили отправить в ковидарий, от чего она отказалась и вернулась к своей родне. Мы об этом узнали из-за очередного вызова на дом. 

Принесли ли мы потом пельмени Айзе? Разумеется. Моя коллега купила ей мелкие пельмешки в одной из пельменных нашего города, а я отвезла их бабуле. Та попросила внучку сварить с ними ароматный суп и с удовольствием приговорила почти всю кастрюлю. Впоследствии мы дали внучке адрес той пельменной, чтобы она радовала Айзу почаще. Трюк с едой мы с коллегой использовали и в следующие разы, но потом с нас стали вымогать уже сосиски.

Что стало с Айзой дальше? Она пережила ковид и умерла от сердечной недостаточности в мае прошлого года. В моей памяти она осталась как Дон Карлеоне с холма, а её внучка как человек, который кормил меня в ковид, познакомил с домашним вишнёвым вином, а потом учил по Вайберу жарить перемячи.

Те, кто сидит в пипкотелеге, в курсе, что я из разряда медленно худеющих, и сейчас пробую разнообразить свой рацион. Лобио я впервые увидела на прошлых выходных, когда батя наложил бабуле нечто красного цвета в тарелку на обед. На мой вопрос "чё за жуки?" батя гордо ответил, что мать приготовила лобио, которое в жизни не готовила никогда (спойлер, не лобио то нифига, касатики, нас наебунькали). Я же обрадовалась, что нашла себе новый гарнир и по приезду домой стала гуглить рецепт. Бонусом пришел промокодик на крупы в местном магазе.

Итак, чё нам надо:

- фасоль 150 гр. Я взяла Увелка фасоль мелкая красная 

- лук 50-60 гр. Я взяла фиолетовый

- морковь 45-50 гр 

- аджика 10 гр. Мне армяне принесли, но думаю пойдет любая остренькая 

- помидорка 1 средняя, грамм на 65

- вяленые томаты 20 гр. Если вы богаты и хотите лухари вариант

- грецкие орехи 15 гр. Стоят как золото, пипец

- масло для жарки

- трава: хмели сунели, укроп, петрушка, кинза

Чё делаем:

1)замачиваем фасоль. Я наливала воду где-то 1:3 и ставила на ночь в холодильник;

2)утречком сливаем воду, промываем фасоль, наливаем ей чистой водички где-то 1:4-1:5 и варим часа полтора. Алярма: не берите кастрюлю с белым покрытием внутри, может покраситься. Алярма 2: солить не нужно, это ещё увеличит время варки. Алярма 3: когда закипит, оттуда повалит пена. Пену убрать, газ убавить, варить без суеты;

3)лук мелко режем на микрокубики, морковку трем, с помидорки снимаем шкуру (надо сделать разрез крест накрест и окунуть в кипяток), вяленые томаты режем в непонятную кашу, зеленуху кромсаем ножницами, орехи либо режем, либо кидаем в пакет и давим на кусочки скалкой;

4) где-то за 15-20 минут до готовности фасоли начинаем колдовать. На сковороде разогреть масло, туда лук. Как только подрумянился чутка - туда морковь и немного пожарить с помешиванием. Потом на тёрке туда потереть голую помидорку, кинуть аджику, вяленые томаты и потушить вместе минут 15. А тут и фасоль подоспеет. Алярма: советую брать глубокую сковороду, в ней мешать удобнее;

5) с фасоли слить воду (В РАКОВИНУ, НЕ К ЛУКУ), слегка промыть и закинуть фасоль к луку. Аккуратно помешать. Будет что-то типа этого:

6) Туда чуток водички, а потом сыпем соль и траву. Мешаем, закрываем крышкой и тушим. Время не скажу, я пробовала в процессе;

7) когда ощутили, что вот оно то самое, газ выключить, кинуть туда орехи, помешать и оставить в покое. Вы великолепны

Я к лобио поджарила чевапчичи и теперь у меня лухари обеды на работе. Вкусное даже в холодном виде, а запах...

Организм человека штука достаточно сложная: частенько поломка одного механизма тащит за собой другой, а выглядит и вовсе как третье, либо берет и усугубляет его. Взять ту же гипертоническую болезнь, когда артериальное давление повышено. Казалось бы, намерял большую цифру и все - диагноз готов. Ан нет, это может быть и опухоль какая-нибудь (например феохромоцитома), и стресс (человек тупо доктора боится или голова его занята другими проблемами), а может пациент просто одним махом на 5 этаж к тебе поднялся, минут через 10 отдышится, перемеряешь и все ок. Или придет к тебе закоренелый гипертоник с повышенным давлением, которого его привычные таблетки уже не берут, так кажется, будто нужно просто увеличить дозу. Нет, не всегда. Потому я бы хотела как врач первичного звена несколько расширить стандарт обследования при гипертонии - добавила бы туда психотерапевта и вот почему.

На приеме мужчина 67 лет. Диагноз "Гипертоническая болезнь" установлен более 10 лет назад. Принимает сразу 2 лекарства плюс курсами всякие капельницы весной и осенью. Около двух месяцев назад отметил ухудшение состояния: давление стало нестабильным со скачками от 100/70 до 180/100, появились сильные головные боли, головокружение, чувство тяжести в груди и шаткость при ходьбе. Работает дворником. По национальности кореец. При мне давление 130/80, что в принципе для гипертоника хорошо. От госпитализации отказывается. Предлагаю диспансеризацию и прошу вести дневник давления с отметками в 8 утра и в 8 вечера. 

Итак, повторный прием. Анализы в норме, на ЭКГ гипертрофия миокарда левого желудочка (что указывает на длительную гипертоническую болезнь), а вот в дневнике интересное: давление высокое преимущественно с утра, а к вечеру стабилизируется. Начинаю расспрос о том, что делает с утра, что вечером, как вообще дома дела и прочее. Ничего необычного нет. Пациент встаёт в 7-30 на работу, собирается, метёт дворы, к 11 дома, затем обед, отдых и снова работа, ужин, дом. Я решила поменять таблетки, договорились на одну комбинированную и ведение дневника. Назначила контрольную явку через 2 недели.

На контрольной явке картина схожая. Да, давление теперь до 180 не доходит, но скачок с утра так и остался. Я отправилась к заведующей за советом. Та глянула дневник давления, села листать справочник и между делом спросила ФИО пациента. В прошлом эта заведующая была участковым терапевтом моего участка и со многими семьями была близко знакома. Я сказала, и старшая вспомнила, что года 3-4 назад у этого мужчины погибла дочь и вроде как тут где-то недалеко должна быть годовщина ее смерти. Также со слов заведующей, девушка была прям папина дочка, они были очень близки.

Я вернулась к пациенту и спросила про дочь. Он помрачнел. Как оказалось, около двух месяцев назад у его дочери действительно была годовщина смерти и они с женой ездили на кладбище. С тех пор дочка часто ему снится и по утрам он просыпается в поту. После рассказа я со своей стороны предлагаю консультацию психотерапевта. Мужчина обещал подумать и удалился.

Через некоторое время я столкнулась на участке с его женой и решила поинтересоваться как дела. Та, улыбаясь, поведала мне, что мужа удалось-таки затащить к доктору, хоть он и был против, а там уже улучшение пошло. Сейчас все хорошо и удобно: одна таблетка от меня, одна от психотерапевта и давление в норме. Я же надеюсь, что неприятные сны его больше не беспокоят.

Моё устройство на работу в свое время было весьма скоростным, хотя заведующие долго решали, какой же участок мне достанется. Тогда у нас было 7 свободных участков и 1 вот-вот должен был освободиться, потому что его участковый терапевт уходила в декрет. Мне повезло, меня пощадили и дали "декретный", решив, что сразу после универа запущенный участок будет слишком сложным.

У "декретного" были свои приколы:

1)размер и расположение - он находился на краю территории обслуживания поликлиники, из-за преобладания частного сектора был достаточно большим и со сложным рельефом, половина участка находится на склоне холма, а часть и вовсе на его вершине. Общественный транспорт приходил только к одному краю участка. Хочешь в другой? Топай ножками. В центр участка ещё приезжал трамвай, но от поликлиники было быстрее пешком, чем на нем из-за огромного крюка в 40 минут;

2) из-за преобладания частного сектора менталитет людей там достаточно специфический, по сути ты работаешь как бы в деревне, но она в центре города, а значит нужно налаживать контакт с бабульками, искать старших по улице и разбираться минимально в огородных делах 

3)крайняя многонациональность. Из-за близости рынка русские не были превалирующими на этой территории. Приходилось работать с китайцами, корейцами, вьетнамцами, цыганами, таджиками, евреями, армянами, грузинами, азербайджанцами и некоторыми мелкими народностями, а также адаптироваться к их культуре. Здесь повезло - мне дали медсестру армяночку. Во-первых, она очень красиво и эмоционально ругается на армянском, во-вторых, она потом терпеливо объясняла, что например еду от горцев лучше брать, потому как врач там важный гость и этим показывает уважение к хозяевам. Ей я бесконечно благодарна за такие лекции.

Мое знакомство с цыганами произошло наверное страшнее, чем с остальными, но потом получилось построить достаточно ровные отношения. Первый год работы, примерно ноябрь. Я помню, было то время, когда в 5 вечера уже темнеет, а на улице много грязи и иногда снег. В тот день мне повезло - был всего 1 вызов на дом. Я закончила в 4 часа прием, оформила немного бумажек и отправилась спасать очередного дедулю от гипертонического криза.

На талоне были вполне русские ФИО, однако навигатор привел меня к дому, полному женщин в ярких юбках, детей и какого-то металлолома. Оттуда звучала нерусская речь, но она прекратилась, стоило мне подойти к дверям. Я показала талон, сказала, что я доктор, и эта толпа подхватила меня и понесла куда-то вглубь дома. По пути я успела заметить как бедность и разруху в доме, так и какие-то приятные запахи из кухни. Живот тут же предательски заурчал.

Моя "экскурсия" закончилась в одной из самых больших комнат дома. В центре на диване как султан восседал престарелый мужчина с большой бородой. Я спросила как его зовут, он подтвердил, что вызов на него, и я приступила к работе. Измерили давление, разобрали таблетки, немного поменяли схему лечения... Короче, все как обычно. 

Пришло время уходить, я попрощалась с пациентом и развернулась к выходу, но он попросил меня подождать. Мужчина на своем языке подозвал к себе крепкого молодого парня, что-то ему сказал, тот схватил меня под руку и повел куда-то совершенно в другую от выхода сторону. Вечер, темно, старый пустой рынок, а меня в непонятном направлении тащит молодой цыган. Тогда я уже почти смирилась, что найдут меня по частям в ближайшей канаве, а оказалось, что парень короткими проулками вывел меня к автобусной остановке. На кривом русском он спросил, доеду ли я отсюда домой, подождал со мной автобус, убедился, что я села и поехала и только тогда ушел.

В следующую мою встречу с цыганами я попросила предупреждать о таких вещах, ведь страшно же, я не знаю цыганского языка. Пациент (оказалось он глава семьи) усмехнулся, а вот его жена (?) меня прекрасно поняла и энергично отходила кухонным полотенцем и своего мужа, и моего провожатого.

Обман

Очень сильно это участилось во время и после ковида. Люди лгали и лгут обо всем: о том, что тест на COVID-19 был и что его не было, о своем состоянии, о лечении, обследованиях и даже о родственных связях. Еще бывало, когда вызвали на дом и ушли. Я как терапевт билась в двери, телефон недоступен, и оставляла записку. А на следующий день претензия - "доктор к нам не приходил, а мы дома сидели весь день. Дайте больничный".

Инфантильность

Есть общая и отдельный подвид - мужская. Общая такая: приезжала на вызов, знала, что до меня кто-то был, спрашиваю про лечение. В ответ: "Мы не лечились, нам ничего не назначали" А на столе лист моей коллеги с ядовито-зеленым маркером, где выделено лечение. Ещё классика "а мне не сказали, что это надо читать" У меня сразу возникает вопрос: врачи ли мы или няньки? Разрабатываешь дома понятный шаблон, на вызове тыкаешь пальцем, выделяешь ярким маркером, человек тебе кивает, а что происходит потом? Синий экран? Сейчас как у онколога есть похожее: сделала шаблоны с исследованиями, которые нужны для инвалидности, там же список документов. То, чего не хватает, отмечаю ярко-розовым маркером. Вручаю в руки человеку. В итоге что? Правильно, приходит через 2 дня, гордо говорит, что всё собрал, а при проверке оказывается, что недостающих бумажек так и нет, на что мне в лицо возмущённо отвечают, что я ничего не говорила. Приходится тыкать в бумажку с розовыми пометками повторно.

Мужчины это отдельная песня: где и что болит знает мама/жена, чем лечился знает мама/жена, какие были обследования тоже. Доходило до глупости - взрослый человек не знает, отходит ли у него мокрота и какого цвета сопли. Это как? Человек смог сделать детей, основать бизнес, построить дом, водит машину, но ответственности за себя не несёт. Взрослый ли он тогда?

Неспособность слушать и слышать

Я думаю, что вытекает из предыдущего. Проявляться может как в большом, так и в мелочах. Пример: нужно послушать лёгкие, просишь пациента повернуться спиной и глубоко дышать. А в ответ либо повернутся передом, либо во время аускультации начнут тебе что-то рассказывать. Во-первых, мы же беседовали до этого, мил человек, чего ты молчал? Во-вторых, больно же мне, ну не ори на ухо. Обижается. 

Другой случай: 

-Доктор, а нам надо антибиотики?

- Нет, не надо.

- А в какой дозировке надо? 

- Я сказала не надо 

- Ну хорошо, спрошу у соседки

Желание самоутвердиться за счёт врача

Либо в последнее время оно реально стало чаще встречаться, либо из-за количества пациентов я это чаще вижу. А проявляется так: Я хочу, а ты сделай как я хочу. Если ты не сделал, то пациент может оскорблять тебя, твоих коллег, желать смерти и болезней твоей семье, но стоит тебе ответить, как сразу пишется жалоба. И пациенту это простят, ведь он болен и страдает, а ты нарушил принципы этики и деонтологии. Я борюсь одним способом - как попугай повторяю одну фразу "согласно постановлению номер.../методическим рекомендациям Минздрава от.... делается так-то". Не понял? Ещё раз. С доброжелательной улыбкой. И пусть браслет вибрирует от подскочившего пульса, а рука дёргается, чтоб дать пощечину. Руку держу другой и повторяю "согласно постановлению номер...."

Поведение как на трассе

Бывает такое: этого врача не хочу - старый, этот молодой, этот мужчина, а у этого стрижка не та. Дайте другого. Я могу понять, когда вы с врачом не сошлись характером или в прошлом он плохо лечил, но выбирать вот так? Как девушку с аллеи красных фонарей?

Похожее на предыдущий пункт есть и в лечении: это я пить буду, это не буду, и вообще, я тут схему в интернете нашел - буду принимать её, а вы и вовсе бездари. Мил человек, а зачем ты вообще меня звал? Ты хотел узнать мое мнение о твоём лечении, так я тебе его расписала. Зачем ты тратил мое время и время других пациентов?

Неуважение к чужим личным границам.

Оно проявляется как неуважение к личным границам доктора, так и к другим пациентам. В начале своей карьеры я не успела купить вторую симку и иногда звонила со своего телефона. Разумеется, номер разошелся по рукам. И если многие люди пользовались им когда реально экстренно и то, чаще писали в Вотсапп/ Вайбер/Телегу, были индивидуумы, которые трезвонили несмотря на время суток и отпуск. До меня смогли дозвониться в отпуске в Калининградской области, когда я покоряла бродячие дюны на Куршской косе (при том, что я не могла дозвониться до своего гида), присылали в 5 утра КТ лёгких и звонили, чтоб я его расшифровала. Всех переплюнули цыгане: однажды они позвонили в 4-20 утра с вопросом "вызывать ли полицию, если у них умер племянник". Я уже почти привыкла и после одной такой выходки человек отправляется в черный список без сожалений.

Относительно неуважения к другим пациентам: частенько во время приема одного пациента в кабинет бочком просачивается другой с фразой "Я только спросить" и стоит у двери. Мои просьбы выйти не помогают, а ведь мне иногда надо раздеть человека для осмотра. Однажды пришлось даже резко крикнуть на мужчину "Вышел вон БЫСТРО", потому что он без талона начал заходить в кабинет во время осмотра груди молодой девушки. Хорошо, что она стояла к двери спиной. Мужчина обиженно мне ответил "Ну я же только спросить" и кабинет не покинул, на что мой ответ был простой: "Сейчас я девушку досмотрю, а потом вас раком на кушетке поставлю, дверь нараспашку открою и буду дооолго простату искать. Хотите?". Мужчина покинул кабинет так же быстро и аккуратно , как и заходил в него. Проверено уже на многих пациентах - штука рабочая, главное лицо построже и чтоб голос не дрогнул. Мужчинам обещаю искать прилюдно простату, женщинам - щупать грудь лицом к двери. Потому что не надо меня при осмотре отвлекать и за моими пациентами и пациентками подглядывать.

Написанное выше не означает, что все пациенты такие. Есть очень много хороших и приятных в работе людей и как же хорошо, что они превалируют. Иначе в поликлинике уже бы давно не было онколога, а так я пока просто седая.

Обычно я принимаю по 6 часов и есть 2 варианта: с 8 до 14 и с 14 до 20. Разумеется этими часами моё рабочее время не ограничивается, ещё 2 часа у меня на обработку документов. Зачастую после утренней смены я задерживаюсь подольше, а в вечернюю прихожу четко к 14-00. Почему? Потому что люди любят прийти заранее и начать долбиться в двери, несмотря на время. В прошедший вторник пришлось приехать пораньше - намечалась планёрка в 13-00. Планерку отменили, и я пошла к себе в кабинет писать отчёты и направления на инвалидность. Не успела я зайти в кабинет, как вперёд меня проскочила женщина, и у нас состоялся гениальный диалог:

- Вот, посмотрите моё УЗИ и ещё мне нужно анализы найти

- Прием с 14-00, подождите за дверью

- Ну и что? Вы же здесь

- Я здесь, а прием с 14-00, выйдите за дверь и зайдёте по талону.

- Я не записана, мне срочно

- Прием с 14-00, зайдёте между теми, кто по талону

- Вам что, сложно? Вы же не заняты

- Я сейчас делаю отчёт. Зайдите после 14-00 между людьми с талонами, если они вас пропустят

- Вообще-то отчёты вы должны делать в неприемное время

Тут меня уже пробрал смех:

- А сейчас какое, если прием с 14-00?

Женщина зависла, а потом убежала в неизвестном направлении. На прием она так и не пришла.  

Стационар поначалу встретил меня довольно прохладно во всех смыслах. Несмотря на приятную майскую погоду, в приемном отделении по ощущениям был адский дубак со сквозняками и полутьмой. Уставший доктор бегло меня осмотрел и пытался направить на рентген. Я быстренько достала заключение КТ и диск, но радости в глазах врача это не прибавило. Оказалось, что КТ аппарата в больнице нет, а диск смотреть и вовсе негде. Решили опереться на описание исследования. Тут же подоспела медсестра с палочками, чтоб взять очередной мазок. Я стойко перенесла процедуру и затем со всем своим скарбом отправилась заселяться в палату.

С палатой повезло. Второй этаж, солнечная сторона, в окнах почти нет щелей, до туалета не очень далеко. Минус всего один - мое появление в стационаре совпало с плановым отключением горячей воды в городе, потому либо мыться ледяной водой, либо обтираться влажными салфетками. Их я почти сразу включила в список того, что попросить у друзей при их визите.

Соседи тоже подобрались приятные: койка напротив - врач-рентгенолог из нашей детской поликлиники, рядом с ней работница похоронного бюро, которую я же и направляла в стационар, у двери лежала монахиня, и ещё две койки пустовали. С положительным мазком на ковид оказалась только похоронщица, хотя симптомы у всех были сходными. 

В первый вечер меня все ещё тошнило. Товарищи по палате успокоили, что у всех так, и скоро это пройдет, а после поделили между собой мой ужин. Затем пришла медсестра ставить первую капельницу. Руки у девушки оказались золотыми - она с первого раза нашла вену на моих пухлых руках и крайне ловко все зафиксировала. Было велено лежать минимум 20 минут. Первые минут 5 я пережила спокойно, а затем появилось ощущение, что кишечник мой начал адскую пляску, вовлекая в свой танец и желудок, меня снова начала мучать тошнота. Оказалось, что так мой организм реагирует на смесь двух антибиотиков, и это мне предстояло переживать каждый вечер. 

С каждым днём состояние мое постепенно улучшалось (не считая болей в попе от уколов), а наше общение в палате становилось все теплее. Мы с рентгенологом стали помогать медсёстрам снимать капельницы, работница похоронки жаловалась на свою работу, а монахиня оттаяла и рассказывала про свою бурную молодость и как она пришла к Богу. Затем наша палата дополнилась ещё двумя интересными персонажами: сначала к нам из реанимации перевели писательницу, а затем по направлению одной из поликлиник госпитализировалась молдаванка. 

Писательница оказалась местным автором детских сказок и к выписке ее дети привезли нам всем по экземпляру сборника ее произведений. Сказки действительно добрые и хорошо убаюкивают, особенно когда автор их нам читает сам.

Молдаванка же была нашим кулинарным спонсором. Попробовав местную еду, она сказала гордое Фи и сразу стала кому-то звонить. Через полчаса под нашими окнами была наверное вся её семья с большими пакетами. Официально такие передачи были запрещены. Решение было довольно изящным: мы распахнули в палате настежь окно, ее дети привязали один конец веревки к рулону туалетной бумаги, а второй к пакету с едой, бросили бумагу нам в окно, молдаванка поймала и по верёвке затащила к нам вкусняшки. Этой схемой мы пользовались вплоть до выписки.

Близилось время выписки, и доктор велел всем нам пройти контрольный рентген. Это получилось сделать только с шестого раза: рентген аппарат настолько сильно заливали дезсредствами, что он бедный делал только один снимок, а потом уже давился пленкой с привкусом хлорки и выдавал нечто пожеванное и невразумительное.

И вот все снимки сделаны, анализы сданы, за мной приехали родители, и я вдыхаю воздух свободы. Всего в стационаре я провела 25 дней. Больничный мне продлили ещё на 2 недели для восстановления на дому. Все шесть моих мазков на ковид пришли с отрицательным результатом. Официально я болела просто вирусной пневмонией.

Во время одной из наших прогулок Ангелина предложила подать документы на страховые выплаты. Я сказала ей об отрицательных мазках, на что она радостно мне сообщила, что в частных клиниках появился анализ крови на антитела, он и покажет, чем же я болела. 

Разумеется, антитела к ковиду в крови зашкаливали. Я наделала копий документов и отправилась к заведующим, чтобы подать заявку на соцвыплаты. Мне сказали, что по антителам такого ещё никто не делал, но мы попробуем. (После меня многие пошли сдавать кровь на антитела и, о чудо, оказалось, что они тоже болели не какой-то вирусной пневмонией, а именно ковидной)

Через некоторое время я вышла на работу, но меня все ещё мучали побочки. Периодически в покое срывался сердечный ритм и мое сердечко выдавало по 140 ударов в минуту, а затем само успокаивалось. Ощущалось это как резкий удар кулаком в грудь. Кардиолог настоял, чтобы я носила фитнес браслет и скидывала ему данные мониторинга пульса. Он же настроил мне браслет так, чтоб тот начинал жужжать при пульсе 120 и выше, чтобы предупреждать меня об очередном приступе. Также меня мучала утомляемость и одышка, я даже на второй этаж поднималась с трудом. Мозги и вовсе стали как кисель, я соображала долго, вспоминала что-то ещё дольше, было ощущение будто я пытаюсь пробраться через густой-густой туман в голове. Заведующие предложили отправить меня в отпуск, благо дней у меня хватало, с чем я согласилась. 

Тогда мы поехали с мамой в Севастополь и прекрасно проводили время. После недели в Крыму одышка стала меньше, а приступы сердцебиения беспокоили меня всего раз в неделю. Отдельным событием стала наша морская прогулка от мыса Фиолент в Балаклаву: едва мы причалили, мне пришло уведомление от Сбербанка "Зачисление пенсии" - пришли мои страховые выплаты за ковид. Мама, смеясь, назвала меня "Золотой ты мой пенсионер"

Кто-то помнит, как все начиналось? Сначала был невнятный ноябрь 2019 года, когда вроде как подросло количество пневмоний (но это неточно, потому что коллеги вспоминали это как ретроспективу). Потом жутковатый декабрь, когда китайский доктор громко объявил на весь интернет, что нашел неведомую хворь, а всякие комитеты требовали от него пруфов. Тот врач от заразы таки помер, правительства ахнули и начали закрывать границы, а наши родные СМИ то раздували пожар паники, то во всю восхваляли российскую систему здравоохранения. 

У нас лёд тронулся в марте 2020 года. Как из рога изобилия посыпались приказы и постановления об организации амбулаторной помощи, а стационары стали закрываться один за другим и резко перепрофилироваться в ковидарии. Так сначала у нашей больницы забрали роддом, а потом постепенно ковид поглотил практически всё, кроме поликлиники и травмпункта. 

В поликлинике сделали отдельный вход для температурных, а также разделили врачей на 2 группы: одни 6 часов только сидели на приеме, другие только ездили по вызовам. Ездящих ещё разделили - один ездил по хрони, двое катали температуру. Я была "температурным".

Чем я жила тогда? Участковый стаж пока был меньше года, с участком у нас только начался конфетно-букетный период, об ординатуре я ещё даже не думала, а на работу ездила на велосипеде. И именно с помощью велосипеда я поняла, что что-то не так.

В один прекрасный апрельский день я заметила, что задыхаюсь при спуске с горы на велосипеде. Воздуха прям не хватало, сердце бешено колотилось, но я продолжила путь на работу. На входе меня встретили с градусником, намеряли 37.5. Сначала решили, что это после велосипеда и отправили остывать. Через полчаса уже 38.3. Кроме температуры ничего, открывают больничный на неделю, берут тест на ковид и отправляют домой. 

Тест отрицательный, температура в норме, и я выхожу на работу с лёгкой слабостью. Заведующие решили посадить меня на прием, чтоб я немного передохнула. В это время постепенно закрываются на карантин отделения в нашем стационаре. Из всех осталась только хирургия и урология. В урологии небольшое ЧП: у пациента случился неосложненный гипертонический криз и нужна консультация терапевта. Раз терапевтическое отделение уже закрыто, то решили вызвать из поликлиники. Начальство отправило меня. Провели инструктаж, выдали инструменты и сказали, что на входе в стационар меня оденут. Я отправилась спасать товарищей.

На входе в хирургический корпус меня не встретил никто. Я долго стучала в двери и звонила в звонок, наконец пришла санитарка. С ее слов, никто не предупредил о моем приходе, а ближайший комбез и респиратор есть в отделении, поэтому придется идти как есть. Я надела одноразовую маску и согласилась.

Комната со спецодеждой была в самом конце отделения. Пациенты и врачи смотрели на меня как на инопланетянина: я пришла в обычном халате и джинсах. Наконец меня переодели, и пошли осмотры больных. Оказалось, что кризовых трое: 2 пациента и один врач. В итоге я провела в карантинном отделении около 2х часов с учётом поиска комбеза с респиратором, осмотров и оформления бумаг. Дальше нас ждали майские праздники.

На майских у меня стояло 3 дежурства, но я не смогла выйти ни на одно: мышцы спины дико выкручивало, снова вернулась одышка. Начальство пошло навстречу - меня из графика убрали, чтоб не оформлять больничный, и велели отлежаться дома. Праздники прошли, но мне не легче, все так же слабость, боли в мышцах и одышка, правда температура выше 36.8 не поднимается. Я поехала на работу.

На проходной снова попадаюсь с температурой 37.5. Заведующая покачала головой и сдала меня на опыты пульмонологу. Тот ничего в лёгких не услышал, намерял у меня 38.6, открыл больничный на неделю и взял тест на ковид. Меня отправили домой.

Что интересно, дома у меня температура выше 37.2 не повышалась. Через пару дней после осмотра пульмонолога начался гадкий сухой кашель. Стоило чуть не так вдохнуть или засмеяться, как я заходилась диким приступом, иногда аж до рвоты.

Друзья организовали за мной наблюдение. Ангелина (героиня истории Угонщик) приезжала через день по вечерам и привозила еду и лекарства, вытаскивала меня на улицу подышать свежим воздухом и успокаивала мои панические атаки по поводу ковида - в то время было очень много новостей о погибших от него медработниках разных возрастов, бонусом ещё истерили родители. Мой товарищ со скорой требовал от меня 3 раза в день фото показаний пульсоксиметра. Мой друг из другого города и вовсе созванивался со мной по Скайпу и заставлял везде таскать ноутбук с собой, чтоб я была на виду. Коллега по вызовам притащила мне таёжный чай и мёд, а также передавала приветы от пациентов. Словом, я была окружена заботой со всех сторон.

С каждым днём мой кашель усиливался и друзья начали искать, где мне сделать КТ лёгких, в то время везде была адовая очередь. К счастью, нашелся знакомый в одной из частных клиник и поздним вечером мне сделали снимок. Заключение не очень приятное: вирусная пневмония с поражением 25% лёгких. Очагов консолидации не было, а значит идёт активная фаза. Друзья усилили контроль надо мной.

Через два-три дня после КТ мне стало хуже: помимо того, что мой кашель стал почти постоянным, у меня ещё резко усилилось обоняние. Вся еда воняла тухлым. Вся вода воняла тухлым, будто в этой воде уже несколько недель плавает труп. Я не могла ни поесть, ни попить, ни помыться, и слабела с каждым днём. От этого вечного запаха тухлятины меня тошнило несколько раз в день. Вишенкой на торте стали панические атаки, которые накрывали меня все чаще. Было принято волевое решение госпитализироваться. 

Я позвонила в скорую и описала свою ситуацию. На том конце провода спросили сатурацию, я назвала 98%, на что мне грустно ответили "Ждите" и положили трубку. Через 10 минут перезвонил товарищ со скорой и сказал, что пришлет свою знакомую бригаду ко мне, а также, что ему не нравится мой голос. Я рассказала о кашле, усилившемся обонянии и пропавшем аппетите с тошнотой, он пообещал ускорить бригаду.

Девушки со скорой прибыли через час. К тому моменту мою идею госпитализации одобрили практически все мои "няньки". Коллега с работы приехала лично меня осмотреть. С ее слов, на слух справа лёгкие хрипят и хрустят, а я сама нежно-зеленого цвета с огромными кругами под глазами и потрескавшимися губами. Такое только класть. Бригада СМП с ней согласилась. Место в стационаре для меня нашли достаточно быстро, едва прозвучало волшебное "пациент - врач". Я собрала вещи и отправилась к машине Скорой. Стоило мне выйти из квартиры, как меня снова начала одолевать одышка. В лифте измерили сатурацию - 92%. Я отказалась от баллона и сама залезла в жёлтую Газель. Меня повезли на другой конец города в ковидарий. В покое кислород снова стал 98%, фельдшеры заметно успокоились. Я написала маме СМС, что поехала в больницу, попросила друга присмотреть за котом и позвонила соседям, чтоб те дали другу ключи. В итоге мать сорвалась в мой город и забрала кота к себе, а другу велела не переживать. Мне же предстоял месяц "веселья".

Некоторые медицинские аккаунты в соцсетях начали поднимать панику о том, что в СМП начнут пускать врачей-лечебников. На этом фоне расскажу о том, как лечебников спокойно выпустили на участки и как я это пережила.

Во время моей учебы в меде наш учебный план несколько раз менялся: при поступлении интернатура ещё существовала и одним из самых частых вопросов родни был "А ты в терапию или в хирургию пойдешь потом?". Это решение я откладывала как могла, отшучиваясь, что уйду в патанатомы.

Прошел 3 курс, нас выпустили на лето на производственную практику. Я ее проходила в родной ЦРБ моего маленького приграничного города. Это совпало с приездом мамы моего отчима к нам в гости и у нас состоялся интересный диалог. В тот день у меня впервые получилась внутривенная инъекция:

- Представляете, получилось с первого раза, меня ещё вся палата поддерживала.

- А вы что, на людях учитесь?

- Ну да.

- Фу, я бы не разрешила студентам даже приближаться ко мне.

- Так мы же с разрешения пациента пробуем.

- И что? Учиться надо на манекенах специальных, а не на людях опыты ставить.

- Так у людей все по-разному. Вот у вас на руке вены и так просвечиваются, а у меня искать надо. У вашего сына тоже только рукой нащупать можно.

- Все равно. Нельзя на людях учиться, а если что-то случится? 

- Так рядом со мной опытная медсестра была специально, чтоб исправить.

- Такая же недоучка наверное.

Я пожала плечами и отправилась хвастаться маме и отчиму. Те были за меня бесконечно рады.

Начался 4й курс и наше Министерство начало лихорадить. То интернатуру отменяют, то не отменяют. Потом всё-таки решили отменить, но учебная программа пока прежняя. Шестикурсники и вовсе замерли как сурикаты, не зная, чего ожидать. К концу года нам объявили, что выйдем мы врачами общей практики, а значит нужно больше всяких разных навыков. (Для справки. Врач общей практики это швец/жнец/на дуде игрец в мире первичного звена. Имеет право вести прием и как участковый врач для взрослых, и как педиатр, и здоровые беременности вести, и очки подбирать, и ногти вросшие удалять....) И тут наш учебный план начали перекраивать. Благо учебный год закончился и кошмар был отложен на 3 месяца. Впереди меня ждала самая длинная летняя практика в моей родной ЦРБ - целых 1.5 месяца: по 2 недели в терапии, хирургии и гинекологии. Тогда я впервые услышала комбинированный поток сердца (были поражены все клапаны), искусственный клапан сердца, зашила свою первую рану и приняла сама роды.

Потом продолжилась учеба по новому учебному плану. На шестом курсе мы узнали, что врачами общей практики мы не будем и зазря выворачивали друг другу веки на цикле офтальмологии и учили схемы прикорма на педиатрии. Быть нам всем врачами-лечебниками. Что это за зверь такой не знал точно никто. Было известно одно - можно работать в поликлинике участковым.

И вот я выпустилась. Встал вопрос поиска работы, который решился меньше, чем за сутки - меня с руками и ногами хотели оторвать почти все поликлиники нашего города с одним условием: нужно было брать целую ставку. Я в ординатуру тогда идти не планировала, так что с этим проблем не возникло.

При оформлении в отделе кадров было много вопросов ко мне: требовали интернатуру и при мне гуглили, когда ее отменили, а увидев фразу "врач - лечебник" в дипломе мне задали вопрос "А ты вообще кто?". Благо мы быстро со всем этим разобрались и я, а впоследствии и мои одногруппники, спокойно устроились на работу.

Далее началось самостоятельное плавание в мире медицины. Я бегала с вопросами к старшим коллегам, частенько с заведующей мы проводили совместные осмотры, суфлерским шепотом что-то мне подсказывала медсестра... К концу своей хомяпевтической деятельности я стала довольно известным доктором на территории нашей и соседних поликлиник. Бывали случаи, когда пациент говорил "А мне вас там-то порекомендовал тот-то".

Мешало ли мне работать отсутствие интернатуры? Нет. Мне и моим однокурсникам мешало другое - отсутствие опыта и насмотренности. Если у меня летняя практика проходила насыщенно (мне повезло), то ребята почти все время катали ватные шарики.

Наши пары в самом же универе проходили зачастую так: в начале пары преподаватель выдает тест, убегает к себе в отделение, в конце пары собирает листочки. И всё. Единицы из преподавателей водили нас в отделение, из них не все нас даже пускали к людям, бывало так, что просто дадут историю болезни, мы ее для отчётной работы перепишем и всё. И так 6 лет. Было бы лучше, если б мы ещё пару лет так отсидели? Не думаю. На мой взгляд, проблема не в том сколько учится специалист и какие корочки получает, а как проходит обучение. После моего выпуска уже выпустились ребята, которые учились в пору ковида. И если у меня и моих однокурсников была хотя бы какая-то возможность потрогать живых людей, то там вообще был дистант.

Отдельная моя личная благодарность всему терапевтическому отделению моей родной ЦРБ (и медсёстрам, и врачам), за то, что доверяли моим пушистым лапкам, гинекологическому отделению той же ЦРБ, за то, что доверили даже появление нового человека на свет, моим двум преподавателям по терапии за их подход к обучению (один уже к сожалению умер), травмпункту больницы, где я работаю сейчас, за то, что научили вправлению вывихов и внутрисуставным инъекциям, а также моей научной руководительнице на кафедре онкологии за то, что помогла не сцать и совместить учебу на онколога и целую ставку терапевта поликлиники. Ещё я очень благодарна моим коллегам, которые не бросили меня один на один с огромной толпой и терпели мои слёзы. Я в свою очередь уже помогаю "малышам" - даю трогать живых людей и разбираю с ними сложные для них случаи.

Не так давно в комментах к одному посту меня спросили "Доктор, а как вы запоминаете пациентов? Или вы каждый раз открываете его карту?" Что ж, считайте это пост - ответ

Как думаете, по каким признакам врачу запоминаются пациенты? У меня, например, такими зацепками становятся всякие мелочи: у одной семьи собачка похожа на лисёнка, в другой квартире девушка фанатка сов и у нее все стены с их фотографиями, третьи пытались научить меня печь перемячи, а с четвертыми у нас происходит какая-нибудь мелочь, которая и становится "якорем"... Все разные, но ни одного я не помню по фамилии, иногда помню адрес или внешность, редко помню имя. 

Свое прозвище герой этой истории получил при первой же нашей встрече благодаря выписке из онкоцентра. У Сергея (пусть будет зваться так) был рак лёгких, и не так давно ему провели операцию, ко мне он пришел для продления больничного листа. Мы мило побеседовали, он отдал мне выписку, а в ней крупным шрифтом жирно написано ИЗБЕГАТЬ ОБРЕЗНОГО МАНИКЮРА. Пациент заметил мое недоумение и сказал, что во всех его выписках так написано. Моя медсестра поинтересовалась, неужели Сергей такой фанат удаления кутикулы, на что тот засмеялся и показал нам свои руки: на нескольких пальцах не хватало концевых фаланг. Оказалось, что наш пациент по профессии фрезеровщик, вот пальчики у него и неполные. После этого к нему и прицепилось прозвище Обрезной Маникюр. При каждом своем последующем визите, если я не могла его сразу вспомнить, Сергей называл эту кодовую фразу, освежая в моей памяти историю его болезни.

Как оказалось, фразу про обрезной маникюр, а также некоторые другие советы, наш онкоцентр недавно стал включать в конец своих выписок, сделав такой шаблон. Уже после Сергея приходили пациенты с такой рекомендацией, но это прозвище так и осталось за ним.

К сожалению, Сергей скончался от своей болезни 1.5 года назад. После перенесенного коронавируса у него случился рецидив. В нашем онкоцентре попытались его прохимичить, но увы. Мы с ним виделись за неделю до его смерти: серый, землистый цвет лица, но все такой же яркий смех после фразы "Обрезной маникюр"