Началось с Эдди Мартина.

В одну секунду он был в универмаге Гарви и болтал с кассиром. В следующую его не стало. Его исчезновение ознаменовал звук, похожий на щелчок кнута, когда воздух заполнил пространство, бывшее человеком. Бутылка вишнёвой газировки, которую он держал, упала на пол и разбилась. Кассир выглядел ошеломлённым. Он побежал по магазину, чтобы убедиться, что другие видели то же, что и он.

Мы сперва назвали его безумцем. Никто просто так не растворяется в воздухе. Пока Гарви не поднял записи камер, тогда мы поверили. На одном кадре здесь, на другом – нет. Напиток на полу. Многие всё равно подумали, что это подделка, какая-то глупая шутка с участием трёх человек. Компьютеры сейчас могут многое, подделка видео – не самое сложное. Гарви, однако, настаивал, что не имеет отношения к произошедшему; что бы то ни было, всё сделал Эдди. Он, наверное, где-то спрятался и смеялся над нами, по словам Гарви.

Затем прошёл день. И второй. Слишком долго, чтобы скрывать розыгрыш. На третий день все начали беспокоиться.

Внедорожник проехал на красный на Главной улице. Проехал и врезался в столб. Водительское место было разворочено, водитель бы погиб, если бы был там. Но машина была пуста. Шериф Лоуэри нашёл в бардачке удостоверение. Мелисса Гор, учитель начальных классов, владелец машины и вторая исчезнувшая. Полиция обыскивала местность в течение часа, а затем полицейские пожали плечами и отвезли авто на штрафстоянку. Через час мэр объявил по радио о городском собрании в ту же ночь.

Весть скоро распространилась, как о втором исчезновении, так и о собрании. По городку пошли слухи. Эдди можно было объяснить как тупую шутку; он в конце концов объявится, правда? Помогло и то, что о нём некому было беспокоиться, была пара друзей и только, большую часть времени он был сам по себе. А вот с Мелиссой другой случай. Все дети, которых она учила, муж, родственники в городе – её бы искали. Хотели бы знать, что случилось.

Собрание было дрянным представлением, показывалось по местным каналам для развлечения тех, кто не смог прийти. Мэр и шериф вышли к толпе, которая выкрикивала около пятидесяти различных теорий о том, что, чёрт возьми, забрало этих людей. Попытки утихомирить толпу не увенчались успехом, пока шериф Лоуэри не приставил ладони к лицу и не крикнул: "Тихо!"

Мэр, мистер Ридс, был у микрофона и заговорил. Он неуверенно пробормотал что-то о том, что "в нашем городе недостаточно средств для полного расследования" и что он звал "большие пушки для помощи в поисках". Половина присутствующих кричали проклятия и освистывали, когда мэр пояснил, что "большие пушки" – это правительство США. Он заявил, что связался с федеральной полицией и они "удивительно быстро отреагировали". Никто не хотел вмешательства правительства в их дела, но более сознательные поняли необходимость неудобств. В конце концов, мы хотели, чтобы наших знакомых нашли.

Скорое "спасибо-до-свидания", и мэр Ридс сошёл со сцены, как и шериф. Но мы ещё долго не расходились по домам. Началось двадцать разных разговоров. Самым слышимым был сердитый мужской голос.

– Какого чёрта мы позволяем правительству прийти помогать? – говорил он. – Это всё из-за них. Эксперимент по телепортации, это точно. Так же, как было в Филадельфии.

– Завали, Джимми, – возразил другой. – Это пришельцы, точно говорю, пришельцы. Я видел НЛО на той неделе, пока гулял с собакой. Длинная, прозрачная, ребристая штуковина.

И эти двое начали драку, обзывая друг друга по-всякому, что сводилось к "дурной" и "тупой".

Сзади сформировалась небольшая группка вокруг Пола Бэйкера. Он работал в библиотеке; его увлечением было исследование истории и фольклора.

– На этой земле нет ничего хорошего, – сказал он, качая головой.

– Какого дьявола это значит? – осведомился голос из толпы вокруг него.

– Плохая земля, плохие события. Когда здесь были европейские поселенцы, они обнаружили эту местность необитаемой. Большая заросшая травой открытая площадь рядом с лесом и рекой, превосходная для поселения. Почему её не использовали? Помните, как одним летом пришли парни из Гритума? Они были студенты-антропологи. Они сообщили, что было примечательно, что земля пустая. Вообще нет следов местных культур, нет инструментов, захоронений, чёрт, нет осколков посуды. Земля была пустая по какой-то причине. Должна была быть причина.

Его толпа начала роптать.

Другая группа собиралась на другой стороне комнаты, возглавляемая горсткой людей. Пожилая женщина говорила больше (и громче) всех. Она была Патрисия Хорнли, мать из родительского комитета, даже долго после того, как её дочь закончила школу. Вокруг неё было ещё несколько членов родкомитета, и у них была своя теория.

– Не вписывается ли это в концепцию вознесения? Мы предполагаем, что всех нас однажды заберут, но у Бога есть свои таинственные пути. Миссис Гор была ангелом для её учеников, и её забрали в рай. Я принимаю это медленное вознесение и счастлива за тех, кого забрали. Я молюсь, чтобы моя очередь была следующей.

В её группе было много прихожан церкви. Все они с ней соглашались, аплодируя во время пауз. Я подумал, что их это, должно быть, успокаивало. После того я надолго не задержался.

Пол Бэйкер ушёл той ночью. Он пошёл прямо домой, сложил вещи и уехал на машине минут через 30. Соседи спросили, куда он направился и зачем.

– На север, в Джерси, – отвечал он, – у меня там семья, там и работу найду.

И уехал. Наверное, запугал сам себя "плохой землёй". Он многое оставил позади.

"Большие пушки" мэра Ридса прибыли утром. Мы собрались у универмага Гарви; все согласились той ночью, что неплохо было бы убедиться, что никто не исчез к утру. Семьи и пары выслали по представителю, если не пришли полностью. Мы только закончили подтверждение, что никто не пропал в связи с медленным вознесением (это хорошее имя, стоит отдать должное Патрисии), когда услышали рёв многих моторов. На наших глазах в городок въехали большие тёмно-зелёные автомобили.

Их было пять, одинаковых больших внедорожников. У каждого был значок на водительской двери; символ какого-то правительственного ведомства. Была изображена женщина с мечом в одной руке и извивающейся змеёй в другой. Жёлтые слова округляли знак и гласили:

БЮРО ВНУТРЕННЕГО УПРАВЛЕНИЯ

БВУ

Конвой остановился у магазина. С парковки мы наблюдали, как открылась дверь среднего автомобиля. Выскочил крупный человек и так же быстро закрыл дверь. Он был одет в чёрный комбинезон с ремнями. На спине была эмблема с двери машины. Он подошёл к нам с улыбкой и спросил, где мог быть мэр Ридс. Кто-то указал, и мужчина поблагодарил.

Мэр Ридс, шериф Лоуэри и чёрный комбинезон отошли и завели разговор. Мы прислушались и уловили отрывки.

– Что, чёрт возьми, за Бюро внутреннего управления? – спросил мэр. – Я думал, приедет ФБР или что-то вроде.

Чёрный комбинезон, всё ещё ухмыляясь, положил большую руку на плечо мэру и ответил. Он говорил тише, чем Ридс, мы ничего не услышали. Повернувшись к шерифу, он и ему что-то сказал.

– Послушайте, товарищ, – начал Лоуэри, – у меня складывалось впечатление, что это будет совместная работа. Там, откуда я, это значит "работать вместе", а не "я король детской площадки, слушайте меня".

Чёрный комбинезон на этот раз повысил голос и поглядел на нас. Он хотел убедиться, что эту часть мы услышим.

– Ваше впечатление ошибочно. Так как пять часов назад фактически полный контроль над расследованием перешёл ко мне. Одно вмешательство в моё расследование – и я отправлю вас в грёбаную Аттику, вот и всё. Понимаете?

Его взгляд упал и на нашу группу в конце. "Это и вас касается", сообщил он (взгляд). Лоуэри запнулся, пытаясь произнести пять разных слов, а Ридс просто смотрел на асфальт, как отчитанный ребёнок.

– Превосходно! – Чёрный комбинезон развернулся на каблуках лицом к толпе. – Есть в этом городишке мотели?

Один мужчина поднял руку. У него были бейсболка и пивной живот.

– Да, у нас есть один. Я им владею. Вниз по улице.

– Великолепно! Мы с ребятами займём его на несколько дней, пока расследуем это ваше дельце. Не возражаете, конечно? – с той же говноедской улыбкой.

– Ну, не знаю, то есть...

– О! Подождите секунду.

Большой мужчина поднял палец и нырнул другой рукой в карман на бедре. И вытащил конверт. Оттуда он достал пачку купюр, будто только что отпечатанных. Ни складки.

– Это должно покрыть. – Он протянул купюры владельцу мотеля. Затем повернулся к колонне машин. Движением руки он дотянулся до рации на плече и что-то туда сказал. Колонна двинулась к мотелю. Затем чёрный комбинезон повернулся к шерифу и мэру.

– А сейчас, – сказал он, положив руки им на плечи, – где мне найти машину, в которой пропала та милая леди?

Парни из БВУ стали частью города на ближайшие несколько дней. Мы привыкли видеть их ходящими парами с машинами для сбора данных или чем-то таким в руках. Их одежда была такая же, как у того большого мужчины, с той лишь разницей, что у них была зелёная. Чёрный комбинезон (он не представился) сказал, что мы должны продолжать утренние переклички. Теперь к нам должен был присоединиться человек из бюро и сообщить, если кого-то будет не хватать, тогда они пришлют людей для проверки.

Вот что было, когда на одной из перекличек не появился мэр Ридс. Человек в зелёном комбинезоне что-то сказал в рацию на плече, когда мы закончили счёт. Потом он сел в машину и поехал к дому мэра. Оставшиеся переглянулись и пошли за ним. Что ещё нам было делать?

– Ложная тревога, – сказал один из людей в зелёном, когда я дошёл. Они убирали снаряжение обратно в пикапы.

– Он не исчез? – поинтересовался я.

– О, он исчез, – ответил тот. – Но не как те двое. Он уехал из города. Его машины нет. Кошелька, возможно, тоже.

Возможно, Ридс был достаточно для этого умён. Умнее меня. Не знаю, зачем я остался. Я думал об этом, добираясь до дома. Может, мне казалось, что я особенный. Что произошедшее с Эдди и Мелиссой меня не затронет. Может, глубоко в душе я верил Патрисии, что это было святое вознесение, забиравшее хороших людей в рай. Я сам по себе не очень религиозен, но вырос, каждую неделю ходя в церковь и, в общем, это заседает в голове. Или всё было проще: может, я остался по той же причине, по которой все оставались. Может, это было желание – даже нет, нужда. Глубокая, примитивная нужда дождаться конца – получить ответ.

Я проехал мимо начальной школы по пути обратно. Большая вывеска со съёмными чёрными буквами гласила:

МЫ СКУЧАЕМ, МЕЛИССА!

На пробковой доске рядом были приколоты её рисунки. Наверное, ученики нарисовали. На всех были сообщения, как на вывеске. На траве снаружи играли несколько детей. Перемена, должно быть. Они играли во что-то вроде догонялок, крича при этом.

– За тобой идёт голодный дух! – вопил ребёнок, который его обозначал. – По одному! По одному, всех достану!

По спине побежали мурашки. Дети всё могут обернуть игрой, даже трагедию. Не об этом ли, в конце концов, "Кольцо вокруг розы"?

Ring-around-the-rosie – детский стишок, возможно, связанный сюжетом с эпидемиями чумы.

Жизнь продолжалась. С течением дней мы потеряли ещё нескольких. В том числе шерифа Лоуэри. И ещё нескольких горожан. Стало сложно понять, кто исчез, а кто просто покинул город ночью. Люди из БВУ покинули мотель и обосновались на окраине городка, поначалу в палатках, а затем в большом сборном здании, присланном им бог знает откуда.

Несколько человек из нас пошли на разведку. Хозяин мотеля был одним из тех, кто уехал; возможно, в тот же день, как получил деньги от Чёрного комбинезона. Глядя в окна, мы заметили, что каждая комната соответствовала обычным ожиданиям: просто комнаты мотеля, чуть захламлённые. Лишь одна комната отличалась. На полу была оливкового цвета сумка, а у кровати до сих пор стояли чёрные сапоги. На столе оборудование. Как будто вознёсся один из БВУ, что, должно быть, напугало остальных.

Парень из БВУ на следующей перекличке был облачён в белый защитный костюм. Будто им казалось, что это защитит их от происходящего, что бы то ни было. Чёрт, может, и могло. Чёрный комбинезон тоже был там, в таком же защитном одеянии.

– Всё ещё думаешь, что это они творят, Джимми? – спросил один мужчина. – Правительственная телепортация? Глянь на них, они напуганы. Это не они. Говорю же вам, это пришельцы.

Нас осталось не так много. Большей частью группа Патрисии. Те, кто искренне верил, что исчезнувших забрали в рай. Теперь она проповедовала на улице, а городок был достаточно пуст, чтобы никому не было дела. Многим хватило ума уехать. Оставшиеся были семьями пропавших, надеявшимися, что БВУ сможет что-то обнаружить, вернуть тех назад. Маленькая кучка была просто глупцами, как я. Оставшимися, чтобы увидеть, к чему всё приведёт.

Чёрный комбинезон осмотрел толпу и прочистил горло.

– Нам нужно лишь несколько дней, – объявил он, – мы уже близки к разгадке.

– Все знают, что происходит! – взвизгнула Патрисия. Её последователи издали возглас согласия. – Это вне вашего понимания, и это хорошо! Это прекрасный процесс!

Чёрный комбинезон поднял руки в знак защиты, всё ещё улыбаясь.

– Как скажете, мадам. – Он посмотрел на остальных. Мы кивнули. Лишь несколько дней. И тогда мы поймём, что происходит.

Патрисия была последней, кого забрали. Она была на улице, как обычно, читая проповедь, когда раздался звук кнута и она исчезла. Толпа секунду молчала, а потом разразилась аплодисментами. Она получила, что хотела, что все хотели. Её забрали.

Люди БВУ вскоре были на месте. На этот раз все в защитных костюмах. Они просканировали несколько человек приборами и сняли показания. Кто-то в толпе снимал проповедь на телефон и заснял всё. Но прежде чем кто-то смог посмотреть, телефон изъял кто-то из БВУ.

Её последователи решили отметить её вознесение в школьном актовом зале. Еда, напитки, кино на большом экране, на все бабки. Даже мы, неверующие, пришли туда, что ж ещё было делать в городе? Это звучало весело, так или иначе.

Сзади стояли столы с едой и напитками. Экран проектора был опущен, на нём крутили фотографии Патрисии, все с текстом типа "Поздравляем!"

Никто не знает, кто это сделал. Должно быть, кто-то из БВУ, с кризисом совести. Но мы никогда не узнаем его имя.

Внезапно в помещении потемнело. Кто-то ахнул от удивления. Потом изображение на проекторе поменялось. Вместо Патрисии там был белый текст на чёрном фоне:

ВАМ ЛГАЛИ

и на следующем слайде:

ПРОПАВШИЕ МЕРТВЫ

Ещё ахи в толпе. Какая-то женщина заявила: "Чушь". Но в душе некоторые знали. И следующий слайд убедил всех.

Это была запись вознесения Патрисии на телефон. Вначале проигрывалось нормально. Проповедь, щёлчок, изчезновение. Но на телефоне фрэймрейт был побольше, чем на старых камерах наблюдения в универмаге. Запись проигралась вновь и замедлилась к моменту исчезновения, показывая покадрово.

– Христос! – воскликнул кто-то, когда мы увидели. Какой-то ребёнок заплакал. Мужчина, ребёнок которого вознёсся, не выдержал, что-то внутри него ломалось с его рыданиями. Большинство из нас молчали во время раскрытия.

На одном кадре Патрисия, посреди фразы, с открытым ртом и поднятым пальцем. На следующем кадре она в том же положении, и всё выглядело нормально, пока не бросишь взгляд на её голову. Как будто правую сторону её лица сгребли, и было видно слои, как у наполовину высосанного леденца. Кожа открыла мясо, мясо – кость, кость – мозг, а мозг пустоту. Как будто что-то её аккуратно откусило. И я знал, что это невероятно. Так быстро этого не могло быть. Но я готов был поклясться, что её рот изменился. Готов был поклясться, что он открылся для крика.

В мозгу всколыхнулись воспоминания. Плохая земля? Возможно. Голодные духи, ближе. Но господи, выглядело, будто сам воздух был голоден.

После того все покинули город. Никто не проронил ни слова. Выезжая, я проехал базу БВУ. И пересёкся взглядом с Чёрным комбинезоном. Впервые на нём не было улыбки. Думаю, они хотели морских свинок. Хотели посмотреть, как часто эта штука нуждается в еде и смогут ли они её сдерживать. Нахрен.

Я вне штата Южная Каролина уже какое-то время. Но я всё ещё приглядываюсь. Я приглядываюсь к той местности. Наш городок недавно убрали с карт. Почему бы нет? Там никого не осталось. Однако я смотрю за отчётами о пропавших. И люди теряются в тех местах. Находят брошенные машины посреди дороги или в кювете. Наш городишко всегда был проездным. Его нет на карте, но дороги всё ещё используются.

Надеюсь, этого достаточно. Что оно довольно. Дай бог, оно не распространится.

Перевод поста с Reddit