Пассажиры.

·         Решил я посмотреть художественный фильм. 

         Налил себе бургундского, то бишь жигулёвского, открыл сайт с художественными фильмами, выбрал раздел «Фантастика» и стал выбирать. Выбирал не очень придирчиво, а то обычно - фильм я ещё не выбрал, а пивко уже закончилось. Решил руководствоваться рейтингом IMDB, который посоветовал мне американскую научно-фантастическую драму режиссёра Мортена Тильдума «Пассажиры» 2016 года. 7.0, если что.
Это было ошибкой.

         Кинокартина начинается с того, что нам показывают, как космический корабль бороздит большой театр. Корабль большой, сделан в форме грюквы и впереди у него энергетический щит, предназначенный для защиты от астероидов. Техника на грани фантастики в общем. На этом жанр фантастики заканчивается и начинается комедия. Все известные законы физики и логики отменяются.
Корабль-грюква движется со скоростью мотоцикла и крошит щитом вражеские астероиды. Те вспыхивают и сгорают со звуком лопнувшего колеса, камера потряхивается для пущего эффекту и тут звучит тревожная музыка, нам показывают коварный астероид размером с Сызрань и компьютерный голос говорит: «Опасность столкновения». Само собой происходит столкновение, ну как столкновение, так, тряхнуло. 
От тряски внутри корабля гаснет свет, затем снова включается - во всех голливудских фильмах так показывают аварию. А если свет мигает – то авария щас будет. Оказывается, что кораблик полностью автоматический, никто им не управляет, так как все спят крепким анабиозным сном. И дальше бы спали, если бы не коварный астероид. 

         Одна из капсул начинает светиться, заполняется дымом и в дыму просыпается сексуально недовыбритый красавчик Крис Пратт, он же - Джеймс, инженер-механик второго класса, о чём нам заботливо сообщает компьютерный голос. Он открывает глаза, и голографическая барышня сексуальным компьютерным голосом сообщает ему, то, что он должен был знать, но возможно забыл. Или возможно, чтобы ввести в курс дела зрителей, что корабль-грюква не просто так болтается по космосу, а летит 120 лет к планете колонии Новая Обитель-2. 

         Джим идёт в свою каюту, где голографическая барышня выдаёт ему бельё и багаж, он принаряжается и идёт в информационный зал, и вот только тут до него доходит, что дело пахнет керосином. Потому что на корабле пятьтыщдвестиписятвосемь человек, а чёй-то никого и нет. В смысле – проснулся он один, лететь ещё 90 лет и три недели, и на борту не спят только он, роботы уборщики, и почему-то андроид-бармен на колёсиках. 

         Тут меня немного проняло, потому что пиндосы и те понимают, что случись что - куда ты пойдёшь? То-то и оно. Что лишний раз подтверждает, что пиндосам ничто человеческое не чуждо. То есть - суперзвездолет хреначит в другую галактику, все спят, туалет закрыт, а бармен ждет. Молодцы.
В общем Джим начинает немного паниковать, пытается дозвониться до Земли-матушки, но связь запаздывает на 55 лет, да ещё и шестьтыщбаксов за роуминг, а совета спросить не у кого. Все спят. А командир и экипаж вообще спят за окованной сталью дверью, которую он бил-бил космической кувалдой, не разбил. В общем – кошмар и ужас одиночества. 
Но как говорится – во всём есть свои плюсы. Хавчик есть. Без излишеств, само собой - всё-таки третьим классом едет, но кофе в автомате горячий, и бар открыт. К тому же бармен, хоть и андроид, но бармен, а значит – психолог и философ в одном лице, посоветовал ему забить на ситуацию и просто наслаждаться жизнью. Что Джим и делает. 
На корабле-грюкве непонятно зачем, но оказались и бассейн, и спортзал и кинотеатр и даже танцевальный зал. И выход в красивый открытый космос с целыми двумя скафандрами. Так что главный герой целый год оттягивается по программе «всё включено», засирает люкс-каюту, ходит пьяный с голой задницей по коридорам, и потихоньку косплеит Робинзона Крузо. Но проходит год, и физиология даёт-таки о себе знать. После проваленной попытки суицида механик задумывается о том, что даже у Робинзона был Пятница. 
После недолгих морально-этических терзаний он бреется и мозолистой рукой суёт космическую отвёртку в капсулу, где спит Дженнифер Лоуренс, она же – Аврора, журналист и писатель. Аврора просыпается, довольно быстро соображает, что к чему и пытается изобразить ужас на лице, но не получается, так как у Авроры лицо Дженнифер Лоуренс. Получается изобразить только пельмень.
Пельмень бегает по коридорам, кричит, плачет, лупит космической кувалдой двери, в общем - отрицание, гнев, торг, депрессия. 
Проходит время, герои чудно проводят время, пользуясь всеми блекджеками круиза и общаясь между собой при помощи диалогов из журнала Космополитен. Дело доходит до секаса на всех возможных горизонтальных поверхностях. Принятие, короче.
Тут нужен был сюжетный поворот, и он тут есть. В момент, когда Джим, аки Саурон уже выковал обручальное колечко, глупый андроид сдаёт его со всеми потрохами. Мол -не просто так ты проснулась. Пельмень изображает отрицательные эмоции, кричит, негодует и даже бьет красавчика своими крепкими ногами. Ненавижу, говорит, ненавижу. В общем – драма и развод.
Проходит ещё какое-то время, Джим таскается за пельменем, ноет, что любит, пельмень ноет, что ненавидит, андроид не ноет, но на лице у него написано, что переживает за обоих. Особенно за Джима, потому что он вроде как виноват и мучается морально-этическими муками. Даже расковырял палубу и с горя посадил там дерево. А на корабле-грюкве всё чаще и чаще моргает свет.  Это значит, что щас будет авария. К тому же открывается ещё одна капсула, из которой шатаясь и кашляя выбирается помощник капитана с лицом Морфеуса, который говорит, что всё это очень подозрительно.
В самом ближайшем времени свет гаснет так, что кругом невесомость и Лоуренс чуть не тонет, а роботы-уборщики прыгают из окон.
Морфеус берёт космическую отвёртку, шатаясь и кашляя тыкает ей в корабль, и говорит, что щас будет авария, но ему пора на больничный. 
Так как у него есть браслет старпома он, шатаясь и кашляя ложится в единственную на корабле медицинскую капсулу, которая компьютерным голосом ему говорит, что из анабиоза он вышел неправильно и жить ему осталось всего ничего.
Само собой он расстраивается и кашляет кровью. Потом надевает свой самый красивый костюм, даёт совет починить корабль и не ссориться. И умирает, потому что болеет, и потому что в голливудском фильме первым всегда умирает негр.
Тут же на корабле доламывается абсолютно всё, даже андроид, и герои идут искать то, что сломано. Найти то, что сломано - легко. Оно большое и не работает. А так как на корабле есть запчасти ко всему, нужно не работающую запчасть поменять на работающую. В результате поисков Джим и пельмень находят комнату, в которой внутри дырка в космос и сломанный реактор. Само собой, виноват во всём оказался коварный астероид, который пробил дырку в корабле и застрял в компьютере. Ребятушки чинят дырку, чинят компьютер, но не всё так просто – надо ещё обдуть реактор холодным воздухом из космоса, иначе – ебанёт. По законам жанра рубильник, открывающий люк - поломатый, и надо открывать вручную, с помощью космической отвёртки. Аврора кривит пельмень, говорит, - мол, а может не надо? Но Джим делает героическое лицо, отдаёт ей браслет старпома и лезет в открытый космос прямиком к реактору. А там по законам жанра люк для обдува – поломатый, и надо его держать ботинком, чтоб не захлопнулся. Ну надо, так надо. Джим держит люк и орёт, пельмень держит рубильник и орёт, реактор пылкает огнём и пытается прожечь скафандр. 
Трах! Бабах! Корабль чинится, люк захлопывается, Джима выхлопом откидывает от корабля, да так, что трос рвётся. Он зажимает руками дырки в скафандре и сексуально дыша в трескающееся стекло гермошлема просит прощения у Авроры. И помирает от холодного космического воздуха.
Пельмень понимает, что вот оно… ёкнуло сердечко. Надевает второй скафандр, летит за суженым, ловит его за обрывок троса и тащит на починившийся корабль. К единственной на корабле медицинской капсуле. Суёт в капсулу Джима, предъявляет браслет старпома и орёт: «Оживляй, сука!». Капсула превращается в конвейер Автоваза и оживляет обожжённого и задохнувшегося механика, с которым сразу случается секас.
Затем они хоронят Морфеуса в космосе, чинят бармена и ходят смотрят друг на друга влюблёнными глазами. Оказывается, единственную медицинскую камеру на корабле можно переделать в капсулу для анабиоза, но так как камера единственная на весь корабль – пельмень отказывается, и инженер-механик второго класса всё-таки надевает ей кольцо на палец. Хеппи-энд.
 Так как фильм не индийский, в конце никто не поёт и не танцует, а вместо этого показывают, как 88 лет спустя проснувшийся экипаж выходит на главную палубу и охуевшими глазами смотрит на разросшийся лес, обосраный енотами, кур и беседку с мангалом. Где-то там наверняка катается на своих колёсиках истрепавшийся андроид…

      Пиво кончилось…