Поиск по тегу «моё»
Что бесит в пациентах
Обман
Очень сильно это участилось во время и после ковида. Люди лгали и лгут обо всем: о том, что тест на COVID-19 был и что его не было, о своем состоянии, о лечении, обследованиях и даже о родственных связях. Еще бывало, когда вызвали на дом и ушли. Я как терапевт билась в двери, телефон недоступен, и оставляла записку. А на следующий день претензия - "доктор к нам не приходил, а мы дома сидели весь день. Дайте больничный".
Инфантильность
Есть общая и отдельный подвид - мужская. Общая такая: приезжала на вызов, знала, что до меня кто-то был, спрашиваю про лечение. В ответ: "Мы не лечились, нам ничего не назначали" А на столе лист моей коллеги с ядовито-зеленым маркером, где выделено лечение. Ещё классика "а мне не сказали, что это надо читать" У меня сразу возникает вопрос: врачи ли мы или няньки? Разрабатываешь дома понятный шаблон, на вызове тыкаешь пальцем, выделяешь ярким маркером, человек тебе кивает, а что происходит потом? Синий экран? Сейчас как у онколога есть похожее: сделала шаблоны с исследованиями, которые нужны для инвалидности, там же список документов. То, чего не хватает, отмечаю ярко-розовым маркером. Вручаю в руки человеку. В итоге что? Правильно, приходит через 2 дня, гордо говорит, что всё собрал, а при проверке оказывается, что недостающих бумажек так и нет, на что мне в лицо возмущённо отвечают, что я ничего не говорила. Приходится тыкать в бумажку с розовыми пометками повторно.
Мужчины это отдельная песня: где и что болит знает мама/жена, чем лечился знает мама/жена, какие были обследования тоже. Доходило до глупости - взрослый человек не знает, отходит ли у него мокрота и какого цвета сопли. Это как? Человек смог сделать детей, основать бизнес, построить дом, водит машину, но ответственности за себя не несёт. Взрослый ли он тогда?
Неспособность слушать и слышать
Я думаю, что вытекает из предыдущего. Проявляться может как в большом, так и в мелочах. Пример: нужно послушать лёгкие, просишь пациента повернуться спиной и глубоко дышать. А в ответ либо повернутся передом, либо во время аускультации начнут тебе что-то рассказывать. Во-первых, мы же беседовали до этого, мил человек, чего ты молчал? Во-вторых, больно же мне, ну не ори на ухо. Обижается.
Другой случай:
-Доктор, а нам надо антибиотики?
- Нет, не надо.
- А в какой дозировке надо?
- Я сказала не надо
- Ну хорошо, спрошу у соседки
Желание самоутвердиться за счёт врача
Либо в последнее время оно реально стало чаще встречаться, либо из-за количества пациентов я это чаще вижу. А проявляется так: Я хочу, а ты сделай как я хочу. Если ты не сделал, то пациент может оскорблять тебя, твоих коллег, желать смерти и болезней твоей семье, но стоит тебе ответить, как сразу пишется жалоба. И пациенту это простят, ведь он болен и страдает, а ты нарушил принципы этики и деонтологии. Я борюсь одним способом - как попугай повторяю одну фразу "согласно постановлению номер.../методическим рекомендациям Минздрава от.... делается так-то". Не понял? Ещё раз. С доброжелательной улыбкой. И пусть браслет вибрирует от подскочившего пульса, а рука дёргается, чтоб дать пощечину. Руку держу другой и повторяю "согласно постановлению номер...."
Поведение как на трассе
Бывает такое: этого врача не хочу - старый, этот молодой, этот мужчина, а у этого стрижка не та. Дайте другого. Я могу понять, когда вы с врачом не сошлись характером или в прошлом он плохо лечил, но выбирать вот так? Как девушку с аллеи красных фонарей?
Похожее на предыдущий пункт есть и в лечении: это я пить буду, это не буду, и вообще, я тут схему в интернете нашел - буду принимать её, а вы и вовсе бездари. Мил человек, а зачем ты вообще меня звал? Ты хотел узнать мое мнение о твоём лечении, так я тебе его расписала. Зачем ты тратил мое время и время других пациентов?
Неуважение к чужим личным границам.
Оно проявляется как неуважение к личным границам доктора, так и к другим пациентам. В начале своей карьеры я не успела купить вторую симку и иногда звонила со своего телефона. Разумеется, номер разошелся по рукам. И если многие люди пользовались им когда реально экстренно и то, чаще писали в Вотсапп/ Вайбер/Телегу, были индивидуумы, которые трезвонили несмотря на время суток и отпуск. До меня смогли дозвониться в отпуске в Калининградской области, когда я покоряла бродячие дюны на Куршской косе (при том, что я не могла дозвониться до своего гида), присылали в 5 утра КТ лёгких и звонили, чтоб я его расшифровала. Всех переплюнули цыгане: однажды они позвонили в 4-20 утра с вопросом "вызывать ли полицию, если у них умер племянник". Я уже почти привыкла и после одной такой выходки человек отправляется в черный список без сожалений.
Относительно неуважения к другим пациентам: частенько во время приема одного пациента в кабинет бочком просачивается другой с фразой "Я только спросить" и стоит у двери. Мои просьбы выйти не помогают, а ведь мне иногда надо раздеть человека для осмотра. Однажды пришлось даже резко крикнуть на мужчину "Вышел вон БЫСТРО", потому что он без талона начал заходить в кабинет во время осмотра груди молодой девушки. Хорошо, что она стояла к двери спиной. Мужчина обиженно мне ответил "Ну я же только спросить" и кабинет не покинул, на что мой ответ был простой: "Сейчас я девушку досмотрю, а потом вас раком на кушетке поставлю, дверь нараспашку открою и буду дооолго простату искать. Хотите?". Мужчина покинул кабинет так же быстро и аккуратно , как и заходил в него. Проверено уже на многих пациентах - штука рабочая, главное лицо построже и чтоб голос не дрогнул. Мужчинам обещаю искать прилюдно простату, женщинам - щупать грудь лицом к двери. Потому что не надо меня при осмотре отвлекать и за моими пациентами и пациентками подглядывать.
Написанное выше не означает, что все пациенты такие. Есть очень много хороших и приятных в работе людей и как же хорошо, что они превалируют. Иначе в поликлинике уже бы давно не было онколога, а так я пока просто седая.
Массаракш или мир наизнанку...
Моё окончательное знакомство с большим миром маленьких устройств началось с этого мерзавца:
(на картинке HP iPAQ hx4700, был уронен в унитаз во время утреннего "отлива", светлая ему память, брал за чуть меньше 1,5килобаксов, а нехуй читать 24/7 :) )
Нет, ну до него тоже были всякие недоразумения, начиная с Электроники МК 57А
и заканчивая Casio FX-702P (там уже был полноценный BASIC c извращениями. Например, можно было на "жуткокристаллическом" дисплее выводить что-нибудь попиксельно... )
А потом... потом я увидел полноценный калькулятор-записную книжку (нынче это в телефоне зовётся "Контакты", но функционал сегодня поменьше, блджад), с памятью на целых джва два мегабайта (!!!), и не требующий батареек (совсем!!! только солнечный фотоэлемент и энергонезависимая память!!!), форморазмером (и толщиной!!!) с банковскую карту (не нагугливается, сцуко, видел во времена появления матсопроцессора у 386SX, когда они стали 386DX) - и окончательно понял, что мир всех этих штук будет всё прекраснее...
Были и промежуточные устройства (от Commodore 64, Commodore Amiga 128, самопаянного Спектрума 128к (по схеме Ленинград-2, естественно с извращениями) с аигреком, пятидюймовым дисководом, импульснім блоком питания и даже блэкджеком и шлюхами кнопкой "Magic", позволяющей выполнить полноценную гибернацию/восстановление на/с носитель/носителя... до Raspberry PI 4B (пятая уже появилась, но уже, наверное, не нужно))...
А мир стремительно менялся и продолжает меняться вместе со мной.
То, что "тогда" называлось ББ (Большой Брат, ака "нормальный компьютер", какой бы смысл ни вкладывался в это понятие) - нынче уходит в прошлое, и, всё чаще - то, что было "там", называется "бэк", а то, что у простых смертных в руках - всё чаще не более, чем "фронт"...
Попутно, раз уж так железки заинтересовали - забацал пару интересных штук (но это никому не интересно, энтомологам разве что...)...
И вот, на фоне этой вот всей хероборы - появляется ИИ, ещё неполноценный, но уже весьма и весьма удобный и, сцука, "апасный".
А ведь я его помню ещё такусеньким, когда "оно" называлось "экспертная система"....
Нынче пиздюк подрос и, на вопрос - как можно изобразить современное общество, "оно" может выдать (или нарисовать) такое, например:
или такое:
... продолжение следует, возможно...
Берегите уши.
Обзор на беруши. Такого на пипке ещё не было.
Приехала я зимовать в город из деревни и охренела от того как шумно. И купила себе на озоне беруши. Первый попавшийся набор на пробу, понять что есть что.
Смотрим состав набора:
Две коробочки с резиновыми берушами для бассейна.
Две пачки с оранжевыми китайскими берушами с маркировкой 3М.
Салатовые беруши uvex.
Три пачки беруш фирмы honeywell : Жёлтые bilsom 303s, зелёные т- образные max lite и в пакетике с синими буквами- цветные т-образные laser lite.
Фуф, вроде переписала . Дальше будут мои о них впечатления.
- силиконовые.
Хз вообще что это за шляпа. Возможно, для работы будут хороши, но спать в них не получается, потому что они периодически затыкают уши герметично и когда ворочаешься делают "чпок".
В бассейне потестить я их за полгода так ни разу и не вспомнила. Но без шнурка как то и странно это, потеряются, мне кажется.
Да и в целом, шумоизоляция от них слабая.
Ставлю 1 балл из 5. Балл оставляю за прикольный " чпок" , забавный внешний вид и коробочку, которая пригодилась для других беруш.
Китайские 3М.
Сжимаются хорошо, расправляются медленно, размер что надо, шумоизолируют прилично.
Их я тестила первыми и они сразу мне понравились. Думала, они будут моими лидерами, но нет, по итогам испытания всего наборчика ставлю им 4 балла из 5, балл снимаю за излишнюю плотность.
Uvex ( салатовые). Как то быстро потерялись, не оставив о себе особого впечатления. Так что фоткать нечего, как и рассказывать. Вроде были нормальными, такими же как оранжевые, так что поставлю 4 и перейдем к более запоминающимся моделям.
Honeywell.
У беруш этой фирмы на упаковке написаны какие то обозначения и цифры, я так нагуглила, что это класс, уровень защиты от шума и тп, и требуется эта маркировка для беруш, используемых на производствах. Поскольку я только сплю в них, не вникала в это
Honeywell Bilsom ( жёлтые).
Вообще, беруши этой фирмы меня сразу неприятно поразили тем, что когда расширяются в ушах, шумят! Это очень странно, как будто пена в ухо попала .
Сжимаются они очень хорошо, расправляются довольно быстро
Больше про эти жёлтые ничего сказать не могу, потому что они ужасно маленькие. На них и написано small size но непонятно, зачем настолько смолл.
У меня очень маленькие уши, и из моих ушей эти беруши просто выпадали.
Так что поставлю 0 баллов, т.к. просто не получилось их оценить.
И теперь переходим к лидерам!
Это Honeywell Max Lite (зелёные)
И Laser lite ( цветные)
Сразу скажу, что разница между ними вообще крошечная, иногда ночью я их вытаскивала наугад из коробочки, и брала одну такую зелёную, одну цветную, и вроде как разницу между ними ощущала, может быть зелёная чуточку плотнее, но совсем незначительно.
Эти беруши тоже очень шумят когда расправляются. Поначалу это меня оттолкнуло, но потом привыкла и даже вроде и прикольно.
Они расправляются довольно быстро
На этом относительные минусы заканчиваются, и начинаются сплошные плюсы.
Они очень мягкие, совершенно не давят, не ощущаются, не мешают при этом неплохо шумоизолируют. После них беруши других фирм мне кажутся слишком тугими, давящими и неудобными. Вернуться после них к берушам 3М мне не удалось.
И второй большой плюс это форма. Вот эта странная расширяющаяся часть, на самом деле очень классная. Она расправляется в ухе, комфортно его заполняет и упирается так, что беруши не выпадают и не сдвигаются, даже если много ворочаться, бродить, трясти головой и тд.
Ставлю 5 из 5 , прощаю шипение и прикладываю фоточку из интернета, потому что свои все сносила давно, купила такие же и тоже сносила.
Нарушитель
Люди всегда хотели знать, что будет с нами после смерти, и безуспешно пытались связаться с мёртвыми в надежде получить ответы на мучавшие их вопросы. Но что, если та сторона вдруг решит заговорить с нами? Или, более того, выдвинет живым ультиматум?
Автор: Nelke. Мой перевод, вычитка: как всегда, моя дорогая Sanyendis.
Оригинал можно прочитать здесь.
>Ay de aquel que atraviesa, forastero
>La frontera del sueño en esta tierra*
Тридцать три часа бодрствования. Несколько часов назад я перешла с кофеиновых таблеток на амфетамины и всё ещё под кайфом: во рту сухо, сердце барабанит в груди. Мысли текут кристально чистым, ясным, неостановимым потоком. Наконец-то выглянуло солнце. Оно смывает все страхи, хотя, наверное, мне стоило бы бояться.
Поначалу наркотики сделали меня болтливой, но вскоре желание вести светские беседы сошло на нет. Я достала наушники и включила музыку на полную. Некоторые из моих товарищей по команде берут с меня пример. Между нами, старожилами, и молодёжью существует чёткое разделение. Мы предпочитаем наркотики, знакомые нам по предыдущей эпохе, те, что когда-то показывали по телевизору в нагнетающих страх новостных сюжетах. У молодых таких табу нет: они выжигают себе мозги велосетом, «шипучкой», имплантами и нейростимуляторами.
Мир вокруг кажется… Тусклым. Глаза слишком устали. Восприятие цвета – это тоже химический процесс, и после многих часов бодрствования он истощается. Чтобы восстановить остроту зрения, нужно давать им отдых – не менее пяти часов из двадцати четырёх. Шанс отдохнуть моим глазам представится ещё не скоро. Возможно, когда мы вернёмся, у меня уже разовьётся туннельное зрение, но меня это не слишком волнует, как и то, что икры ног и лёгкие горят огнём. Это, кстати, полезный побочный эффект от приёма амфетаминов. Я надеваю солнцезащитные очки.
Мы на полсотни километров углубились на территорию бывшего района Трептов [прим.: район на юго-востоке Берлина]. «Депопулированные» земли. Мы тут потому, что какая-то идиотка поскользнулась и сломала ногу во время подпольной вылазки и теперь не может самостоятельно вернуться в безопасное место. Мы должны вытащить её, пока она не умерла от голода, жажды или облучения, или пока другая сторона не решила, что наши провокации зашли слишком далеко. Если они сочтут себя оскорблёнными, то предпримут ответные меры.
Мы идём вперёд по растрескавшейся дороге, шагая преувеличенно осторожно, но уверенно. Я заложила большие пальцы рук за ремень. Звук шагов кажется слишком громким. Я с благодарностью вспоминаю ежедневные тренировки и радуюсь, что надела проверенные разношенные ботинки – в них не так остро ощущаешь, как устали и опухли от ходьбы ноги. Подставляя лица лучам восходящего солнца, мы распаковываем рационы и съедаем их, запивая изотоническими напитками. Мы словно молчаливо хвастаемся друг перед другом своими молодостью и здоровьем. Мы пришли с миром и извиняемся за причинённые неудобства. Никто из нас не собирается нарушать правила.
На этот раз мертвецы снова потребовали соблюдения каких-то мелочных правил. Запрещалось использовать транспорт, любой. Запрещалось спать, ибо сон – это насмешка над смертью. Запрещалось оставлять любые отходы. Мочиться приходилось прямо на ходу, в бутылки, а собственное дерьмо собирать и нести дальше в рюкзаке. Это было явным уколом в сторону живых, завуалированным оскорблением. Мол, вы годитесь только на то, чтобы ссать и срать. Мы видели это в цветных узорах во сне, слышали на оккультных радиочастотах, эти слова порой всплывают на сайтах объявлений и тут же исчезают. Думаю, у обеих сторон есть свои радикалы.
Но могло быть и хуже. Пару лет назад другой команде спасателей запретили выделять пот в воздух, так что им пришлось намазаться силиконовым кремом и надеть плотную одежду. Представьте себе: группа из шести человек идёт по обезлюдевшему району. Все под кайфом от спидов, «шипучки» и прочей дряни, которой им пришлось накачиваться, чтобы не заснуть, зная, что потеря сознания приведёт к фатальным последствиям.
И всё же мы вызвались. Вдесятером. Все граждане обязаны несколько раз в году принимать участие в операциях по обслуживанию, и премия за эту вылазку – неплохая прибавка к зарплате. Не то, чтобы мне не хватало денег, но если есть возможность – почему бы и нет?
---
Причина, по которой мёртвые не отвечали на наши вопросы и игнорировали спиритические доски, письма, оставленные на могилах и прочие «средства связи», оказалась весьма банальной: они не хотели. Мы не знаем наверняка, причиняло ли это им боль, доставляло неудобство или просто было слишком хлопотно – да это и не имеет значения. Когда они наконец решили заговорить, то наводнили все каналы связи, все радиочастоты. Они оглушили нас. Почтовые ящики забивали письма без отправителя. Они возникали буквально из ниоткуда. Мертвецы непринуждённо нарушали законы термодинамики лишь для того, чтобы сказать нам: прекратите приходить. Вам здесь не рады.
Когда это случилось, мне было шестнадцать. Я не очень понимала тогда масштабы происходящего. Я помнила, что меня приятно порадовало то, насколько быстро отреагировали люди; даже извечная броня подросткового цинизма дала брешь. Мы создавали комитеты и заключали мир со старыми врагами. Религиозные деятели долго не решались сделать заявления, им требовалось время, чтобы перестроиться и придумать, как отразить атаку на догматы их веры. Мы посылали мёртвым сообщения всеми возможными способами, рассказывали о себе, передавали приветы умершим родственникам, неистово расспрашивали о загробной жизни. Стремление поговорить с Великим Запредельным и разрешить все наши главные вопросы сплотило человечество. Но мёртвые не желали тратить время на пустую болтовню. Они лишь повторяли и повторяли своё послание, вбивали его нам в головы через письма, шёпот в телефонных трубках, сны – до тех пор, пока мы не прислушались и не спросили, что же мы можем сделать.
Раньше умирать было просто. Даже прорывы в медицине, случившиеся в двадцать первом веке, не могли гарантировать, что вы, например, не подавитесь костью, не попадёте под машину или просто не состаритесь настолько, что тихо скончаетесь у себя дома. Всё это закончилось с появлением всемирного закона о нарушителях, который нам в одностороннем порядке навязали покойники. Нашлись умники, которые тут же придумали для него кучу названий: Закон Танатоса, Трупное Правило и так далее; правда, за такие слова полагались серьёзные штрафные санкции. Мы все знаем этот закон наизусть.
Мы, мёртвые, делаем это заявление, чтобы о нём немедленно узнали во всех уголках планеты. С целью положить конец неконтролируемому миграционному потоку в наши владения мы выдвигаем следующие требования: 1) ни один человек не должен несанкционированно вторгаться на нашу территорию; 2) для каждой страны должна быть установлена ежегодная квота, основанная на возможностях и потребностях её населения; 3) любой человек, который добровольно пройдёт через границу сам или проведёт кого-то другого, будет соответствующим образом наказан.
Дальше шло ещё с полсотни всяческих уточнений и исключений, но в этом вся суть. В законе даже нет угроз, просто констатация фактов. И вот так мы перестали умирать. Ну, в основном. Поток новых умерших превратился в струйку, будто, знаете, засорилась канализация. Люди с хроническими заболеваниями стали дольше и упорнее сопротивляться болезни. Пожилые люди в возрасте восьмидесяти и девяноста лет продолжали жить; правда, само собой, не становились здоровее ни физически, ни психически. Мужчины и женщины, пострадавшие в автокатастрофах, страдали месяцами, получая непрерывный поток писем без марок и звонков с автоответчиков с напоминаниями о том, что несвоевременный уход из жизни – наказуемое преступление. Мы, живые, так и не восстали. У нас просто нет для этого возможности.
Для тех, кто поумнее, работает система квот. Сейчас мне пятьдесят, и в новый мир я перейду всего через семьдесят шесть лет – редкая удача. Кроме того, как только за это стали предлагать дополнительные бонусы, я тут же удалила яичники. Так что, вероятно, у меня будут некоторые привилегии, когда я наконец умру. Может, сокращение времени обработки или чуть больше t-пространства, кто знает. Несколько дней назад я прочитала статью, в которой утверждалось, что среднее время ожидания для людей моего возраста составляет более двухсот лет. Для новорождённых, вероятно, всё будет ещё хуже, по крайней мере до тех пор, пока мы не достигнем переломного момента, установленного другой стороной, и не снизим численность населения до приемлемого уровня.
Мёртвые потребовали назад свои земли, и мы подчинились. Бывшие обитатели домов попросили, чтобы их раскопали и снова положили в тех местах, где они жили когда-то. И мы ушли. Депопуляция. Старых жильцов выкапывали и размещали в старых домах, придавая им такие позы, чтобы они снова напоминали живых. Мебель переставляли в соответствии с их вкусами. А затем дома опечатывали. Городские площади превратились в импровизированные убежища для мёртвых бродяг и бездомных.
Мы перебрались в наспех построенные новые поселения, расположившиеся вдоль дорог и линий снабжения между старыми городами. Наши технологии адаптировались. Некоторые отрасли почти перестали развиваться, а другие, как, например, медицина, за считанные десятилетия шагнули, наверное, на века вперёд. Физические упражнения и сбалансированная диета стали обязательными. С войнами, по крайней мере, открытыми, было покончено. Никто не хотел нести ответственность за чей-то несанкционированный переход границы.
Мы так и не узнали, что же ждёт нас по ту сторону завесы. Сны стали своего рода неофициальным каналом связи, надёжным источником информации оттуда. Сейчас мы все видим похожие сны – словно настроились на одну и ту же телепередачу. Каждый получает свой вариант послания, будто длины волн немного отличаются, и должны записывать содержание снов и отправлять в центральное управление, где сообщение собирают воедино.
Кое-кто утверждает, будто имеет чуть более широкий доступ к информации. Они рассказывают о бескрайних равнинах, о пространстве Танатоса, о бесконечных очередях в некоей абстрактной вселенной, о лагерях для нелегальных новоприбывших, погибших в автокатастрофах, о пустынях и полях, усыпанных отрезанными руками и ногами, которые ожидают своих хозяев, чтобы воссоединиться с ними. Но они, разумеется, могут и врать.
Другие говорят, что им довелось напрямую общаться с мертвецами, и рассказывают о них длинные истории. Они говорят о клерках с зашитыми ртами и пустыми глазницами, с кожей, сухой и твёрдой, словно вяленое мясо, которые подписывают документы и выдают отказы. О том, что тамошняя оппозиция пытается тайно облегчить наш переход в их мир. Лично мне снились только бесплодные пейзажи, огромные толпы в пространствах с невозможной геометрией, ожидающие своей очереди, но я не знаю, реальны ли эти видения, или это просто сказывается общее напряжение.
---
В последний раз я ходила по этим пустынным улицам двадцать лет назад. Исчезли Spätis – маленькие бистро, наподобие того, что держали мои родители. Из окон больше не вывешивается сохнущее бельё. Я с трудом нахожу знакомые ориентиры. Старый парк Темпельхоф, разбитый на месте аэропорта, теперь полностью покрыт рядами могил. Некоторые мавзолеи торчат, словно гнилые зубы. Почти все они сделаны из бетона – их слепили на скорую руку в истеричную эпоху Великой Эксгумации, чтобы уложиться в жёсткие сроки, навязанные нашими мертвецами. Улицы покидали в спешке, и я вижу свидетельства тех времён: брошенные посреди дороги машины, скелетированная рука, свисающая из окна… Я помню этот город ярким, живым, полным движения и шума. Теперь над Берлином царит лишь стрёкот насекомых.
Когда люди ушли отсюда, в свои права вступила природа. Декоративные растения погибли или одичали, плющ обвивает заколоченные фасады зданий, сорняки и даже маленькие деревца прорастают сквозь трещины в асфальте. Кое-где мостовая провалилась, и образовавшиеся водоёмы облюбовали лягушки. Когда-то Берлин возвели на болоте, и теперь, когда система городских коммуникаций приказала долго жить, он возвращается к своему изначальному состоянию. По улицам бродят стаи собак, но они избегают нас – возможно, в их генетической памяти остались крохи пиетета перед человеком. Местная фауна тоже возвращается. Вдалеке я вижу стадо оленей, пощипывающих сорняки. Воздух на Фридрихштрассе пахнет листьями и влажной землёй. Город мёртвых – но цветущий рай для всех, кроме человека.
Солнце почти поднялось к зениту, но мы уже на месте. Я глотаю очередную таблетку, и девять моих спутников, словно управляемые единым разумом, делают то же самое, принимая наркотики по вкусу. Возвращаться будет непросто. Мы отгоняем подкрадывающуюся усталость.
Ориентируясь по указаниям навигатора, мы выходим на боковую улочку неподалёку от старого парка. Вокруг тихо, но экстренных сообщений из центра не было, и мы знаем, что человек ещё не нарушил границу.
Медленно, в полной тишине мы сворачиваем за угол и видим женщину, которая доставила нам столько хлопот. Она сидит, прислонившись к стене, и, кажется, пытается казаться меньше. Она кутается в слишком большое для неё пальто, а правая нога изогнута под невозможным углом. У неё тёмные волосы, глаза покраснели после нескольких часов плача. Мне хочется плюнуть ей в лицо.
Мы обступаем её полукругом. Стандартная процедура. Двое санитаров подходят к женщине, достают аварийные пайки и проверяют её на наличие симптомов переохлаждения или любого другого состояния, которое могло бы поставить её под угрозу нарушения.
«Мне очень жаль, – слышу я шёпот. – Я просто хотела…» Она говорит что-то ещё, но я пропускаю её слова мимо ушей и помогаю переложить женщину на носилки. Все они сожалеют, когда мы их ловим. Они не хотели создавать проблем. Они просто хотели отдать дань уважения – отцам, сёстрам, любовникам. Под любым предлогом, пусть даже для этого им придётся без разрешения проникнуть в депопулированную зону, и наплевать, что это может привести к дипломатической катастрофе. Иногда это придурки, не понимающие, в какое время живут, иногда – просто жополизы, считающие, будто после смерти получат какое-то особенное отношение, если возложат достаточно цветов или ритуальных подношений к могиле кого-то из предков. Некоторые целенаправленно хотят доставить неприятности: некрофилы, фетишисты, сторонники теологии распада. Все они считают себя выше закона. Намеренно или нет, эти люди подвергают нас опасности.
Санитары помогают женщине подняться и переносят её на носилки. Я была бы рада заставить её хромать вслед за нами, пока мы не покинем зону и не сможем снова поспать, но мёртвые заявили однозначно: они более не хотят, чтобы она касалась их земли. Мы сами должны унести её отсюда, а затем она предстанет перед судом. Когда женщина ложится на носилки, её лицо принимает затравленное выражение; она знает, что её ждёт. Смертная казнь, по понятным причинам, запрещена, но мы нашли способы сделать жизнь осуждённых неприятной.
Роли в команде чётко определены: два санитара, один разведчик, один офицер связи, и шестеро носильщиков – те, кто посменно понесёт нарушительницу. Не говоря ни слова, я занимаю своё место и берусь за ручки носилок. Женщина весит немало, но, по крайней мере, не двигается и не пытается убежать.
На мир опускается тишина, даже птицы умолкают. Лучи солнца ласкают лицо. В кои-то веки я чувствую себя единым целым со своей командой, и, я уверена, остальные считают точно так же. Болят руки и ноги, звенит в ушах, но, по крайней мере, мы рано или поздно вернёмся домой. По крайней мере, мы не на её месте. Молча переглянувшись, мы медленно отправляемся в обратный путь.
---
* Juan Perro ‑ Esta Tierra no Tiene Corazón. Примерный перевод (исп.): «Горе тому, кто пройдет, чужестранец, Граница мечтаний на этой земле».
Рассказы этого автора, которые мы переводили и выкладывали на pipmy:
Наш канал в ТГ: Сказки старого дворфа.
Спипсили!
Художник - @OmniaMortus
Кликбейтер и главред - @YnonaXexexe
Гости выпуска:
@litr88
@Admin
@1041618
@PblBlya
Очень краткая история музыки AMBIENT
Автор: Jason James
Музыка для вашего разума, музыка для трипа, музыка для расслабления, дыхания, купания, сна или размышления.
Музыка 'Ambient', термин придуманный Брайаном Ино в 1973, когда он попал в больницу после автомобильной катастрофы. Идея родилась, когда он слушал некую скрипичную музыку одновременно с шумом больницы. Он захотел создать музыку, которая дает слушателю выбор, музыка, в которую можно вслушиваться, и которую можно игнорировать. Его альбом 1975 года 'Discreet Music (Осторожная Музыка)' представил полностью новый жанр в мэйнстреме. Ино и далее продолжил исследовать 'Ambient' в альбомах 'Music for Airports (Музыка для Аэропортов)' (1978), 'On Land (На Земле)' (1982), 'Apollo (Аполлон) ' (1983), и в совместном с Гарольдом Баддом альбоме 'The Pearl (Жемчуг)' (1983/4).
Хотя, конечно Ино и не создал новый жанр атмосферной/экспериментальной музыки, до '70-х эта концепция исследовалось классическим авангардистским движением конца 19-ого столетия. Первенство принадлежит композиторами Ерику Сати и Клоду Дебюсси, они одними из первых начали эксперименты над музыкой. 'One man cult' Ерик Сати создал концепцию 'музыки-мебели', музыку которую нужно использовать как обстановку. Он также создавал музыку, которую нужно слушать под различными углами и в различных состояниях сознания. Действительно, современники считали Сати, и сумасшедшим, и гением. Его короткая партия фортепьяно 'Vexations', написаная в 1893, была предназначена, чтобы быть сыгранной 840 раз подряд, и для прослушиванния он советовал готовить себя заранее, "в самой глубокой тишине, практически без движений". Партия продолжалась 14 часов.
Впервые 'Vexations' была исполнена Джоном Кейджем (John Cage) 60 годами позже, он утверждал, что 'Vexations' написана в духе Дзен-Буддизма, поскольку напомнила ему о древнем Дзен-искусстве: "слышать глазами и наблюдать ушами". Джон Кэйдж, часть движения минималистов 60-х (которое находилось под влиянием работ немецкого композитора Карла Стокхаусена) наряду со многими другими Американскими композиторами, изобрел 'измененное фортепьяно' и создал музыку, которая объединила множество инструментов и влияний различных культур. Его произведение "4' 33" (первоначально названное 'Silent Prayer'') состоит из ничего, из абсолютной тишины и это оскорбило слушателей и критиков.
У Джона Кэйджа появилось много последователей, главным образом они занимались исследованием минималистического звучания, и пробовали совместить множество музыкальных стилей существовавших в те времена. Они использовали все виды электронных устройств и всевозможную "странную" аппаратуру. Команда "Tangerine Dream", из Германии, вышла на сцену с психоделическим альбомом 'Wahn', в 1969, этот альбом был создан с применением шаманских методов, психо-активных субстанций, и самых современных (если не футуристических) технологий.
Действительно, появление психоделических наркотиков сильно повлияло на рост Ambient музыки, впрочем, как и на всю культуру 70-х. Pink Floyd, Jimi Hendrix и многие другие старались выразить свои внутренние переживания, трипы, доступным им способом, концепция музыки этих команд отличались от того что делал Ино. Однако, эти психоделические группы определяли сцену, на которой он работал, и тот океан Ambient релизов, которые были выпущены и выпускаются по сей день, не существовал бы без них.
Другой человек, который стоял у истоков этой музыки - это известный французский музыкант Жан Мишель Жарр, его опус 'Oxygene' достиг невероятной популярности в 1975/6 году и открыл двери другим экспериментальным композиторам. Жарр сумел создать музыку, объединяющую передовые аналоговые технологии синтеза звука 70-х и идеи, основанные на концепции музыки Сати и Деббюси. Его творчество открыло двери в звукозаписывающие компании различным музыкантам, среди которых Can и Colourbox.
Музыка Ambient получила интересный поворот в середине/конце 80-х с появлением эйсид-хаус музыки. Семенами новой клубной культуры, были новые звуки, новые наркотики и совершено новая музыка. Но требовалась музыка, которую можно было бы послушать дома после ночной вечеринки или в чилауте, музыка, которая помогла бы расслабится. Спрос породил предложение и вскоре появилась новая волна музыкантов: KLF, the Orb, Mixmaster Morris, The Aphex Twin, System 7, Global Communications, Syzygy, Woob, Pete Namlook и множество других. Количество превосходных и качественных релизов за последние 15 лет просто поражает. И их чило постоянно растёт.
Эмбиент, существует на краю общества, на остром выступе горы, между атомами воздуха, который Вы можете вдохнуть. Он так или иначе существует вокруг и все же остаётся невидимым и тихим. Он всегда будет окружать нас, пока кто-то слушает эту музыку, размышляет или отдыхает под неё. Эмбиент будет вечен ....!!
Потрите спинку, мои чуваки.
!
У меня еще 30 минут среда. Так что успел. Со средой, чуваки и чувакэссы)
Рабочие будни
Обычно я принимаю по 6 часов и есть 2 варианта: с 8 до 14 и с 14 до 20. Разумеется этими часами моё рабочее время не ограничивается, ещё 2 часа у меня на обработку документов. Зачастую после утренней смены я задерживаюсь подольше, а в вечернюю прихожу четко к 14-00. Почему? Потому что люди любят прийти заранее и начать долбиться в двери, несмотря на время. В прошедший вторник пришлось приехать пораньше - намечалась планёрка в 13-00. Планерку отменили, и я пошла к себе в кабинет писать отчёты и направления на инвалидность. Не успела я зайти в кабинет, как вперёд меня проскочила женщина, и у нас состоялся гениальный диалог:
- Вот, посмотрите моё УЗИ и ещё мне нужно анализы найти
- Прием с 14-00, подождите за дверью
- Ну и что? Вы же здесь
- Я здесь, а прием с 14-00, выйдите за дверь и зайдёте по талону.
- Я не записана, мне срочно
- Прием с 14-00, зайдёте между теми, кто по талону
- Вам что, сложно? Вы же не заняты
- Я сейчас делаю отчёт. Зайдите после 14-00 между людьми с талонами, если они вас пропустят
- Вообще-то отчёты вы должны делать в неприемное время
Тут меня уже пробрал смех:
- А сейчас какое, если прием с 14-00?
Женщина зависла, а потом убежала в неизвестном направлении. На прием она так и не пришла.
Маленький и банальный комикс про кота
Комиксов на эту тему наверняка полно, но я нарисовала ещё один
У меня Эрик тут попал на камеру пару дней назад
У меня Эрик тут попал на камеру пару дней назад. Отправлял родственникам и знакомым. Все спрашивают "что это?". Котик жопом вверх просто)
Кстати он хороший охотник. Сидел как-то у входной двери и мечтал о чем-то своем котячьем. Резко сорвался и ломанулся под улья которые стоят метров десять от дома. Вылез с полным ртом и довольным лицом. Что поймал не понятно, но это не мышь вроде
