Как я болела ковидом. Часть 1

Кто-то помнит, как все начиналось? Сначала был невнятный ноябрь 2019 года, когда вроде как подросло количество пневмоний (но это неточно, потому что коллеги вспоминали это как ретроспективу). Потом жутковатый декабрь, когда китайский доктор громко объявил на весь интернет, что нашел неведомую хворь, а всякие комитеты требовали от него пруфов. Тот врач от заразы таки помер, правительства ахнули и начали закрывать границы, а наши родные СМИ то раздували пожар паники, то во всю восхваляли российскую систему здравоохранения. 

У нас лёд тронулся в марте 2020 года. Как из рога изобилия посыпались приказы и постановления об организации амбулаторной помощи, а стационары стали закрываться один за другим и резко перепрофилироваться в ковидарии. Так сначала у нашей больницы забрали роддом, а потом постепенно ковид поглотил практически всё, кроме поликлиники и травмпункта. 

В поликлинике сделали отдельный вход для температурных, а также разделили врачей на 2 группы: одни 6 часов только сидели на приеме, другие только ездили по вызовам. Ездящих ещё разделили - один ездил по хрони, двое катали температуру. Я была "температурным".

Чем я жила тогда? Участковый стаж пока был меньше года, с участком у нас только начался конфетно-букетный период, об ординатуре я ещё даже не думала, а на работу ездила на велосипеде. И именно с помощью велосипеда я поняла, что что-то не так.

В один прекрасный апрельский день я заметила, что задыхаюсь при спуске с горы на велосипеде. Воздуха прям не хватало, сердце бешено колотилось, но я продолжила путь на работу. На входе меня встретили с градусником, намеряли 37.5. Сначала решили, что это после велосипеда и отправили остывать. Через полчаса уже 38.3. Кроме температуры ничего, открывают больничный на неделю, берут тест на ковид и отправляют домой. 

Тест отрицательный, температура в норме, и я выхожу на работу с лёгкой слабостью. Заведующие решили посадить меня на прием, чтоб я немного передохнула. В это время постепенно закрываются на карантин отделения в нашем стационаре. Из всех осталась только хирургия и урология. В урологии небольшое ЧП: у пациента случился неосложненный гипертонический криз и нужна консультация терапевта. Раз терапевтическое отделение уже закрыто, то решили вызвать из поликлиники. Начальство отправило меня. Провели инструктаж, выдали инструменты и сказали, что на входе в стационар меня оденут. Я отправилась спасать товарищей.

На входе в хирургический корпус меня не встретил никто. Я долго стучала в двери и звонила в звонок, наконец пришла санитарка. С ее слов, никто не предупредил о моем приходе, а ближайший комбез и респиратор есть в отделении, поэтому придется идти как есть. Я надела одноразовую маску и согласилась.

Комната со спецодеждой была в самом конце отделения. Пациенты и врачи смотрели на меня как на инопланетянина: я пришла в обычном халате и джинсах. Наконец меня переодели, и пошли осмотры больных. Оказалось, что кризовых трое: 2 пациента и один врач. В итоге я провела в карантинном отделении около 2х часов с учётом поиска комбеза с респиратором, осмотров и оформления бумаг. Дальше нас ждали майские праздники.

На майских у меня стояло 3 дежурства, но я не смогла выйти ни на одно: мышцы спины дико выкручивало, снова вернулась одышка. Начальство пошло навстречу - меня из графика убрали, чтоб не оформлять больничный, и велели отлежаться дома. Праздники прошли, но мне не легче, все так же слабость, боли в мышцах и одышка, правда температура выше 36.8 не поднимается. Я поехала на работу.

На проходной снова попадаюсь с температурой 37.5. Заведующая покачала головой и сдала меня на опыты пульмонологу. Тот ничего в лёгких не услышал, намерял у меня 38.6, открыл больничный на неделю и взял тест на ковид. Меня отправили домой.

Что интересно, дома у меня температура выше 37.2 не повышалась. Через пару дней после осмотра пульмонолога начался гадкий сухой кашель. Стоило чуть не так вдохнуть или засмеяться, как я заходилась диким приступом, иногда аж до рвоты.

Друзья организовали за мной наблюдение. Ангелина (героиня истории Угонщик) приезжала через день по вечерам и привозила еду и лекарства, вытаскивала меня на улицу подышать свежим воздухом и успокаивала мои панические атаки по поводу ковида - в то время было очень много новостей о погибших от него медработниках разных возрастов, бонусом ещё истерили родители. Мой товарищ со скорой требовал от меня 3 раза в день фото показаний пульсоксиметра. Мой друг из другого города и вовсе созванивался со мной по Скайпу и заставлял везде таскать ноутбук с собой, чтоб я была на виду. Коллега по вызовам притащила мне таёжный чай и мёд, а также передавала приветы от пациентов. Словом, я была окружена заботой со всех сторон.

С каждым днём мой кашель усиливался и друзья начали искать, где мне сделать КТ лёгких, в то время везде была адовая очередь. К счастью, нашелся знакомый в одной из частных клиник и поздним вечером мне сделали снимок. Заключение не очень приятное: вирусная пневмония с поражением 25% лёгких. Очагов консолидации не было, а значит идёт активная фаза. Друзья усилили контроль надо мной.

Через два-три дня после КТ мне стало хуже: помимо того, что мой кашель стал почти постоянным, у меня ещё резко усилилось обоняние. Вся еда воняла тухлым. Вся вода воняла тухлым, будто в этой воде уже несколько недель плавает труп. Я не могла ни поесть, ни попить, ни помыться, и слабела с каждым днём. От этого вечного запаха тухлятины меня тошнило несколько раз в день. Вишенкой на торте стали панические атаки, которые накрывали меня все чаще. Было принято волевое решение госпитализироваться. 

Я позвонила в скорую и описала свою ситуацию. На том конце провода спросили сатурацию, я назвала 98%, на что мне грустно ответили "Ждите" и положили трубку. Через 10 минут перезвонил товарищ со скорой и сказал, что пришлет свою знакомую бригаду ко мне, а также, что ему не нравится мой голос. Я рассказала о кашле, усилившемся обонянии и пропавшем аппетите с тошнотой, он пообещал ускорить бригаду.

Девушки со скорой прибыли через час. К тому моменту мою идею госпитализации одобрили практически все мои "няньки". Коллега с работы приехала лично меня осмотреть. С ее слов, на слух справа лёгкие хрипят и хрустят, а я сама нежно-зеленого цвета с огромными кругами под глазами и потрескавшимися губами. Такое только класть. Бригада СМП с ней согласилась. Место в стационаре для меня нашли достаточно быстро, едва прозвучало волшебное "пациент - врач". Я собрала вещи и отправилась к машине Скорой. Стоило мне выйти из квартиры, как меня снова начала одолевать одышка. В лифте измерили сатурацию - 92%. Я отказалась от баллона и сама залезла в жёлтую Газель. Меня повезли на другой конец города в ковидарий. В покое кислород снова стал 98%, фельдшеры заметно успокоились. Я написала маме СМС, что поехала в больницу, попросила друга присмотреть за котом и позвонила соседям, чтоб те дали другу ключи. В итоге мать сорвалась в мой город и забрала кота к себе, а другу велела не переживать. Мне же предстоял месяц "веселья".