Перед сном Алексей вышел на балкон. Перекинулся парой слов с соседом, закурил. Сзади неслышно появилась жена.

- Все-таки поедешь? – спросила она мужа. – Смотри, какой туман. Отложили бы рыбалку свою.

- При такой погоде клев бывает хороший, - не согласился тот.

- Тревожно мне что-то, - поежилась Люба.

- Туман - не гроза, не град. Да и развеется он к середине дня.

- Не люблю я муть эту, - передернула Люба плечами, - тошно как-то. Да и не только в тумане дело. Ты, Лешь, не сердись… Сашок этот… странный он какой-то. Сколько лет вы не виделись, а он нарисовался – и сразу в лучшие друзья.

- Сколько не виделись, - переспросил он, - да со школы и не виделись. Пятнадцать лет.

- За столько лет мало ли что с человеком могло быть. Ты и не рассказывал про него никогда.

- Да поругались мы крепко перед выпускным. Вот и не рассказывал.

- А чего не поделили?

- Кого, - усмехнулся муж.

Он докурил и затушил окурок в пепельнице. Потом обнял жену.

- Расскажи, - попросила она.

- Да рассказывать особо нечего. Кого пацаны могут в семнадцать не поделить? Дружил я с 7 класса с одной девчонкой. А в конце десятого она с Сашком и стала встречаться. Морду я ему тогда набил. Вообще – не хочу вспоминать – мутная была история. Я в армию ушел – она приходила. Мать рассказывала. Адрес мой просила. Мать не дала. Потом как-то все-таки узнала. Писала. Я не читал. Рвал и выбрасывал. А вернулся, она уже уехала. Рассказывали, то ли аборт сделала неудачно, то ли выкидыш у нее был. Ходила черная вся. А потом и уехала. Вот и вся история. Давно было.

Люба вздохнула и повторила:

- Тревожно мне. И туман этот еще. И между вами – туман.

- Вот и надо его развеять. Я тоже такой туман не люблю. Пойдем спать, завтра вставать рано.

***

Утром мужчина бесшумно встал. Оделся, стараясь двигаться тихо, но жена все равно услышала.

- Термос не забудь, - сказала она. – Приедешь – чаю выпьешь. И, пожалуйста – осторожнее.

Алексей вернулся в комнату.

- У меня две причины есть – быть осторожным. Ты и Антошка, - сказал он, наклонившись под кроваткой сына. – Не волнуйся, все хорошо будет. Не на войну же я ухожу. Завтра к вечеру вернусь. Доедем – позвоню.

Он поцеловал жену, взял удочки и ушел.

***

Они встретились за городом. Сашок вышел из старенькой Лады, и восхищенно обошел вокруг Лешиного Ланд-Крузера.

- Крутая тачка у тебя! – завистливо протянул он. – Давно брал?

- Год назад.

Сашок еще пару раз обошел машину. Заглянул. Поколупал пальцем кожаную отделку салона.

- Ладно, - сказал он, - только ты сильно не гони. А то я отстану. Потеряемся.

- Так место-то ты предложил – я там и не рыбачил никогда.

- Да тут пока одна дорога. Как проедем семьдесят восьмой километр, так и поворачиваем направо на проселок.

Алексей кивнул. Они сели по машинам и тронулись. Мужчина слушал музыку и вспоминал завистливые взгляды Сашка.

Машина была его гордостью. Сам заработал. Никто не помогал. И квартиру сам.

Мысленно он перенесся домой. Представил себе жену, сына. Подумал – а правда – на фига мне эта рыбалка… Но Сашок так вцепился в него, так расписывал клев, что он согласился. Он давно уже не ездил никуда – семья и работа занимали все его время.

***

Туман между тем становился все гуще и гуще. Алексей сбавил скорость до предела, чтобы не проскочить нужный проселок.

"Хорошо - навигатор есть" – подумал он, "а то хоть выходи и на столбы смотри".

Наконец ему показалось, что он нашел нужный поворот. Навигатор вел себя странно – дорога то появлялась на дисплее, то исчезала. Он оглянулся – Сашок держался метрах в двадцати. Леша повернул на проселок и сразу ощутил все прелести российских грунтовых дорог. Он вел машину осторожно, вспомнив просьбу жены.

Несмотря на маленькую скорость Сашок стал отставать.

Дорога тянулась и тянулась и нигде не раздваивалась. Алексея это несколько удивило. Обычно в поле дороги так себя не вели. Они раздваивались, скрещивались, шли параллельна друг другу. А тут была одна.

Туман между тем стал похож уже не на молоко, а на густую сметану. Казалось – открой окно и бери его ложкой.

Вспомнив все ругательства за полчаса, он уже решил было остановиться, как из плотной белой пелены показался плетень. Еще пара метров и он едва различил дом. Обычный деревенский сруб.

"Странно… На карте ничего такого нет."

Его поразила тишина. Не орали петухи, не лаяли собаки. Не слышно было шума машин.

Около плетня он заметил старика с длинной окладистой бородой и затормозил рядом с ним.

- Здравствуйте, дедушка! – сказал он старику.

- И ты здравствуй, мил человек, - ответил дед.

- Что за деревня это?

- Денисовка.

- А на карте нет ее, - растерянно сказал Алексей.

- Значит карта твоя неправильная, - усмехнулся дед.

- А озера тут есть? Мы порыбачить хотели.

- Озер тут полно – пойма. Доедете до конца деревни и налево – там до ближайшего озера километр всего.

- Спасибо вам! – ответил Леша, - а что людей-то не видать?

- Да кто где, - отозвался дед, кто на работе, а кто и дома дело нашел.

Наконец из плотного тумана показалась машина Сашка, который матерился так, что вяли уши.

- Еле догнал! Куда ты гонишь! Что это за пень старый… - и Сашок загнул совсем уж непечатное.

Алексей поглядел на него и сказал:

- Не ори. Я дорогу узнал. Совсем чуть осталось. Место ты предлагал.

Он кивнул старику и сел в машину. Сашок, ругаясь, поехал за ним.

***

Они миновали деревню и повернули направо. Вдруг Леше показалось, что на дороге кто-то сидит. Он остановился и вышел – перед машиной метрах буквально в двух он увидел маленького котенка.

Мужчина аж дернулся – чуть не раздавил малька!

Он подошел к зверенышу и наклонился. Тот доверчиво посмотрел на человека и мяукнул. Леша взял котенка в руки.

Сашок обогнал его на полкорпуса и тоже остановился.

- Чего там еще? – буркнул он. Увидел котенка и сказал, – Да брось ты эту погань!

Леша погладил котенка, которому, похоже, понравились руки этого человека. Котенок замурчал.

- Бросать нельзя, - ответил он, - заблудился он, наверно в таком молоке.

- С собой возьмешь? – ехидно поинтересовался Сашок, закуривая.

- Пока – да, а завтра посмотрим.

- Ну-ну, поехали, а то уж день, а мы еще и удочки не мочили.

Леша аккуратно посадил своего найденыша на сиденье и поехал вперед.

Минут через десять они, наконец, добрались к озеру.

Алексей вспомнил свое обещание позвонить жене, как доберется, но связи не было. "Туман, что ли мешает" – подумал он.

- Ну – туманище, - ворчал Сашок, - и поплавок-то не увидишь.

Но сперва он вытащил не удочки, а какую-то тряпку, постелил на капот и сноровисто достал из машины бутылку водки, стаканчики, покромсал хлеб и еще какую-то снедь.

Алексей порылся у себя в сумке, вынул пластиковую тарелку и накрошил найденному котенку сосиску. Тот с аппетитом принялся за еду.

- Молока вот нет для тебя, - сказал он – придется тебе водичкой запить.

Он взял другую тарелку и налил воды.

- Леха – пошли, выпьем – за встречу! – крикнул Сашок.

Леша взял пластиковый стаканчик. Водка пахла странно.

"Паленая", - подумал Леша, но пригубил. Сашок опрокинул стакан, налил себе еще.

- Да что ты как девица – пей, ты же мужик!

- Я как мужик – сам решу, что делать, - ответил он. На такие подначки он давно не велся. Пить он любил коньяк, хорошие сухие вина. Мог и водку, но не такую гадость.

Он достал из крузака сумку, посмотрел, что собрала ему жена. Порезал копченую колбасу, открыл контейнер с огурцами и помидорами, другой контейнер с пловом.

Сашка, похоже, вкус водки не смутил. Он жадно хватил еще стакан и закусил колбасой.

- Ладно – ты ешь, пей, а я пока удочки достану, - сказал Леша.

Он повернулся к машине и увидел, что котенок поел и уже устроился спать на сидении. Леша погладил его.

" С собой возьму" – подумал он, "Если не удерет ночью. Да куда ему удирать. Мелкий еще – пара месяцев. И как только в поле оказался".

***

Сашок допил водку в одиночку и, шатаясь, стал доставать удочки. Кое-как забросил одну попытки с пятой. У Леши клевало, он сосредоточился на рыбалке. Поймал щуренка, еще одного, потом приличного окуня. После этого налетела окуневая мелочь. Долбила червей, поплавки дергались, но ничего хорошего не ловилось. Мелочь Леша выбрасывал назад, потом подумал и пару окуньков оставил – может, будет котенок. Тот и правда, как проснулся, погрыз одного, но второго не стал.

Алексею надоело сидеть на одном места и слушать чертыханья пьяного Сашка. Он собрал удочки и перешел на другое место. Котенок побежал за ним. Устроился рядом с мужчиной и замурчал. Тому почему-то было очень уютно от этого урчания. Даже туман, казалось, стал немного пореже. Он сидел, гладил котенка. Ему было хорошо.

Потом приперся Сашок. Его с пьяных глаз потянуло на разговоры.

- Ты как жил-то? – спросил он, - Тачка у тебя классная, баба красивая, квартира тоже ничё.

Лешу покоробило это "баба", но пьяному Сашку на он про это говорить не стал – все равно бы не понял.

- Так как ты жил? – переспросил тот.

- Как все, - пожал плечами Леша, - отслужил в армии, учился. Основал фирму, сначала по мелочи работали – дачи, сауны. Сейчас побольше объекты строим. Потом встретил девушку, полюбил и женился. Сына растим.

- Давно женился?

- Три года назад.

- Дааа, - протянул Сашок, - Ленку, значит, забыть не мог долго. Помнишь, как ты мне в глаз засветил?

Он загоготал.

Леша посмотрел на него.

- А мы тогда с ребятами поспорили, что я ее уложу. И уложил! Да еще и девственницей она оказалась! Ты, выходит, зря вокруг ходил.

Сашок поднялся и ушел к стоянке.

***

Алексею вдруг стало непередаваемо стыдно. Он вспомнил первые встречи с Леной еще в 7 классе. Они ходили в кино, он провожал ее со школы. Вспомнил ехидные комментарии одноклассников. Но ему уже тогда было на них плевать. В 8 классе он пару раз дрался. А потом все привыкли к парочке. У Ленки было неблагополучно в семье. Отчим не любил девочку. Ленка несколько раз убегала из дома со слезами. Леша хотел пойти к ней домой, но девчонка отговорила – рука у отчима была тяжелая.

Они дружили больше трех лет и Лешу больно ударил ее уход к Сашку. А оно вон как все было, оказывается. А он – хорош… ничего не скажешь. Обиделся! Как же - его мужское самолюбие пострадало! И поговорить не смог. Она писала, а он рвал. Может, помощи просила.

Алексей глухо застонал.

Котенок проснулся и подошел к человеку. Человеку было плохо, и котенок постарался помочь. Он запрыгнул на колени, ластился, обхватил палец своими лапками, терся головой. И постепенно человек стал успокаиваться.

Леша погладил кошачьего ребенка. Вспомнил сына. Жену.

Потом перед глазами встала Лена. Исправить уже ничего нельзя. Надо жить с этим. И больше не делать подлостей.

Он взял удочки, посадил котенка за пазуху и вернулся к машине. Еще раз попытался позвонить жене, но связи снова не было.

***

- У тебя водка есть? – спросил Сашок.

Алексей покачал головой. Говорить ему совсем не хотелось. Кулаки чесались дать Сашку в морду снова. Но он понимал – что это ничего не изменит. И до Сашка ничего не дойдет и ему легче не будет. Он подумал – надо бы потом узнать про Ленку. Поехать. Прощения попросить, хотя – какое тут прощение.

- Я в деревню поеду, - объявил бывший одноклассник. – Там должен магазин быть или самогона куплю. Да и девку я там заметил. Аппетитную!

Алексей кивнул. Но Сашок внимания на него уже не обращал. Бросил удочки, матерясь, завел машину и поехал назад к деревне.

Леша остался один.

Посмотрел на часы – дело к вечеру. Подумал – утром – сразу домой.

Туман сгустился снова. Леша смотал удочки. Рыбачить не хотелось. Он походил по берегу, собрал сухих веток. Потом нашел небольшой сухой тополек, срубил его. Разжег костер и положил тополек в него комлем. Достал из машины термос с чаем, который приготовила жена. Налил в кружку и отхлебнул – сладкий! Улыбнулся. Жена знала, что он сладкоежка, подтрунивала над ним. Представил, как она сейчас возится с сынишкой, уговаривает его ложиться спать.

Ему захотелось есть. С утра-то кусок хлеба и колбасы, когда закусывал водку Сашка. Он поужинал, покормил котенка.

Сашок не возвращался.

***
"Ну и бог с ним, - подумал Леша, - разные мы люди. Люба права – не друг он мне. Да и не был никогда. Появится еще раз – пошлю подальше".

Он постелил около костра старенький плед, подвинул тополь подальше в костер и прилег. Котенок, шуршавший чем-то в траве, прибежал и устроился рядом.

- Мышь ловил? – спросил его Леша. – И как – успешно?

Котенок не ответил. Потерся головой об его руку. Замурчал.

Стало совсем темно. Леша не первый раз ездил на рыбалку, не первый раз ночевал вот так – около машины. Но в этот раз ему почему-то стало жутко. Проснулись детские страхи. Казалось – из темноты на него смотрят недобрые глаза, тянутся сухие корявые руки, хотя утащить его в темноту, из которой нет возврата.

Он поежился и ближе придвинулся к костру. Снова вспомнил Ленку. Надо, надо найти ее. Стыдно будет в глаза глядеть. Но – надо. Жене все рассказать. Она поймет, зачем он будет искать свою первую любовь.

Котенок вдруг вскочил и воинственно закричал!

Он стоял, как маленький воин, распушив шерсть и громко орал на кого-то невидимого Леше. И тьма отступила. Сухие корявые руки уже не тянулись и не хотели утащить. Даже круг костра стал шире. А потом Леша посмотрел на небо и увидел звезды! Много звезд. Он – городской человек - давно столько не видел.

Леша лег на спину, смотрел на мигающие далекие солнца. Гладил пригревшегося на груди котенка. Потом он уснул.

***

Утром котенок завозился и разбудил его. Алексей встал, попрыгал, чтобы согреться и оглянулся. Было уже светло, тумана не было и в помине. Край неба алел – вот – вот и взойдет солнце.

Он умылся. Оглянулся – Сашок так и не вернулся. Быстро собрался домой. Взял телефон – связь была, и были пропущенные вызовы от жены. Но так рано он ей звонить не стал.

"Небось, только заснула, - подумал Леша, - тут всего на полчаса езды по шоссе без тумана-то, ну и по полю столько же".

Он быстро собрал вещи, затушил костер, положил в багажник пойманную вчера рыбу.

- Поехали домой – сказал он котенку. – Меня, конечно, поругают, но ты уж скажи – не мог он позвонить. Скажешь?

Котенок мяукнул и чихнул.

***

Алексей отправился обратно. Посмотрел на навигатор, который показывал теперь много дорог.

Проехав километр, он остановился – деревни Денисовки не было!

Вернее - были ее остатки. Пара совершенно разрушенных домов. Дорога была совсем уж заросшей. Колеи сгладились и еле просматривались. Плетня, около которого он разговаривал со стариком, - не было – сгнил давно. От места, где была раньше деревня, веяло какой-то безысходностью. Пышно рос бурьян, а вот деревьев - не было.

Мужчине стало не по себе, как и ночью. Котенок опять воинственно замяукал. Потом посмотрел на человека, как бы говоря:

- Поехали отсюда поскорее и подальше.

Леша согласился.

"Мистика какая-то" – подумал он.

***

Минут через двадцать они выехали на шоссе.

Мужчина посмотрел на котенка, представил, как обрадуется животинке сын.

- Скоро дома будем, маленький.

Проехав пару километров, он затормозил.

В кювете лежала машина Сашка. На обочине стоял полицейский газик и скорая, около которой Алексей увидел носилки, а на них черный пластиковый мешок.

Он вышел, подошел к скорой и спросил водителя:

- Что случилось?

- Да что всегда, когда пьяным за руль садятся. Хорошо – только сам. Никого не покалечил. Смотри – и он показал на след – ехал вроде не шибко, а потом руки подвели, и вильнул резко вправо. Небось, с пьяни черти померещились!

Алексей вспомнил, как ночью ему стало не по себе и как тянулись к нему черные руки из темноты.

- Может и померещилось, - ответил он. Закурил. Угостил водителя.

Потом попрощался и пошел к своей машине.

Там он посидел пару минут, посмотрел на котенка.

- Похоже – ты мне ночью жизнь спас, сказал он – но об этом ты молчи – не будем Любу беспокоить. Разбился Сашок по пьяни и все.

"Катарсис" – всплыло в Лешиной голове слово.

"Все будет хорошо" – подумал, сощурившись, котенок.

Алексей завел мотор, и поехал домой. Через полчаса он уже открывал дверь своей квартиры.

- Мой Повелитель! Наблюдатели заметили планету. По предварительным данным условия жизни похожи на те, которые были на нашей родине.

- Планета населена?

Пришедший сообщить радостную новость сразу поскучнел.

- Да, Повелитель… увы..

- И много на ней аборигенов? – поинтересовался капитан корабля.

- Много, капитан, - еще тише сообщил пришедший. – Но мы обнаружили незаселенные места. На Планете есть обширные леса! Там должна быть дичь. Мы сможем охотиться, Повелитель.

- Возвращайтесь на свой пост. Мы обдумаем сообщение.

В небольшой каюте собрались вожди народа, который был вынужден спасться. Покинуть родную планету из-за угрозы взрыва светила. Они уже долгое время искали себе место, где могли бы жить. Но расстояния огромны, а запасы на борту ограничены. Улетая, они постарались спасти всех, кого могли.

- Мы должны совершить посадку. На борту заканчиваются продукты.

- Воды достаточно?

- Воды – да, но ею сыт не будешь.

Корабль подлетел ближе.

- Аборигены вышли в космос. Сохраняем осторожность. Нас никто не должен увидеть. Нас слишком мало для того, чтобы начать завоевание. Нам предстоит долго и скрытно жить и готовиться к ее покорению, чтобы сделать ее нашей новой Родиной.

***

Космонавты на МКС отдыхали. Бывают и у них выходные.

- Скучно все-таки. Почему не посылают на орбиту никого кроме людей…

- А ты кого бы хотел?

- Кота... или кошку погладить.

- Вернешься на Землю и будешь гладить.

- Смотри! Смотри! Передача с неизвестного источника! И как раз то чего ты хотел – коты!

- Где???

Но неизвестный сигнал уже пропал.

- Клянусь, был кот! Огромный…

- Чертовы пранкеры, уже и до космоса добрались…

***

- Похоже, нас не заметили.

- Это хорошо. Выбираем район и совершаем посадку.

Пришельцы хотели посадить корабль подальше от мест, где живут аборигены, но им пришлось поторопиться.

В атмосфере было много летательных аппаратов разных типов, да и вообще планета явно не пустовала. И они совершили посадку возле небольшого поселения.

- Надо выслать разведчика.

- Высылаем, Повелитель. Самого ловкого.

Молодой разведчик направился к месту, где были замечены сооружения, в которых могли жить аборигены. Он подобрался к небольшому сараю, затаился и приготовился наблюдать. Его никто не заметил. Он был очень ловким.

- Привет! Ты чего здесь прячешься? – вдруг услышал он.

Только многолетняя тренировка не дала разведчику подскочить от испуга. Он обернулся. Сзади него стоял… ребенок!

- Ты откуда? У нас нет таких больших, я всех в деревне знаю!

Разведчик был совершенно выбит из колеи. Его обнаружили. Был бы абориген взрослым, он бы схватился с ним и победил. Но… ребенок! И что теперь делать…

- Ты откуда? – повторил ребенок.

- Я… издалека.

- Из космоса что ли?

- А… откуда ты знаешь?

- От нас до города далеко, а машины у тебя нет. Коты на машинах только пассажирами бывают.

- Коты? Пассажирами?

- Ну да. Что нам, самим что ли тачки покупать? А люди на что?

Разведчик почувствовал, что ничего не понимает. У него кружилась голова. Частью от свежего воздуха, которого он был лишен во время полета, а частью от рассуждений этого ребенка.

- Люди? Это кто?

Ребенок помедлил.

- Люди… как тебе объяснить.. это таки большие существа. На двух ногах. Они думают, что они хозяева этой планеты.

- А на самом деле? – заинтересовался разведчик.

- Ты дурак, что ли? Конечно хозяева этой Планеты – коты, ну и кошки, разумеется.. хотя я девчонок не люблю…

Котенок хотел еще что-то добавить, но разведчик его перебил:

- Как коты?

- Да очень просто! Вот ты сметану любишь?

- А что это?

- Ну, ты точно дурак, а еще из космоса. Пошли. Я тебя угощу.

Котенок важно направился к дому. Разведчик помедлил и пошел следом. В конце концов, ему же надо раздобыть информацию.

***

Через сутки разведчик нехотя направился назад к кораблю. За это время он наелся сметаны и мяса. Все было такое свежее, такое вкусное.

Разведчик прощался со своим знакомым на краю деревни.

- Я вернусь, Васька. Я обязательно вернусь. А, может, ты со мной сходишь, а то мне не поверят.

- С тобой? А, пошли.

Разведчик и Васька направились к месту посадки корабля.

***

- А еще меня кормили сметаной! – доложил Разведчик.

- Я тебя за данными отправил, а ты мне сказки рассказываешь! – рассердился капитан. - Какой еще сметаной???

Разведчик облизнулся.

- Настоящей, деревенской. Густой-густой, белой и вкусной.

- Психика не выдержала, направьте другого разведчика, - уныло обратился капитан к своему помощнику.

Разведчик вздохнул.

- Я тебе говорил, Васька, что мне не поверят! Подтверди, что я ел сметану.

Капитан открыл рот, а из рюкзака разведчика выбрался Васька.

- Правда. Он ел сметану. А ты хочешь?

Капитан нервно мяукнул и сел на пол.

- Это кто?

- Это Васька. Он здесь живет. Он привел меня к людям, и они кормили меня и гладили.

Капитан кое-как встал.

- Пошли. Пошли к Повелителю!!!

***

Еще через сутки огромный кот застыл около плетня деревни.

- А мне точно дадут сметаны? – усомнился он снова.

- Дадут, - уверенно сказал Васька.

PS

В течение нескольких недель все прибывшие из космоса были откормлены и наглажены. Люди, существа, которые считали себя хозяевами планеты, были в восторге от пришельцев и пригласили их к себе в гости.

Пришельцы слегка поломались, как им советовал Васька, но согласились.

- А как же завоевание планеты?- жалобно спросил Повелитель через год.

Бывший разведчик посмотрел на увеличившиеся объемы своего вожака.

- А зачем завоевывать то, что и так наше? – спросил он, - за нас аборигены постарались! Несколько тысяч лет тому назад.

Да…, - протянул Повелитель, шевеля пушистым хвостом. – Это они правильно сделали! Ваське привет передай.

Одним из любимых фильмов Тараса в детстве был "Интервью с вампиром". Его не интересовали кровавые сцены. Больше всего ему нравился момент, когда герой видит первый раз за долгое время восход солнца в кино. Как Тарас понимал героя! Он совсем не помнил восхода вживую. Только в кино. По телевизору. Правда, ему не надо было этого долго ждать, когда Тарас родился, все это уже существовало, и кино, и телевизор, и компьютеры.

Тарас не был вампиром… но солнце для него было Врагом, как и для них. Одно время у него даже подозревали болезнь Гюнтера. Может быть, именно поэтому у него и развилась гелио фобия.

Мать рассказывала ему, что сначала у него все было в порядке. Как все малыши он гулял в парке, играл в песочек на берегу озера. Сам он этого не помнил, потому что в три года все это закончилось. Он и потом играл в песочек, но делал это только когда солнце садилось, и все дети уже давно спали. Поэтому он привык всегда быть один.

Он не ходил в школу, но это вовсе не значит, что Тарас был глупым и не развитым. Развитие у него было на пять с плюсом. А что прикажете делать, если большую часть времени приходится сидеть дома? Особенно летом.

Тарас любил гулять, но делать это мог только, когда было темно. Именно поэтому он предпочитал зиму, хотя большинство людей любит лето.

Тарас заочно закончил школу. При чем отметки он именно заработал, а не получил из жалости. Учился дистанционно в институте. Так же дистанционно он работал и неплохо получал. В общем, если не считать гелио фобии, он был обычным парнем. Любил пиво, компьютерные стрелялки. Знакомился с девушками. Правда, долго такие знакомства не длились.

Было у него и хобби. И друзья.

Где он мог спокойно находиться в любое время суток и года? Правильно – под землей. К его удивлению, довольно много людей, не боявшихся солнца, тоже стремились под землю. Как-то раз он пошел летом гулять и упал, ударившись головой, и потерял сознание. Когда он пришел в себя, то увидел, что уже начало светать. Домой он не успевал, подвалы были забиты наглухо и Тарасу пришлось спрятаться в первый попавшийся люк. С трудом ему удалось открыть крышку и спуститься в систему канализации.

Там его и нашли странные люди, которые называли себя диггерами.

То есть сначала он считал их странными, но потом они рассказали Тарасу о своем хобби. Они исследовали подземелья в старой части города. Проверяли всякие городские легенды. Некоторые всерьез были уверены, что найдут сокровища!

Оказалось, что под городом на поверхности есть целый подземный город! Не Париж, и не Одесса, но тайн тоже хватало. Тарас втянулся. Обычно они ходили целой компанией, но бывало, что он был под землей и один. Хотя друзья предостерегали его – опасностей в подземных галереях было немало.

Тарас даже оборудовал для себя под землей что-то типа убежища, чтобы пересидеть иногда короткие зимние дни. Хотя заходил он туда и летом. Особого уюта в убежище не было, но он нашел сломанный стол, кровать. Подремонтировал. Сколотил из нескольких ящиков пару стульев. Принес старых одеял. К сожалению – сеть под землей не брала. Но и так было вполне приемлемо. Тарас носил с собой фонарь, но на всякий случай купил свечей.

Как-то раз они с друзьями собирались в очередной раз заняться исследованиями, но у ребят обнаружились дела на поверхности. Тарас вздохнул и отправился в свое убежище.

Подходя к знакомому повороту под землей, он услыхал шипение. Тарас сделал еще несколько шагов, не зажигая фонарик – он прекрасно ориентировался в этом месте. Шипение переросло в рычание и к тому же послышался тонкий писк.

Парень остановился и включил фонарь. Перед ним на пороге его убежища, выгнув спину, стояла кошка.

Тарас повел лучом за разозленное животное и увидел, что на его кровати лежат новорожденные котята.

- Привет тебе горячий! – озадаченно сказал Тарас. – Мы вас не ждали, а вы приперлися! И что теперь делать?

Кошка территорию уступать не собиралась и человека подпускать к детям не хотела. Тарас подумал и отошел на несколько шагов. Он решил попробовать договориться с кошкой.

- Красава, я ничего не имею против тебя, мы и вдвоем уместимся. И детей я твоих не трону. Как ты вообще оказалась-то так далеко? Это ж не подвал!

Кошка объяснить ничего не пожелала. Она так и стояла поперек двери и не пускала Тараса. "Видимо, мало она добра видела от людей", - подумал он.

Парень еще пару раз попытался уговорить кошку отойти, но у него не получилось. Тарас отступил. Он покачал головой, посмотрел на часы и пошел домой – он еще успевал до света.

Дома Тарас проверил, хорошо ли задернуты шторы и лег спать. Проснувшись, он обследовал холодильник, составил список того, что надо было купить в круглосуточном супермаркете. Потом добавил в список кошачий корм.

Он дождался темноты и отправился за покупками. Затарив холодильник на неделю, он переоделся, взял с собой корм, пакет молока, несколько тарелок и отправился на переговоры с захватчицей своих подземных апартаментов.

Не доходя до комнатки метров десяти, Тарас включил фонарик и сразу убедился, что кошка на месте. Она моментально зашипела и встала на пороге, выгнув спину колесом.

- Красава, не злись, - миролюбиво сказал Тарас, - я тебе поесть принес. И молока могу налить – будешь?

Он остановился, положил принесенное на землю и, открыв корм, насыпал его на тарелку. Потом налил в миску молока. Остатки молока ему пришлось выпить – закрыть пакет было нечем. "Надо было коробку купить, хоть поставил бы", - с досадой подумал Тарас.

Тарас осторожно стал продвигаться к кошке со своими подношениями. Кошка зарычала еще сильнее. Не доходя пары метров, человек остановился и поставил тарелки на землю.

- Ну не злись – ухожу я! – сказал Тарас.

Он вернулся к оставшемуся пакету с кормом, положил его так, чтобы кошка смогла открыть и ушел. Он шел по подземным галереям и, пожалуй, впервые улыбался. Его пребывание под землей обрело какой-то новый смысл.

До этого у него никогда не было домашнего животного.

"Хотя, пока рано считать эту зверюгу домашним животным" – думал Тарас. - "Но время терпит".

Следующие несколько суток ему было некогда – навалилось много работы. Он вспоминал кошку, прикидывал – хватит ли ей корма. Молока мало налил – соображал он. Но если уж она забралась так далеко – разберется. Воду найдет.

При первой же возможности он снова пошел к кошке, захватив посудину побольше, коробку молока и новый пакет корма. Приближаясь, он снова включил фонарик. Кошка была на месте. Она по-прежнему стояла в проеме, но уже не шипела.

Тарас медленно подошел.

- Ну что, красава, будем дружить? Я поесть тебе принес. И молока налью.

Кошка подозрительно посмотрела на человека. Корм, который он оставил, пришелся ей весьма кстати, потому что мышей было мало, а отходить от детей она боялась. Она насторожено смотрела на Тараса, но нападать не спешила. Он медленно подошел, взял миску и продвинулся еще вперед. Кошка отступила и он смог, наконец, зайти в свой закуток.

Тарас поставил миски на пол, положил еды, налил воды и молока и отступил в угол. Кошка подошла к его подношению. Сначала она как следует, напилась – не нашла воды – мелькнуло у Тараса. Потом захрустела кормом. Котята на кровати запищали. Кошка поела и запрыгнула к ним.

-Ну, вот и хорошо, - сказал Тарас. – Вот и помирились.

Он сидел и смотрел, как кошка кормит своих детей. Заметил, что у них стали открываться глаза и подумал – а что они увидят-то здесь? Как она вообще тут оказалась? – от поверхности было довольно далеко. Спугнули с места, которое она приготовила себе? Ответов у него не было.

Полюбовавшись на семейство, Тарас ушел.

Следующие пару недель он приходил к кошке каждый день. Зажигал свечи, чтобы котята видели хоть какой-то свет. Он боялся, что они потом просто не смогут жить снаружи. Как я – мелькнуло у него.

Друзья диггеры звали его с собой, но он отказывался, отговаривался работой. Ему хотелось прийти к кошке и наблюдать за семейством. Кошка, которую он так и прозвал – Красава, уже доверяла ему. Тарас радовался. Он играл с котятами, все чаще думая – забирать их надо отсюда.

Потом ему и правда, пришлось пару дней усиленно поработать. Предвидя это, он оставил Красаве и котятам больше корма и воды.

При первой же возможности он поспешил привычной дорогой и вдруг неожиданно под ногами почувствовал комки земли. Он включил фонарик и с ужасом увидел – подземная галерея обрушилась. И обрушилась уже на подходе к его убежищу. И другой дороги не было.

Тарас беспомощно стоял перед завалом. Он сначала не мог понять – почему. Потом вспомнил – неподалеку затеяли строительство. Видимо работа тяжелой техники и способствовала обрушению хода.

Красава, там же Красава и котята!

Он метнулся назад домой за лопатой. Он еле успел до рассвета. Вернувшись, Тарас лихорадочно стал откидывать землю. Он продвинулся почти на метр, когда почувствовал чуть заметную дрожь земли и увидел, как с потолка снова упали несколько пластов. Ему стало страшно. А если все рухнет? Тарас вспомнил, что недалеко лежат какие-то старые балки. Он решил немного подпереть потолок. Балки были тяжелые. Он перенес несколько и осторожно поставил их в месте обрушения. Выглядело хлипко, но больше ничего он сделать не мог.

Тарас снова начал копать. Совершенно вымотавшись, он оглянулся – прорыто метра два. Сколько же впереди? по его расчетам до комнатки было метров десять.. если все это пространство засыпано – то он не успеет. Думать, что кошку и котят завалило насмерть, ему даже не хотелось. Они живы. И он должен их спасти.

Тарас посмотрел на часы – был уже вечер, рабочий день закончился. Земля больше не осыпалась. Но он так мало продвинулся! Не успеет. Один он не успеет. Надо позвать на помощь. Кроме того – никто же не знает, где он, а вдруг рухнет много? И ему самому понадобится помощь.

Тарас решил позвать кошку.

- Красава! - закричал он и прислушался. Тишина. Он позвал еще раз, и парню показалось, что кошка ему ответила.

- Девочка, я сейчас вернусь!

Тарас осторожно отошел от раскопанного места, потом поспешил, как только мог. Снаружи было еще недостаточно темно, но ждать он не мог.

- Фу, бестолочь – есть же телефон! – подумал он. Связь была. Тарас написал в группу – НУЖНА ПОМОЩЬ.

Через пару минут ему позвонил Тихон, один из диггеров.

- Что случилось? – спросил он.

Тарас объяснил.

- Ясно, жди там.

Тарас сел на землю и стал ждать. Ему захотелось взвыть, когда он думал о Красаве. Как она там? Он ругал себя – надо было раньше их оттуда забирать.

Через час, когда совсем стемнело, он выбрался на поверхность. Еще через полчаса подъехала пара машин и вышли его друзья с лопатами.

- Веди, котовладелец, и каску надень, мало ли, - сказал один из них.

Они спустились под землю, дошли до раскопа Тараса.

- Точно бы знать глубину завала, но нет под рукой ничего. Давайте копать осторожно.

Они копали. Часть из ребят отгребала землю.

- Надо успеть до утра – будут строить, снова техника заработает – засыплет нас нафиг.

Они успели. Внезапно лопата провалилась в пустоту.

- Широко не надо – лишь бы пролезть одному.

Еще они расширили проход, и Тарас пролез дальше с фонариком. Он оказался совсем рядом с комнаткой. Тарас зашел туда и никого не увидел.

"Испугалась и спряталась", подумал он.

- Красава. Кис-кис-кис.

Некоторое время было тихо.

"Неужели их засыпало?" - ужаснулся Тарас, но в это время он услышал неуверенное – мяу… включил фонарик и увидел в самом углу Красаву и котят – они были живы.

- Ну что там? – услышал он снаружи.

- Вижу, живы.

- Давай скорее. Неустойчиво тут все.

Тарас решительно подошел к кошке, погладил, сгреб котят и засунул всех четверых за пазуху. Потом взял кошку на руки.

- Ты только не паникуй, там люди, но нам надо убираться отсюда поскорее.

Тарас полез наружу, держа Красаву за шкирку в протянутой вперед руке. Кто-то взял кошку из его руки и помог выбраться ему самому.

- А теперь ходу отсюда. И побыстрее!

Они отошли от раскопа.

- Бегом.

И они побежали. Земля задрожала за ними и осыпалась.

- Все выбрались? – спросил Тихон, оглядывая ребят и вручая вырывающуюся кошку Тарасу.

- Все!

- Ну, психи, с днем рождения! Дай хоть посмотреть – кого спасали.

Тарас прижал к себе шипящую Красаву и вынул из-за пазухи котят.

- Скоро светать будет. Давайте его быстро домой с семейством, - распорядился Тихон.

- Спасибо, ребята! – сказал Тарас.

- Спасибо много, - сказал кто-то, - вот от котенка не откажусь, когда вырастет.

Скоро Тарас был дома. Он усадил спасенных котят в коробку, поставил Красаве еду и воду и пошел в ванную. Искупавшись, он обнаружил все семейство спящим.

"Опять они в темноте оказались", - подумал Тарас. "Ну, тут свет можно будет включать!".

Потом он подумал, подошел к наглухо закрытому окну и отодвинул штору сбоку.

Чуть – чуть.

- Он приходит в себя.

Над человеком больше похожим на мумию из-за бинтов наклонился врач. Он что-то делал, но мужчина не мог видеть что именно. Он мог смотреть только вверх и только одним глазом.

- Что со мной? – еле слышно спросил он и тут же подумал, что лучше было бы не спрашивать.

Что может быть хорошего, если обожжено все что можно и нельзя тоже.

Врач начал говорить, но мужчина его перебил:

- Жить… буду?

- Жить будете, но…

Мужчина закрыл глаза.

"Черт меня дернул остановиться в этом мотеле. Ехать надо было дальше. Отдохнуть захотелось, вот отдыхай теперь".

Он ехал в другой город, срочно понадобилось его присутствие в отделении фирмы. Известно об этом стало уже после обеда. И он поехал. Под вечер.

"Надо было дождаться утра. Э, да что теперь… ".

Около полуночи он проезжал мимо небольшого городка и увидел на трассе мотель. И решил отдохнуть. Немного.

Он лег и просто отключился. Проснулся уже в огне.

"Отдохнул, называется".

Человек на больничной кровати что-то прохрипел.

- Что вы сказали?

- Телефон. Позвонить.

- Диктуйте номер. Я сам позвоню, - сказал ему врач.

Мужчина продиктовал и потерял сознание.

Когда он снова пришел в себя, то первым делом спросил – был ли сделан звонок и врач это подтвердил. Мужчина ждал, что за ним приедут. Отвезут его в хорошую клинику в городе, но за ним никто не ехал. Про него как будто забыли.

- Вы точно звонили? – спросил он через день, - меня можно перевозить?

- Перевозить вас нежелательно, но можно. И я совершенно точно звонил, по тому номеру, который вы мне продиктовали.

Врач дословно передал разговор.

"Почему же за мной не едут?", - думал мужчина.

Никто не появился ни в этот день, ни через день, ни через неделю.

Мужчина, которого звали Виктором Петровичем Котовым, все понял. Его слили. Предали. Бросили. Воспользовались этим пожаром и сейчас быстро проворачивают свои делишки.

Он глухо застонал и не услышал, а, скорее, почувствовал, как где-то неподалеку стонет еще кто-то.

- Эй, кто здесь? – прошептал Котов, но никто не отозвался.

В палате Котов лежал один.

"Вряд ли у них нет больше пациентов, значит, кто-то позаботился об отдельной палате. И не потому, что сильно меня любит. А потому, что хочет подольше держать в изоляции".

Внезапно ему стало все равно.

Всю жизнь. Всю сознательную жизнь он рвался вперед. Всего достиг. Сам достиг. Один.

Котов вспоминал, как он учился. Работал ночами, потому что прожить на стипендию было невозможно. Еле доползал от усталости до конуры, выделенной ему, как сироте. Как начал работать. Как копил деньги. Сначала на одежду, потом на квартиру. На машину. Как расширял бизнес. Как открыл первое отделение в соседнем городке. Как выбирал проект для постройки дома. Как приходил в этот дом только ночевать.

Зачем все?

- Как Котов?

В ответ трескучие фразы под завязку загруженные непонятными словами.

"Почему нельзя понятнее говорить?", - с досадой подумал Виктор.

- А Рыжов как?

- Старается. Он настоящий борец.

- Геннадий Михалыч его смотрел вчера. Говорит – выкарабкается. Только вот куда его потом?

- Кто такой Рыжов? – спросил на следующий день мужчина у медсестры, во время перевязки.

Женщина неожиданно улыбнулась.

- Кот это.

- Как кот? – удивился Котов.

- Ну как – вы – Котов, а он кот. Настоящий. Рыжий. Его тоже спасли во время пожара. Геннадий Михайлович очень хороший человек. Ветеринарной клиники у нас нет, так он кота оставил здесь. В подсобке оборудовали ему палату. Вот мы его и зовем – Рыжов, как будто это человек. Только вы никому не говорите! – вдруг испугалась медсестра.

- Да кому я скажу. Я один тут.

- А это тоже Геннадий Михайлович. Вам покой нужен.

"Значит, это врач позаботился. Не из фирмы", - подумал Виктор.

- Как Рыжов? – спросил он на следующий день.

- Шипит, больно ему, но не кусается. Он умница, - медсестра вздохнула. – Только вот куда его потом. Может, кто себе возьмет…

Виктор Петрович почувствовал какую-то связь с неизвестным ему котом.

"Вы – Котов, он кот", - вспомнил он. Ну, точно – почти родственники. Если кот борется, то ему сдаваться тоже не с руки.

Еще через неделю в больнице появился заместитель Котова. Охал и ахал. Предложил организовать переезд в областной центр, но Котов неожиданно отказался. Потребовал телефон.

- Виктор Петрович! Там же условия не сравнить с местными! Мы приготовили вам отдельную палату в лучшей клинике!

- Две недели назад вы где были? – спросил Котов и не стал слушать оправданий. – Я останусь здесь. Мой лечащий врач даст вам список всего необходимого, и вы привезете. Завтра.

Геннадий Михайлович проводил заместителя и, вернувшись, посмотрел на Котова.

- Вот теперь я уверен – вы выздоровеете. Без всяких – "но".

- А Рыжов?

Врач усмехнулся.

- И Рыжов.

- Я заберу его. Домой заберу.

Когда Виктору Петровичу разрешили вставать, он первым делом отправился к рыжему коту.

В подсобке стояла большая клетка, в которой в бинтах лежал обычный рыжий кот.

- Привет, товарищ по несчастью, - сказал ему Виктор Петрович.

Он протянул забинтованную руку и коснулся таких же бинтов на голове кота.

- Красавец, что сказать…

Кот посмотрел на него

- Сам, можно подумать, лучше…

- Выкарабкаемся, а, брат?

- Выкарабкаемся. Не дождутся.

- Точно, - Виктор Петрович вспомнил заместителя – наверняка что-то творят там, на фирме, но ничего. Я скоро вернусь, - ты прав, кот – не дождутся.

С этого дня он приходил к Рыжову каждый день. Стоял рядом, разговаривал. Рассказывал про свою жизнь.

Кот слушал.

Время шло. Ожоги стали зарастать. И у человека, и у кота.

- Поедешь со мной? – как-то спросил Котов.

Рыжий зевнул, потом начал вылизывая шрамы на боку.

- Жить будем вместе, брат. У меня дом большой есть. Нам с тобой места хватит. Кошку тебе найдем. Семья будет.

Прошло полтора месяца.

К зданию районной больницы подъехала большая машина. Из здания вышел человек. Человек прихрамывал. Кое-где на нем еще были повязки.

Следом за человеком медсестра вынесла большую переноску, из которой раздавалось недовольное кошачье мяуканье.

- Ничего, Рыжов, два часа и мы дома, - сказал коту Виктор Петрович.

- А сюда я еще вернусь, - добавил он, когда сел в машину, - вот повоюю дома кое с кем, и вернусь.

И он вернулся. Через полгода около здания районной больницы остановилось две машины. Легковая и большой грузовик.

Из легковой вышел Виктор Петрович Котов. Он пожал руку врачу.

- Принимайте, Геннадий Михайлович. Все по вашему списку. И привет от Рыжова сверху. Сам приехать не смог. У него роман.

Ульяна вышла на утром балкон, чтобы лично оценить погоду. Прогноз всегда одно, а реальность - другое. Посмотрев на небо, девушка осталась довольна. Ясненько. Облачка есть, но немного. Сойдет для прогулки.

Только она собиралась обрадоваться, как в нее швырнуло ветром пыль.

- Ну вот, не одно так другое, - расстроилась девушка.

Ветер она не любила в основном из-за густых волос. Укладывай не укладывай – один порыв и все. Прическе конец.

"Придется позаимствовать лак у мамы", - подумала Ульяна. Лак она тоже не любила. Ей все время казалось, что на голове какой-то шлем надет, если она им пользовалась. Но делать было нечего. Девушка собралась, брызнула на прическу лаком и, морщась от запаха, снова вышла на балкон, дожидаться ветра, который дул порывами.

Взгляд ее упал во двор. На спортивной площадке она заметила парня, который направлялся к турнику. Он подпрыгнул, повис и начал подтягиваться.

- Десять... двадцать.. тридцать… - считали восхищенные болельщики из пацанов помладше.

Ульяна поморщилась. В это время, наконец-то дунул ветер. Девушка убедилась, что прическа устояла и зашла в комнату, подавив желание снова поправить волосы.

Она одевалась недовольно бурча:

- Ирокез, Ирокез, ты меня вгоняешь в стресс!

Частью это относилось к прическе. Но в основном к увиденному во дворе парню, который носил прозвище Ирокез еще в школе.

Ульяна терпеть его не могла, сколько себя помнила. Самое первое воспоминание – она лупит будущего Ирокеза игрушечной лопаткой в песочнице и к нему с воплем "Костенька!", бросается на помощь его мама. Что тогда случилось, она, разумеется, не помнила, но после этого случая, их поругавшиеся родительницы, старались, чтобы детки играли в разных местах.

Потом был детский сад и разные группы.

Потом школа и разные классы. Коридоры были общие. Так что поле для деятельности у них было. Подножки, например. Они никому не жаловались, объясняю синяки случайностями жизни.

Все одиннадцать лет вели Ульяна и Костя тихие, но упорные военные действия. С переменным успехом. С подножек они перешли на неконтактные методы воздействия. Неудобно было, повзрослев, ходить с синяками.

В восьмом классе к Косте приклеилось прозвище. Он отдал дань подростковой моде, явившись как-то в школу с крашеной щеткой волос. Увлечение быстро прошло, частично под влиянием родителей, но теперь "Костян" навеки превратился в "Ирокеза".

Последнее время Костя брил голову. Но это ничего не значило.

Размышляя об этом, Ульяна спускалась по лестнице. Выйдя во двор, она гордо продефилировала мимо спортивной площадки. Ирокез был еще здесь, но уже не подтягивался, а отжимался. Солнце весело пускало зайчики, используя его бритый затылок, влажный от пота.

"Лысик", - фыркнула Ульяна, - "никакой не Ирокез".

Недалеко от спортивной площадки она заметила котенка. Черный и очень небольшой, он прятался около забора. Ульяна подошла и позвала мелкого, но котенок испугался и постарался забраться как можно дальше в кусты. Девушка наткнулась лакированной прической на ветки и отступила.

- Ну как хочешь, - слегка разочарованно сказала она зверенышу. Кошек Ульяна любила, а котенок был симпатичный, - не хочешь общаться, ну и не надо! – и девушка направилась к выходу со двора.

Она вышла, не заметив, что Костя прекратил разминку и посмотрел ей в след.

Когда девушка ушла, парень тоже засобирался. Предстояло много дел, а выходной у студентов один. Со своими делами ему пришлось притормозить – мать в ультимативной форме потребовала разобрать комнату. Костя честно постарался разложить запчасти для компьютеров, взятые в ремонт ноутбуки, мотоциклетные принадлежности в то, что мать считала порядком. Через полчаса она, заглянув в комнату сына, махнула рукой – безнадежно. Обрадованный Костя отреагировал на махание мгновенно и смылся, пока еще мать чего-нибудь не придумала.

Он созвонился с приятелями, и они поехали кататься за город. Дела Костя отложил на вечер.

Вера встретилась с подружками. Они посидели в кафе, обсудили скорую свадьбу одной из них, потом, когда счастливую невесту конфисковал жених, поговорили о своем, о девичьем. Пришли к выводу, что Тонька торопится, но если так хочется – ее дело.

У самой Ульяны парня не было. Один раз, пару лет назад на первом курсе она даже влюблялась. Красавец с четвертого курса со своей тачкой предложил ее подвезти. Потом начал ухаживать. Красиво. Дарил цветы. Катал на подаренной родителями машине. А потом вдруг резко пропал. Причем не только из ее жизни, но и из института. Появился через месяц, но обходил Ульяну по большой дуге.

Девушка переживала. Пыталась выяснить, что случилось. Но парень сменил номер телефона, а лично на контакт идти отказался.

С тех пор ей не везло. Так, провожали пару раз, но потом почему-то быстро сдувались.

Нагулявшись по набережной, Ульяна рассталась с подружками и отправилась домой. Осень не лето, темнеть начинает рано, к тому же усилился ветер. Она зашла во двор, когда уже было весьма сумеречно. Народ уже разошелся. Ветер гонял брошенную упаковку от чипсов. Он зашвырнул ее под те кусты, где днем девушка заметила котенка.

"Может, он еще там", подумала Ульяна и позвала, - кис-кис-кис…

Прислушалась. Сначала было тихо. Она позвала еще раз и услышала еле слышное мяуканье, но оно явно доносилось не из кустов. Девушка медленно прошла по двору, пытаясь выяснить, где кричит котенок.

Ей мешал ветер, который выл все громче, а котенок, наоборот, отзывался все тише и тише.

После довольно долгого блуждания по двору, она подошла к тополю. Уже совсем стемнело. Она пыталась посветить телефоном. У нее не получилось, но голосишко котенка совершенно точно доносился с дерева.

- Вот ты где, - с облегчением вздохнула Ульяна. - Маленький, идем вниз! Идем, мой хороший! – Ульяна попыталась уговорить котенка слезть.

Но он или не мог, или просто боялся незнакомого человека. Ульяна беспомощно огляделась. Никого. Никакой лестницы. Скамейки вкопаны в землю и забетонированы. Она невольно вспомнила утреннюю сцену, когда Костя по прозвищу "Ирокез" подтягивался под восхищенный счет ребят.

Ульяна не была ни толстой, ни слабой. Нормальной она была. Но в платье, на каблуках! Никак не залезть… даже ветку нижнюю не достать. А котенок совсем уже не мог кричать. И видно его не было совсем – черного в темноте.

Внезапно Ульяна вздрогнула – ее испугал треск мотоциклетного мотора. Костя-Ирокез хотел вернуться раньше, но у одного из его приятелей сломался мотоцикл. Отремонтировать не получилось. Пока нашли на чем доставить в СТО, пока отвез приятеля домой…

Он заехал во двор и увидел, Ульяна прыгает зачем-то под деревом.

- Привет, - поздоровался Костя, - подсадить?

- Очень смешно, - сердито буркнула девушка.

Она уже была в отчаянии. Замерзла, проголодалась. Но уйти и бросить беспомощного звереныша не могла. У нее промелькнула мысль забежать домой, но дома не было лестницы. А одним стулом тут не обойтись. И тут Костя… Ирокез, чтоб его, с шуточками. Но Ульяна снова вспомнила сильные руки легко бросавшие парня к турнику и сказала:

- Помоги, а? Никак не могу его снять… а жалко очень.

- Кого снять? – не понял парень.

- Котенка. Там, – девушка показала на тополь, - там котенок. Его не видно. Он черный. Маленький совсем. Я еще утром его видела, но на земле. Наверно, он от собак туда забрался.

Костя подвел мотоцикл поближе и включил фару, направив ее на дерево. Они начали вглядываться и на развилке веток, метрах в пяти от земли увидели маленькую черную фигурку.

- Отойди, - сказал парень Ульяне, сам отошел, разбежался, подпрыгнул и зацепился за нижние ветки.

Быстро подтягиваясь на руках, Костя добрался до котенка, но тот, испугавшись, стал забираться еще выше. Костя встал на ветки и замер. Котенок тоже остановился.

Он смотрел на огромного человека испуганными глазенками. Костя протянул к нему руку. Котенок попятился. Костя посмотрел вниз – он был уже на высоте второго этажа. Прыгать отсюда, да еще с котенком – не вариант.

- Ульяна!

- Я здесь, - ответила девушка снизу.

- Я сейчас его схвачу, иначе он удерет на тонкие ветки. Но спускаться, мне нужны обе руки. Ты сможешь его поймать?

- Я попробую, - неуверенно ответила девушка.

- Постарайся, - ответил Костя и еле заметно начал продвигаться к котенку.

Ульяна внизу затаила дыхание. Она смотрела в свете фары как Костя медленно-медленно двигается к зверенышу. Рывок – и мелкий черный зверек у него в руке.

Котенок немедленно начал сопротивляться и вцепился в Костин палец зубами.

- Ну, не грызи, не грызи, а то оба свалимся, - сказал ему парень, аккуратно отцепил котенка и взял за шкирку. – Ульяна – лови!

Девушка подняла руки, стараясь, чтобы высота, с которой падал котенок, стала поменьше. Костя выпустил звереныша. Но в это время снова дунул ветер, порыв его чуть отклонил летящего малыша и он приземлился прямо на голову Ульяне.

- Ой! – она опустила руки на голову, и под ее пальцами оказался спасенный малыш.

Костя быстро спустился с дерева и подошел к девушке, которая старалась выпутать котенка из своей склеенной лаком прически. Костя помог ей отцепить черного малыша. Отдал в руки и Ульяна бережно прижала его к себе, уговаривая не волноваться. Котенок немного повыдирался, но почувствовал тепло, понял, что его не обидят, и тонко заплакал, жалуясь на страх, голод и несчастную свою жизнь.

- Спасибо тебе, - Ульяна посмотрела на Костю.

Парень тоже посмотрел на нее, хотел сказать – не за что, но вместо этого громко захохотал. Костя просто загнулся от смеха.

- Ирокез! – всхлипнул он и поманил Ульяну к мотоциклу. – Ирокез! - снова захохотал он и ткнул в сторону зеркала.

Ульяна заглянула в него и тоже согнулась от хохота – ее лакированная прическа стояла дыбом! Они долго не могли успокоиться. Котенок недовольно мяукнул. Он согрелся за пазухой у девушки. Теперь он хотел есть.

Ульяна фыркнула в последний раз и посмотрела на Костю.

- Отомстил, да? – хитро спросила она.

- Угу, - довольно ответил парень.

- Мир? – спросила Ульяна, протягивая руку.

- Мир! – пожал руку Костя.

Он выключил фару, проводил девушку до подъезда.

Ульяна поднялась домой. Дома ее ждала недовольная мать.

- Ульяна, поздно уже, ну где ты ходишь столько времени?

Девушка протянула ей черного малыша.

-Вот, Костя помог мне его снять с дерева. Мам, оставим его себе, а?

Мать немного поворчала, но согласилась. Котенка искупали, покормили. Когда маленький уснул, Ульяна положила его на свою кровать и пошла ликвидировать остатки прически. Она помыла голову и вспомнила, как хохотал Костя.

Потом Ульяна отправилась ужинать.

- Это какой такой Костя тебе помог? – полюбопытствовала мать. – Ирокез, что ли?

- Он, - жуя, кивнула головой Ульяна, - потом отхлебнула чай и спросила, – и чего мы с ним так долго ругались?

- Глупые были, - ответила мать, - а теперь иди и учи – завтра, между прочим, понедельник.

Ульяна чмокнула мать в щеку:

– Спасибо!

И пошла готовиться к занятиям.

"Повзрослела наконец-то", - подумала мать. "Костя хороший парень, даст бог сладится у них".

Она вспомнила, как Костя-Ирокез отваживал ухажеров дочери. Особенно самого первого и наглого. Который мог запросто испортить влюбившейся девчонке жизнь.

"Вот не знаешь, где найдешь, где потеряешь – и котенок может помочь".

А Костя, перекусив и подготовившись к занятиям занялся делами. Он хорошо разбирался в технике и, несмотря на то, что учился, неплохо подрабатывал починкой ноутбуков.

Он улыбался, вспоминая растрепанную голову девушки.

Перед сном мать зашла к дочери.

- Как назовешь-то кота? – спросила она.

- Ирокез! – ответила девушка, вспомнив как они с Костей хохотали над ее прической.

Дядя Вася опасливо покосился на дверь квартиры. Его вызвали починить кран. Казалось бы – ничего особенного – сантехник делать это умеет, делает ежедневно и почти автоматически.

В собственных, как сейчас говорят, компетенциях, дядя Вася не сомневался, а вот квартира вызывала у него сомнение. Вернее не сама квартира, а ее жильцы…

- Ведьма там живет, - таинствам шепотом, оглядываясь на окна, вещала подъездная сплетница Кузминична.

- В черную кошку она превращается по ночам, - вторила ей другая сплетница, уязвленная тем, что ее опередили.

- Да и днем она вся в черном ходить... и чего-то все время шептить…

Дальше бабки понесли такое, что собравшийся народ только качал головами.

- А ступа ее где припаркована? – общий настрой разрушил бесцеремонный вопрос студента Вовчика, который был просто вынужден прислушаться, потому что зрители и слушатели так плотно перекрыли вход в подъезд, что Вовчику пришлось притормозить на пути к любимой яичнице.

Бабки сурово поджали губы, недовольные, тем, что их прервали. Зрители возмущенно уставились на парня. Вовчик воспользовался этим и поспешил обедать.

Дядя Вася тоже слушал рассуждения. А что – работа не волк. Чего бы не послушать-то! Но настроение таинственности было сломано, бабки засобирались домой. Обдумывать новые аргументы для агентства ОБС, почетными членами которого обе являлись уже не первый год. А дядя Вася зашел в подъезд. Работу надо было все-таки сделать.

И вот теперь он стоял перед квартирой, сообразив, что говорили-то бабки как раз про нее!

Дядя Вася шумно вздохнул, откашлялся. Немного отошел, соображая – а, может, не ходить? Но вспомнил лицо бригадира, который сказал, что еще одно несделанное задание и его уволят.

- И не вздумай пить на работе!!! – грозно предупредил бригадир.

Дядя Вася состроил возмущенную физиономию.

- Петрович, да я, да ни в жисть…

- Вот и не начинай, - сурово сказал ему ни разу не обманутый Петрович.

Дядя Вася огляделся, но никого не было, никто его больше не звал, и никак улизнуть от ремонта крана он не мог.

Сантехник вздохнул, перекрестился и нажал на кнопку звонка.

- МЯЯЯЯЯЯЯУУУУУУУ, МЯЯЯЯЯЯУУУУУУ, - раздалось за дверью квартиры.

Дядя Вася испуганно отдернул руку. Птичьи вопли он в звонках слышал, а вот кошачьи - нет. Он уже повернулся, чтобы уйти с максимально возможной скоростью, как дверь беззвучно отворилась, и на площадку вышел большой черный кот.

Дядя Вася закрестился с удвоенной силой. Ему показалось, что сам воздух на площадке сгустился и потемнел.

- Заходите же, - услышал он и поднял глаза – в проеме двери стояла ведьма!

Да-да – именно она, такая как описывали ее бабки на лавочке. Вся в черном. Глаза, обведенные чем-то, казались огромными на бледном лице.

Дядя Вася попятился.

"Пусть лучше уволят!", - мелькнуло у него.

Но у ведьмы были другие планы.

- Заходите, - проскрежетала она, - я вас второй день жду.

Кот, оказавшийся позади сантехника, подтолкнул его к двери. Дядя Вася зашел на негнущихся ногах. Дверь беззвучно затворилась.

В коридоре было темно, только всполохи от огня плясали на стенках. Они попадали на стены из комнаты, дверь в которую была приоткрыта.

- Ванная здесь, - дядя Вася в ужасе отшатнулся от ведьмы, которая коснулась его, поскольку коридор был узкий.

Сантехник нашарил дверь.

- Свет-то включите! – посоветовала ему ведьма.

Дадя Вася послушался. Он включил свет и несколько приободрился – рядом стояла молодая девушка в странной одежде.

- Кран у нас сломался. Вот новый. Подойдет?

Дядя Вася посмотрел – кран как кран, кивнул и достал инструменты. Девушка вышла, чтобы ему не мешать. Она ушла в комнату, откуда до работающего дяди Вася донеслась странная тягучая музыка. Потом он услышал громкий голос:

- Позовите Вия!

Что-то такое сантехник припомнил. Кино какое-то, что ли… Он сосредоточился на работе, мечтая только – сделать ее скорее и уйти. Живым.

Дядя Вася сменил кран, проверил – работает все нормально. Сложил инструменты и вышел в темный коридор. Он откашлялся. Дяде Васе надо было подписать заявку на ремонт. Он подошел к закрытой двери комнаты. Он нерешительно постучал. Из комнаты донеслись стоны и скрипы. Дверь отворилась и на пороге снова появилась ведьма.

- Пппроверьте и пппподпишите, - выдавил дядя Вася.

Ведьма молча обогнула его, зашла в ванную, повернула кран. И удовлетворенно кивнула сама себе.

Дядя Вася протянул ей бланк.

- Кровью подписать? – заунывным голосом спросила ведьма.

- Можно ручкой, - прошептал сантехник.

Ведьма проплыла мимо отшатнувшегося насколько возможно дяди Васи. В это время он почувствовал, что его ног кто-то касается. Он испуганно посмотрел, но никого не увидел в темноте.

- Вот, - сказала вернувшаяся ведьма, протягивая бланк и открывая дверь, - да, а сколько мы вам должны?

За ее спиной дяде Васе почудились темные фигуры.

Сантехник увидел спасительный свет в коридоре, вылетел на площадку и загрохотал вниз по лестнице.

Большой черный кот вышел на площадку и оглянулся на свою хозяйку. С минуту в квартире было тихо, а потом послышался громкий смех. Девушка зазвала кота назад и захлопнула дверь.

"Ведьма" включила свет и, всхлипывая от хохота, упала на диван. Ее одногруппники повалились, кто где стоял. Они успокоились нескоро, вспоминая выражение лица сантехника.

- Ладно, давайте дальше репетировать, - вздохнула девушка через полчаса.

Она снова выключила свет и зажгла свечи.

Дядя Вася, выскочив на улицу, снова перекрестился, поглядев на темные окна квартиры, откуда ему посчастливилось вырваться. Он посмотрел на бланк – кровь??? и с облегчением вздохнул. Ручка! Красная…

"Вот как тут не принимать на работе", - подумал дядя Вася и потрусил в контору.

- Вот и еще одну зиму мы с тобой прожили, Старик.

Мужчина, который это сказал, был далеко не молод. Он стоял на балконе видавшего виды пятиэтажного дома, тяжело опираясь на палку, и смотрел на улицу.

Была середина марта. Солнце грело все сильнее, днем с крыш капало, но по ночам еще было холодно и подтаявшие сугробы замерзали. Было скользко, и старик старался сидеть дома. Боялся он упасть. Вот и дышал весенним воздухом с балкона.

Рядом с ним на балконе сидел не первой молодости кот.

Они были похожи, Сергей Иванович и кот, которого мужчина называл Стариком.

Кот посмотрел на человека. "Старик". Кот привык к своему новому имени. Раньше его звали по-другому. Но человек этого не помнил.

Он вообще многого не помнил. Так сказался на нем возраст. Раньше он, бывало, смотрел на фотографии на стенах комнаты и в альбомах. Старался вспомнить, кем приходились ему все эти люди, но не мог и со вздохом откладывал альбомы. А потом перестал смотреть вовсе.

Зато на кота он смотрел часто. Они с некоторых пор были просто неразлучны. Старик уже не помнил точно, как было дело, но как-то раз, когда он уже совсем приготовился помирать, и не реагировал на уговоры, что он может еще жить и жить, ему сделали выговор.

Участковый врач, лечивший его, пришел на вызов. У старика в очередной раз подскочило давление. Он осмотрел Сергея Ивановича, стал говорить ему то, что говорил уже много раз, про то, что надо взять себя в руки, принимать лекарства регулярно. Сергей Иванович равнодушно кивал.

Врач начал сердиться. Он сам был не мальчиком, мог представить, как это жить одному, не зная, чьи фотографии висят перед глазами. Но его долгом было лечить! Раз за разом врач пытался пробиться через стену равнодушия, которой окружил себя пациент, приводя разные аргументы, как вдруг из кухни, привлеченный сердитым голосом врача, пришел кот.

Кот запрыгнул на стул и неодобрительно уставился на говорившего человека. Врач замолчал и вдруг спросил:

- А он? - и показал старику на кота.

Сергей Иванович тоже посмотрел на кота.

- А он? – повторил врач, - с кем останется ваш кот? Он не молод. На улице окажется? Не проживет он там долго. Что за безответственность, в самом деле, не ожидал от вас этого, Сергей Иванович! Себя не жаль, о коте подумайте!

Старик снова взглянул на кота.

Действительно, куда он денется, кот-то.

Врач еще что-то говорил, выписал таблетки, потом ушел. Сергей Иванович закрыл за ним дверь, вернулся в комнату. Кот по-прежнему сидел на стуле.

- Да, ты тоже старик, - сказал Сергей Иванович, попытавшись вспомнить, а сколько коту лет, но не смог, - врач-то прав, я помру, куда тебе деваться… выгонят тебя на улицу…

Кот подошел к своему хозяину, потерся об него.

- Старик, старик ты, мы, наверно с тобой ровесники теперь, - повторил Сергей Иванович и погладил кота по мягким ушам, по шерсти, которая уже не так блестела, как раньше.

Кот покряхтел. Ну да, он не молодой, но что же делать, время не щадит ни людей, ни котов. Но он еще может жить и жить.

Кот подумал так и посмотрел на своего Человека. И тот, похоже, понял. И согласился.

- Ну, значит, будем жить, Старик, - сказал Сергей Иванович.

С тех пор прошло уже много лет. Оба старика совсем поседели. И двигались они с трудом. Но они жили. Друг для друга.

И вместе встречали новую весну.

- "Антидепрессант, три буквы, последняя – Т".

- МАТ! – заржав, выдали сразу несколько человек.

Отгадывавший кроссворд Сергеич укоризненно глянул на ржущих поверх очков, и писать ничего не стал.

Он посмотрел на другие слова сканворда, оставив "антидепрессант" на потом.

"Оно конечно так", - подумал Сергеич про себя, - "скажешь пару-тройку ласковых и легче становится", но тут же вспомнил, как ему последний раз за это попало от жены.

Сергеич поежился. Жена его, Клавдия, и сама святой не была и так могла шугануть лезшую без очереди дамочку, что зависть брала даже. Но это пока не приезжала в гости дочка Люда с внуком Сергунькой.

- Чему ты внука учишь??? – налетела на него супруга и то, что дед про приезд внука просто не знал, когда ответил соседу в подъезде матом, Сергеича не спасло.

"Не стали бы в газете такое печатать", - уныло подумал Сергеич, хотя разгадывая сканворды сталкивался с тем, что юмор каждый понимает по-своему.

"То ли дело раньше было – столица такого-то государства, река в Австралии…", - думал Сергеич.

Обеденный перерыв закончился. Мужчина отложил газету и занялся делом.

Часа через два ему понадобилось вернуться в вагончик. Он зашел и увидел, что газета валяется на полу и все, что мужики оставили на столе, явно подверглось чей-то ревизии. Он огляделся – никого. Положил газету на стол, поднял упавшие вещи и, уходя, плотнее прикрыл дверь.

На следующий день он снова увидел, что кто-то в вагончике побывал. Он решил задержаться и выяснить, кто хулиганит на стройплощадке. Вдруг это пацаны лазают. Опасно же и, когда все ушли, Сергеич задержался, нарочно открыв дверь пошире.

Он сидел тихо и, чтобы не бездельничать, приводил в порядок кое-какую документацию. Внезапно он замер, уловив краем глаза движение около входа. Сергеич медленно повернулся и встретился взглядом с замершим на пороге котенком.

Тот посмотрел на человека, сидевшего неподвижно, посомневался, но решил все-таки забраться туда, где уже несколько дней находил себе еду.

Котенок бесшумно переступил через порог, проскользнул к столу и запрыгнул на него. Прошуршал остатками обеда. Нашел огрызок хлеба. Больше люди сегодня ничего не оставили. Котенок вздохнул и принялся за корку.

Сергеич сидел тихо. Он смотрел на явно голодного звереныша.

Котенок догрыз находку, еще раз проверил лежащие свертки и контейнеры. Сбил один из них лапкой на пол, спрыгнул следом. В контейнере что-то было. Но он упал и не открылся. Котенку осталось только вздохнуть и удалиться.

На следующий день Сергеич принес на работу пакет кошечьего корма.

Мужики заржали:

- Ты чего, Сергеич? Жена не кормит?

Сергеич усмехнулся и ничего не ответил. После обеда он поставил в уголке миску с водой, а в другою насыпал корм. Когда он вернулся, то корм исчез.

"И ладно. И хорошо", - подумал Сергеич.

Он стал подкармливать звереныша. Через пару дней он увидел, что и другие мужики стали подкладывать кусочки от своих обедов.

Скоро котенок понял, что люди его не обидят и стал приходить заранее. Он усаживался на кирпичах, обвивал лапки хвостиком и ждал. На этих кирпичах ему оставляли корм на выходные.

Прошел месяц, другой. Котенок рос. Он стал смелее и подходил к людям ближе. Потом стал позволять себя гладить. Он пристально следил, как ему насыпают корм, придирчиво инспектировал подношения. Мужики смеясь, назвали его Прорабом.

Больше всего Прораб дружил с Сергеичем. Он помнил, что именно этот человек начал давать ему еду. Однажды Сергеич протянул к котенку руку и погладил, но тот неожиданно отшатнулся. Сергеич посмотрел на руку – на ней была кровь.

- Обидел кто-то Прораба, - сказал Сергеич. – Узнаю кто – прибью.

Он хотел взять котенка, но тот убежал.

На следующий день Прораб не пришел обедать. Первый раз за все месяцы. Сергеич оставил ему корм на привычном месте. Корм остался нетронутым. Сергеич решил поискать. Прораб бы не ушел вот так просто, что-то случилось.

После работы он обошел всю стройку, зовя своего маленького друга. Вдруг ему показалось, что кто-то кричит. Глухо и жалобно. Сергеич снова позвал и прислушался. Точно – крик котенка. Мужчина стал искать, зовя, замирая и слушая.

Вот где! Он обнаружил проем в стене, который кто-то заткнул обрывками упаковки. Сергеич выдернул преграду и из проема вылез Прораб. Котенок выглядел неважно. Он был явно голоден и хотел пить, но что хуже, рана на его спинке загноилась.

Сергеич аккуратно засунул Прораба за пазуху и бегом направился к проходной.

В гостях у них снова была дочь с внуком. Она быстро нашла адрес клиники, и Сергеич повез Прораба туда.

Он никому не сказал про свою находку.

Котенок выздоровел. Сергунька играл с ним, и решено было оставить Прораба дома.

Сергеичу не давал покоя вопрос – кто мог так поступить с любимцем бригады. Он продолжал оставлять на кирпичах еду, говоря всем – может и вернется Прораб. Миски то стояли нетронутыми, то валялись, корм стали таскать вороны. Как-то раз Сергеич увидел, что оставленные миски скинул рукой один из рабочих, которого звали Юрок. Нарочно сбил. Сергеич стал присматриваться к нему.

- Все хочу спросить, за что ты котенка-то невзлюбил так? – однажды спросил он Юрка.

Вопрос прозвучал так неожиданно, что тот смешался.

Сергеич смотрел на него. Юрок пробормотал что-то невразумительное и быстро ушел. Остальные недоуменно посмотрели на Сергеича, и он рассказал, как дело было.

Юрок скоро уволился.

А Сергеич нашел однажды забытую на шкафу газету со сканвордом.

"Антидепрессант, три буквы, последняя – Т".

Сергеич взял ручку и уверенно вписал в клетки - КОТ.