Старинные картины несут не только эстетическую ценность. Они могут быть полезны и для истории, так как часто изображают исторические события или портреты известных людей. Но есть и еще одна наука, для который могут быть полезны старинные изображения, это как не странно - биология.
Один из таких случаев - натюрморт, написанный в 1600-х годах, на котором изображен почти не узнаваемый арбуз.

Посетила свою художечку родную. нарисовала красивую картиночку

“Для меня опыт рисования объекта показывает, насколько он на самом деле чужд и непознаваем”, - говорит Эрик Верт, чьи яркие натюрморты, кажется, светятся изнутри. Изображая различные темы от декадентских букетов, переливающихся из ваз, до пары покрытых дождевыми каплями ветвей магнолии, сюжеты картин маслом художника из Портленда, штат Орегон, изобилуют гиперреалистичными деталями.

Верт опирается на свой опыт работы в научной иллюстрации, дисциплине, которая привлекла его “из-за акцента на строгую точность изображения”, - говорит он. “Со временем я обнаружил, что объективные технические рисунки никогда не передадут сложных чувств, испытываемых при наблюдении за объектом вживую”.

Внося свой вклад в долгую историю натюрморта в истории европейского искусства, композиции Верта отражают современный взгляд на традицию, сохраняя элементы, характеризующие жанр: композицию и точность. “Мои картины маслом задуманы как соблазнительные, так и разрушительные — высоко контролируемая медитация о невозможности контроля”, - говорит он. На витринах в изобилии разливаются цветы, а разрезы фруктов раскрывают чувственную текстуру. Фоны также дополняют центральную тему, часто изображая орнаментальный текстиль или узоры на обоях.

Верт ссылается, в частности, на жанр живописи ванитас, который наполнен символизмом, призванным напомнить зрителю о бесполезности мирских желаний или удовольствий в более широком контексте смертности. “Передача узнаваемого образа происходит на ранних стадиях процесса, - говорит Верт, - но моя любимая часть картины происходит через несколько дней или недель, когда я перестаю пытаться контролировать это — когда я ухожу с дороги и позволяю объекту раскрыть себя”.